Трипофобия (СИ) - Яшин Максим Сергеевич - Страница 16

Мужчина не ответил, просто смотрел в асфальт и морщился от боли, лицо его постепенно бледнело, а по лбу скатывались капли пота.

— Понятно, — улыбка зловеще расползлась по лицу Босса, и он обратился к Горану, — заставь его говорить.

Тот подмигнул ему и направился ко второму раненому, которого до этого сбил ударом биты по спине. Мужчина лежал практически без движения, лишь издавал протяжные стоны, а его ободранные от падения ладони и лицо сильно кровоточили. Дойдя к нему, байкер пнул его ногой в бок, от чего тот пронзительно закричал. Горан собрался ударить его второй раз, как раненый в ногу мужчина взмолился, едва не плача, умоляя не бить друга.

— Ладно, я скажу вам, — хныча, начал он рассказывать, — недавно мы нашли раненого солдата… Он был совсем плох, его укусили… При нем было это, а еще автомат…

— И он, ясное дело не выжил, — усмехнувшись, констатировал Босс, — так, значит, больше такого оружия у вас нет?

Мужчина вновь замолк, отвернувшись к земле. Кровь, вытекающая из раны, уже полностью пропитала его штанину и начала капать на асфальт, а его лицо окончательно побледнело. Босс уже повернул голову к Горану готовясь отдать приказ продолжить избивать раненого, как тут мужчина не выдержал.

— Ладно, стойте! — взмолился он, морщась от боли, — есть еще… Тот солдат рассказывал, что у них сломался грузовик, всех его товарищей убили эти твари… У них там по любому много всего осталось…

— И вы забрали все это оружие?

— Нет! Еще нет! Пока не успели…

— А откуда же мне знать, говоришь ли ты правду? Или же ты пытаешь сказать то, что я хочу услышать?

— Пожалуйста, я правду говорю! — умолял раненый. — Все осталось там! Я знаю где! Могу показать!

— Мецгер, неси карту, — приказал Босс.

— Я ж тебе еще тогда сказал, что у меня нет карты этого города! — возмутился Мецгер.

— И что же мы будем делать? — Босс, улыбнувшись, перевел взгляд на раненого.

— А! Я… Я могу показать вам! — заплетающимся языком принялся тараторить мужчина.

— Нет, не можешь. — Босс смотрел ему прямо в глаза, — еще заведешь нас в засаду или подашь сигнал дружкам. Так что лучше расскажи мне, как туда добраться.

Мужчина, проведя ладонью по лицу, обильно сглатывая слюну, принялся дрожащим голосом объяснять, как им проехать к месту стоянки военного грузовика.

— Кто-нибудь хоть что-то понял? — усмехнулся Горан.

— Я запомнил, не переживай, — елейным голосом проговорил Босс, после чего обратился к раненому, — а где вы обосновались? Расскажи мне.

— Да, да, да! Все честно скажу. Мы это… — мужчина запнулся, сглатывая и облизывая пересохшие губы, — мы в поликлинике! Там наш лагерь. Вы же отпустите нас?

Босс положительно кивнул.

— Да он же врет нам, — не поверил Мецгер, — водит нас за нос!

— Я так не думаю, — возразил ему Максим, подойдя ближе, — там с холма отлично видно поликлинику.

— Видел там кого-нибудь? — скептически спросил Мецгер.

— Нет, людей нет. Но я видел собранную из бочек вышку, а также заколоченные окна. Так что кто-то там точно живет.

— Так вы отпустите нас? — с надеждой спросил мужчина, который морщился и стонал все чаще, не в силах больше терпеть боль и кровопотерю. — Может, теперь вы поможете моему другу? Ведь ему совсем плохо!

Босс молчал, глядя на город каким-то отстраненным взглядом. После чего он глянул на раненого мужчину полными безумной радости глазами, и по его лицу вновь медленно расползлась улыбка.

— Прикончить их! — торжественно приказал он Мецгеру, когда тот вернулся.

Мужчина завопил, пытаясь молить их о пощаде, однако, вместо связанных предложений, из его рта вырывались лишь обрывки слов и невнятные выкрики. Выпучив глаза, он принялся судорожно махать руками, но тут же получил удар в лицо ногой. Затем Мецгер достал из-под куртки огромный секач для мяса и с размаху рубанул им несчастного по горлу. Мужчина захрипел, из его рта показались красные пузыри, а когда Мецгер выдернул секач — кровь из раны хлынула потоком. Горан же подошел к лежащему и стонущему мужчине, которому до этого раздробил ребра и позвоночник, придавил его ногой к земле, и со всего маху разбил ему голову битой. Босс, продолжая улыбаться, обошел каждый из трупов, внимательно их осматривая.

— Макс, пошли-ка на холм, покажешь мне, где ты поликлинику увидел, — наконец произнес Босс, — остальные — по машинам, скоро выдвигаемся.

Подойдя к броневику, он взял у водителя тетрадь и карандаш, и направился вслед за снайпером вверх на холм.

Руслан плохо спал эту ночь. Он долго не мог уснуть и ворочался около часа. Он все время думал о своих родственниках и тех, кто погиб сегодня. Ему снилось, как сидя в темной комнате, он видит своих родителей, друзей, погибших Михаила и Артема, а также Филиппа, которых зараженные разрывают на части. Они кричали, молили о помощи и тянули руки, а Руслан не мог ничего сделать, даже говорить. Несколько раз он просыпался в холодном поту, но сон все время возвращался. Наутро Руслан проснулся в надежде, что все происходящее с ним вчера было сном. Но, открыв глаза и увидев все тот же деревянный потолок над ним, что и ночью, он какое-то время пролежал в печали, еще раз переосмысливая произошедшее. Оглядевшись, он заметил, что все остальные уже давно встали, оставив за собой лишь неубранные кровати и разбросанные вещи. Наконец, Руслан все же решил подняться и, выйдя в коридор, подошел к окну посмотреть, что творится на улице. На дороге, около баррикад, Саркис и Владимир заостренными палками добивали зараженных, которые ночью напоролись на шипы. Им оставалось зачистить последнюю баррикаду — вокруг остальных уже валялись мертвые существа. Облака начали потихоньку расходиться, позволяя солнечным лучам лучше освещать все вокруг.

Вспомнив про раненого Филиппа, Руслан поспешил вниз, чтобы проведать друга. Практически ворвавшись в медпункт, он застал всех его постояльцев еще спящими. Больной под капельницей, похоже, в сознание не приходил, а мужчина со сломанной ногой, судя по перегару и пустой чекушке у кровати, спать будет еще долго. Подойдя к Филиппу, Руслан увидел, что, цвет его кожи нормализовался, и он перестал обливаться потом. Это означало, что жар у него спал. Чистые бинты, которыми была перевязана рана, говорили о том, что она, наконец, перестала кровоточить и начала заживать.

— Все с ним в порядке, — позади Руслана раздался голос вошедшей Елизаветы, — жить будет, но пока пусть спит. А теперь не мешай, у меня еще много дел.

Поблагодарив ее, Руслан вышел в коридор. На кухне, тем временем, Станислав, истерившая вчера Татьяна и Светлана доедали свой завтрак, состоявший из чая и крекеров с плавленым сыром. В гостиной пожилая женщина читала детям какую-то сказку. Завидя его, они стали неотрывно наблюдать за ним испуганными глазами. Женщина, недовольно глянув на Руслана, попросила детей не отвлекаться и продолжила чтение.

Руслан вышел на улицу и наконец-то вдохнул прохладный свежий воздух. Восходящее солнце больно резало покрасневшие и слегка опухшие от недосыпа глаза. Привыкнув к солнечному свету, Руслан обошел дом и направился к колодцу. За углом он натолкнулся на пожилого мужчину, который вчера угрожал ему пистолетом.

— Доброе утро! — нервно рассмеявшись, старик полез пожимать Руслану руку. — Вы уж не обижайтесь за вчерашнее… У нас тут, ну, знаете, на нервах все… Я — Виталий!

— Здравствуйте, а я — Руслан, — Руслан протянул руку в ответ, недоверчиво глядя на старика, — не переживайте, теперь все будет нормально.

— Ох, нет, не будет… — Виталий опустил глаза вниз, — Жена моя, Нина, и так много натерпелась. Наша дочка… Она…

— Соболезную, — мрачно ответил Руслан, — эти твари?

— О, нет. Еще до этого кошмара, в аварии… — по щеке Виталия пробежала слеза, — Вадик, муж ее, помогал как мог. Когда все это началось, он нас спас буквально. Вывез сюда. А теперь вот и сам сгинул…

— Подождите, мы же не видели тел, быть может…

— Простите! — перебил его Виталий и, отведя заслезившиеся глаза, направился в сторону сарая.