Второгодник (СИ) - Литвишко Олег - Страница 45

У гениального Сталина не было времени изучать все это, надо было срочно готовиться к обороне. Для этого он построил жесткую, вернее, даже жестокую вертикаль управления и провел индустриализацию, развил до очень высокого уровня науку и образование. В итоге страна совершила небывалый, невообразимый скачок в своем развитии. К 1945 году мы стали второй сверхдержавой в мире, даже несмотря на гигантские потери в войне. Никто и никогда таких высот в такие сроки не достигал.

Либерман заерзал на стуле и перебил меня:

— Молодой человек, мы с вами ушли в сторону. Вам не кажется, что не стоит читать мне политинформацию?

— Хорошо! Вы спросили о перспективах экономической реформы. Я отвечу вам кратко. Ваши реформы — это попытка, имея в руках две вожжи, запрячь в телегу табун в тысячу голов. А вы спрашиваете о перспективах. Они примерно такие же, как в описанной ситуации.

— Что-то все очень безнадежно! Голые эмоции, — хмыкнул Евсей Григорьевич.

— По моему мнению, я приукрасил ситуацию. Думаю, если бы Ленин представлял себе, какой сложности задачу он собирается взвалить на страну, то, наверное, отказался бы от революции. Наша страна представляет собой табун с гораздо большим количеством голов. К тому же, Леонид Ильич — это не Ленин и даже не Сталин.

— Договорились!!! Слышал бы кто, о чем я с тобой говорю!.. — помолчав и взяв себя в руки, Либерман спросил — И что ты предлагаешь?

— К этому и подводил, но вы, услышав привычные для себя затасканные слова: общественные процессы, сбалансированное развитие и прочее, — по привычке отключили мозг, даже не вникнув в смысл сказанного.

— Ну, что, что делать-то? — прорычал Либерман.

— Начать строить социализм!!! Беда лишь в том, что ни вы, ни Косыгин, ни Брежнев не имеете ни малейшего понятия, что это значит, как это выглядит и что для этого надо делать.

— А ты знаешь? — сарказм заструился по столу от Либермана ко мне.

— Похоже наш разговор теряет смысл. Вам не нужна пища для размышления. У вас уже есть думка, и вы ее думаете. Вы спросили о перспективах реформ — я вам ответил. И ответил, почему думаю так, а не иначе. А вообще-то мне нет никакого дела до того, что вы там наверху затеваете. Пустое это все. Слава богу, хоть за идею СЭЗ зацепились. Хотя, скорее всего, получится Чудище Ужасное. Слишком много художников взяли в руки кисточки. Вот вам еще коньячок, вот лимончик — выпейте и езжайте домой.

Мне чертовски захотелось сбежать от этого индюка упертого. Злость прямо клокотала внутри. Где-то краем зрелого мозга понимаю, что, в сущности, я такой же козел упрямый, как и он, и злит нас одно и то же, то, что собеседник не хочет привести свои идеи к моему знаменателю. Эмоции зашкаливают. Проклятое подростковое тело! Хотя кипит-то как раз моя старческая сущность. Черт, запутался совсем. Выпить бы, да при них неудобно, а без них глупо.

— Давай свой коньяк и остынь маленько, больно раскипятился.

— Я тоже выпью, — налив в три рюмки, бросил я. Нонна при первой возможности давно упорхнула.

— Давай, пацан, продолжай с того места, где я тебя перебил. Извини. Больно уж крамольные речи ты тут ведешь. Мне трудно к такому привыкнуть. Ладно. Итак, гармоничный клубок и балансировка процессов…

Либерман в самом деле выглядел виноватым или умело делал вид. Кто их там, небожителей, поймет.

— Чтобы сбалансировать клубок, нужны понятные практические критерии. Только вот, что это могло бы быть? Сразу скажу: однозначного ответа на этот вопрос у меня нет.

— А чем тебе идея социализма не подходит?

— А вы можете понятными фразами, в которых нет ни одного слащавого лозунга, объяснить, что такое социализм? Это необходимо, чтобы из этих словесных фантазий сотворить критерии для проверки практических действий. Думаю, что ни вы и никто другой с этой задачей не справится.

— Ну…если подумать…, то… — закатил глаза к небу Евсей Григорьевич.

— …можно натянуть гондон на глобус! Только это не подойдет.

— Я так с ходу не готов что-то предложить. А у тебя есть идеи?

— Под социализмом я понимаю общественное самоуправление. Земля крестьянам, фабрики рабочим… — что-то такое. При этом общественное самоуправление — штука коллективная, а не частная. Коллективы, осуществляющие функцию самоуправления, сами по себе не возникают и сверху не насаждаются, они прорастают снизу, причем при сознательном управлении этим процессом. Другими словами, кто-то должен зародить коллектив, который будет владеть и управлять конкретной собственностью, а также развить его, как минимум, до третьего уровня. Общая масса подобных коллективов должна покрыть все активы страны. Тогда можно будет сказать, что социализм есть и он победил. Та еще задачка!!! А вы — экономическая реформа, мотивация предприятий…

Таким образом, рисуются критерии: количество коллективов третьего уровня в промышленности, в других сферах, доля активов, находящихся под управлением таких коллективов, процент людей, состоящих в этих коллективах, удовлетворенность людей существующим "миропорядком", интеграция таких коллективов в территориальные и отраслевые органы власти. Как-то так!

Либерман достал из портфеля еще одну бутылку коньяка.

— Попроси еще лимончик. Будешь?

Я отказался, и он налил себе и Петру Сергеевичу.

— Сказки говорить изволите, молодой человек. Даже если все это принять к исполнению, то сколько же лет понадобится?

— Если очень активно делать и с помощью государства, то лет двадцать-тридцать, может пятьдесят. Кто может точно сказать? Эти коллективы будут расти, как грибы, в зависимости от развития корневой системы. Сверху здесь ничем особо не поможешь, разве что созданием условий наибольшего благоприятствования для саморазвития территорий.

— Так, идея СЭЗ — это способ накрыть Кингисеппский район сетью таких коллективов, так?

Мой кивок был особо не нужен, потому что Либерман ухватил всю идею целиком.

— Пойдемте по производствам. Вам, да и мне тоже надо прогуляться и успокоиться, — Либерман кивнул, и мы вышли на улицу. Петр Сергеевич все это время сидел в углу, что-то писал и не отсвечивал.

Первое, куда мы зашли, было производство металлочерепицы.

— Ангар для этого производства четыре человека построили за месяц. Размер выбирали на вырост с учетом пятикратного роста. На каждое производство мы строим два таких ангара плюс фундамент под третий. Объяснить зачем?

Либерман молча кивнул, так как слегка запыхался.

— Все просто. Рабочие, школьники, руководители — короче, все жители села уверены, что за следующий год производство вырастет минимум в десять раз. На языке экономистов на тысячу процентов. Почему они так думают? У вас будет возможность спросить их об этом самих. Получится интереснее и познавательнее.

Технологию изготовления металлочерепицы, да и вообще металлопрофиля, мы придумали сами. Помучались с изготовлением пресса и пресс-форм, механикой движения изделий по стану, но самым трудным оказалась покраска. Здесь фиксация краски происходит не высыханием, а обжигом. Большую часть того, что составляет производственную линию, мы заказали на Кировском заводе в Ленинграде, остальное сделали сами в своих мастерских. На все мы потратили три месяца. Такую продукцию пока не делают, наверное, нигде в мире, так что планируем продавать ее на экспорт. Если кратко, то все.

Я поймал за рукав пробегавшего мимо пацана:

— Позови, пожалуйста, Сергея.

— Какого?

— Ухо!

— Это руководитель производства, — пояснил я Либерману.

Через небольшое время показался Ухо в окружении каких-то мужиков. Он их за что-то распекал, размахивая руками и едва не брызгая слюной. Увидев нас, сердито отмахнулся, а распекаемые растворились в воздухе:

— Чего звал? — отойти от предыдущего разговора ему пока не удалось.

— Да вот, хочу познакомить — Евсей Григорьевич Либерман, экономический помощник Алексея Николаевича Косыгина.

— А это кто еще такой? — вылупил глаза Серега.

— Председатель Совета Министров СССР.