Возьми меня в полночь (ЛП) - Блэк Шайла - Страница 51

— Я не сомневаюсь.

Она бросилась к Лукану, обняла его, как друга и старшего брата, коим он был для нее. Тот рассеяно погладил ее по спине, а затем отпустил, наблюдая за Айсом настороженным взглядом.

— Подумай о том, что ты делаешь, — потребовал Брэм, разинув рот. — Если они отклонят твое назначение, мы потеряем драгоценное время, которого у нас нет. Я не могу…

— Спроси их неофициально, — предложила Сабэль. — Кроме того, у тебя есть право голоса. Тайнан займет место о'Ши теперь, когда его дедушка, как и отец, перешел в следующую жизнь. Конечно, ты можешь заставить Стерлинга проголосовать вместе с тобой. В худшем случае у вас будет ничья. Но ты в состоянии узнать сейчас, как, скажем, Спенсер или Хелмсли отреагируют на предложение в качестве кандидата Лукана…

— Это еще не решение. Кандидаты выдвигаются, представляются, затем происходит голосование. Ничья приведет к последствиям… нет.

— Ничья по-прежнему лучше, чем поражение, — указала она.

Брэм снова постучал пальцем по губам. Нервная энергия вибрировала в нем, и Сабэль смутно подумалось, где он мог ее приобрести, учитывая тот факт, что его пара все еще считалась пропавшей без вести.

— Зеркало МакКинета все еще у тебя?

— Герцог, Маррок и Оливия хранят его с Дневником Апокалипсиса.

— Они приехали немного за полночь.

С коротким кивком Брэм выскочил из комнаты.

Сабэль осталась наедине с Луканом и Айсом, один находился перед ней, глядя со смирением, другой — позади, его тело пульсировало от замешательства и надежды. Ей хотелось знать правильные слова, которые нужно сказать. Лукан, возможно, отказался воззвать к ней, но это вряд ли означало, что Брэм поприветствует Айса в семье. Если она привяжется к нему сейчас, то все равно потеряет брата. Сабэль не обманывала себя. Что бы ни охватило Брэма после пробуждения от мерзкого заклинания Матиаса, это заставит его отказаться от нее, как он и угрожал. Ей было почти все равно. Почти. Но он был ее братом, и разорвать связь с последним членом семьи, если бы ей не пришлось… Нет. Может быть, время, терпение немного успокоят ситуацию между Айсом и Брэмом, позволив брату принять ее возлюбленного. Когда-нибудь.

— Я должен поблагодарить тебя, — тихо сказал Айс Лукану. — Хотя Шок тебя не пощадил, ты пощадил меня, когда было бы так просто использовать свой гнев и показать мне, как по-настоящему тяжело потерять свою пару.

А у Лукана все было во много раз хуже, чем то, что испытал бы Айс, учитывая, что он провел с Анкой более века.

Лукан закрыл глаза на мгновение, боль исказила черты его лица.

— Никто не должен чувствовать такую черную тоску. Разумеется, я не хотел переживать подобное дважды. Сабэль было бы легко полюбить… и трудно забыть.

Айс не ответил. Он просто протянул руку Лукану.

— Я перед тобой в долгу.

Лукан пожал ту, и у Сабэль екнуло сердце. Может быть… первым шагом в принятии Брэмом Айса в ее жизни было поощрение дружбы между ним и лучшим другом ее брата.

По крайней мере, это был еще один способ создания фундамента.

В это время Брэм снова ворвался в кабинет, сжимая зеркала, свое и МакКинета.

— У Герцога было предвидение, сподвигнувшее его забрать зеркало из галереи Оливии.

Опустив их на изношенный коричневый диван, он приподнял крышку одного из зеркал и дотронулся пальцем до герба. Мгновение спустя интеллигентный голос приветствовал его. Келмскотт Спенсер. Он источал корректность, всегда выбирая путь наименьшего сопротивления. Сабэль могла терпеть его, но в малых дозах. И она никогда не совершила бы ошибку, доверившись ему. По ее мнению, вся их династия была ненадежной.

— Ты цел, парень? Дошли слухи, что тебе нездоровится.

— Действительно. Анарки чуть не убили меня. И теперь Блэкборн выдвинул их хозяина в Совет. О чем, черт возьми, он думает?

Спенсер прочистил горло, тонко намекая, что раздражение Брэма было одновременно тяжелым и нежеланным.

— Я думаю, как и он, что, возможно, пришло время поддержать другую точку зрения.

— Какую? Убийство и хаос? Истребление невинных? Изнасилование и порабощение? Убийство Томаса МакКинета и Клифдена О'Ши?

— У нас есть только косвенные доказательства, что он причастен к этим зверствам. Матиас заверил нас, что это дело рук разбойничьих группировок Анарки, и он работает над тем, чтобы взять их под свой контроль и направить усилия на вопросы более насущные для магического мира.

— Ты веришь ему?

Слова Брэма, источающие недоверие, заставили Сабэль вздрогнуть. Где брат, который мог использовать изящество и уговор, чтобы выиграть? Этот подход «слона в посудной лавке» не даст ему ничего, кроме игнорирования и предубеждения.

Сабэль промчалась по комнате и вырвала зеркало из рук Брэма, бросив на него предупреждающий взгляд.

— Я понятия не имею, что с тобой не так, но, если ты хочешь заручиться поддержкой, можешь попробовать доброе слово, дорогой брат.

Он бросился к ней, пытаясь вырвать зеркало, но, к ее удивлению, Айс и Лукан схватили его за плечи и оттолкнули обратно на диван.

— Пусть Сабэль попытается, — пробормотал Лукан. — Она не может быть хуже тебя.

Брэм выругался, поборолся, потом, наконец, вздохнул и плюхнулся на диван, скрестив руки на груди.

— Ну и ладно.

Он был сильно раздражен, но Сабэль не могла тратить время на то, чтобы думать об этом.

— Здравствуйте, Келмскотт.

Она улыбнулась пожилому человеку с тонкими чертами лица, обрамленного седыми волосами и пушистыми бакенбардами.

— Сабэль, дорогая. Прекрасна, как всегда. Что случилось с твоим братом?

— Не в духе. Я пригрозила бросить его стае диких собак, если он не исправится.

Спенсер засмеялся.

— Как всегда смышленая девушка.

— Спасибо. Я думаю, что он пытался несколько бестактно спросить, получили ли вы какие-либо заверения от Матиаса, что он не стоит за насилием, или не слышали ли вы от него о каких-либо планах по развитию и восстановлению магического мира. Понимаете, Брэм был немного не в себе.

— Конечно, конечно.

Тот покачал головой.

— Не совсем. Но Матиас осведомил нас о нарастающих волнениях среди Лишенных. Они в отчаянии из-за социального порядка. Матиас предупредил о возможной гражданской войне, если они… не будут удовлетворены.

Другими словами, Матиас выдал завуалированную угрозу, что перенесет основную тяжесть гнева Лишенных на Совет, если они не выдвинут и не изберут его. Они выбрали трусливый выход и подумали, что задобрят Матиаса, а он избавит от трудностей позже. Дураки.

Сабэль нацепила улыбку.

— Это серьезное предупреждение. Но может ли Матиас честно заявить, что он в силах подавить любые волнения Лишенных, если социальный порядок будет изменен или отменен? Мне просто интересно…

— Он их защитник, моя дорогая, — напомнил Келмскотт.

Находящийся рядом с ней Айс фыркнул и покачал головой.

— Ну, он утверждает, что это так. Но Матиас не один из них, так как же он может знать, за кем действительно последуют Лишенные, или чего они хотят?

— Я не думаю, что сейчас мы можем позволить себе игнорировать потенциальную опасность, которую Матиас может представлять, если мы ему откажем. Если же он обманывает нас всех и стоит за недавними нападениями, возможность держать его рядом и под контролем положила бы конец всей этой ерунде.

Смелое, если не глупое заявление, от которого Сабэль сжала зубы. Спенсер и Блэкборн, два сапога — пара, — оба решили, если дать Матиасу дюйм, то это удовлетворит его. Ни тот, ни другой не успеют и заметить, как он займет милю.

— Может, другой кандидат повлияет на вас? Мне кажется, в трудные времена лучше всего укрепить нашу власть и разобраться с беспорядками Лишенных рациональным, хорошо спланированным образом. Уступят ли они страху перед насилием, которым Матиас в действительности предлагает все прекратить?

Спенсер нахмурился.

— Кого ты рекомендуешь, девочка?

— Лукан МакТавиш хорошо бы подошел на это место…