Тяжелый свет Куртейна. Зеленый. Том 1 - Фрай Макс - Страница 20

– Да ладно вам – «самый нормальный»! Я же исчадие ада! – искренне возмутился он.

– Еще какое исчадие, – поспешно согласилась Эва. – Просто среди бела дня на улице эффект гораздо сильней. А насчет праздности совершенно с вами согласна. Мне бы сейчас даже не кофе, а водки. Полный стакан. Выпить залпом и мирно уснуть под столом на ближайшие сутки. Но у меня представитель заказчика в офисе плачет. То есть пока, слава богу, не плачет. Но минут через тридцать точно заплачет, если я к тому времени не приду.

– Ай, забудьте, – отмахнулся самозваный маляр.

Эва хотела огрызнуться: вам хорошо рассуждать, вы-то почти что бесплотный дух. То есть ситуативно плотный, но явно же не настолько, чтобы вас всерьез парил ваш банковский счет. А я – скромный начинающий мистик с недовыплаченным квартирным кредитом, рано мне пока работу терять.

Но пока она подбирала подходящие слова для выражения умеренного пролетарского гнева, в кармане блямкнул телефон, заказчик сообщил о переносе встречи на завтра, с таким количеством извинений, словно эта дурацкая встреча была нужна Эве, а не ему самому, так что заготовленный монолог о классовой несправедливости временно утратил актуальность.

– Слушайте, ну вот как вы это делаете? – восхищенно спросила Эва. – Бдымц, и отменилось все!

– Да я вообще ничего не делал, – ответил тот, вылезая из подвального помещения и аккуратно прикрывая за собой окно. – Просто захотел выпить с вами кофе. Немедленно, прямо сейчас, не дожидаясь, пока начнется и закончится это ваше дурацкое совещание. А когда я чего-то хочу, всегда выходит по-моему. Реальность уже давно в курсе, что так будет лучше для всех. Хотите сильнее, громче скандальте, если весь мир на блюдечке не принесли, и у вас тоже все начнет получаться как бы само собой… Слушайте, а вас не очень шокирует, что я в таком виде? Потому что переодеться я сейчас хочу как-то неубедительно. Недостаточно сильно и страстно, чтобы изменился этот дивный наряд.

– Нормально шокирует. В меру. Не больше, чем все остальное, – успокоила его Эва. – Вы настолько вовремя появились, что грех придираться к вашему оформлению. Круто вы угадали! Или это у меня уже получается по-настоящему сильно хотеть? Мне как раз было очень надо – вас, не вас, но чего-то такого. Непостижимого и неопределенного. Вот именно прямо сейчас.

– Значит, уже получается понемногу! – обрадовался ее вымышленный друг, он же бывшая галлюцинация, он же ситуативно уплотнившийся дух непонятного назначения.

Ну, то есть как – непонятного. На самом деле очень даже понятного. Просто не очень-то выразимого словами и не укладывающегося в уме.

На набережной он решительно повернул налево. «Вот интересно, – подумала Эва, – где это мы собираемся кофе пить?»

На всякий случай сказала:

– Если мы идем в «Кофеин» на Белом Мосту, так его еще летом закрыли из-за ремонта.

– Закрыли, – подтвердил ее спутник. И с несвойственным ему обычно злорадством добавил: – Давно было пора!

– Надо же. Была уверена, вам нравилось это кафе прямо на мосту.

– Что оно на мосту, очень нравилось. Но там вечно толкались толпы народу, так что не оставалось свободных мест. При этом кофе, будем честны, ни к черту. Стабильно хуже, чем во всей остальной сети. Вот увидите, у меня гораздо лучше получится. Кофе – моя специализация, он у меня всегда выходит отлично, даже когда я его не варю.

– Понятно, – кивнула Эва.

Потому что на самом же деле понятно. Где и пить кофе с этим… скажем так, удивительным природным явлением, если не в закрытом с лета кафе, которое к их приходу, конечно, открылось, как миленькое. Ну то есть сам киоск как был заколочен, так и остался, но за ним на площадке рядом с перилами появились два неудобных металлических стула и складной деревянный стол из «Икеи». И два оранжевых картонных стакана с кофе на этом столе.

Не успели усесться, как мост под ними ощутимо вздрогнул и медленно двинулся вверх по течению, словно огромный паром. Эва даже не удивилась. Знала же, с кем связывается. Рядом с этим типом вообще что угодно может случиться. Плывущий по реке мост – еще вполне ничего.

– Извините, что в стакане не водка, – сказал Иоганн-Георг, сдвигая на затылок газетную шапку, отчего его умеренно дурацкий вид сразу стал запредельно дурацким. – Водка тоже обязательно будет, но потом. Хотя вру, вряд ли именно водка, Кара ее терпеть не может…

– Кара? – удивилась Эва. – А при чем тут она?

– При том, что сегодня я – ее посланец. Практически вестник богов. Правда, без крылатых сандалий, но только потому, что на босу ногу в них уже холодно, а надевать носки под сандалии даже для меня перебор. Так вот, божественная Кара просила вам передать, чтобы зашли за ней на Олимп, в смысле, в комиссариат на Альгирдо примерно в половине седьмого. Она бы вам сама позвонила, но у них там прямо с утра была какая-то мелкая заварушка, и ее телефон съел демон. Ну, на то и полиция, чтобы каждый день рисковать!

– Демон съел телефон, – меланхолично повторила Эва. И, запоздало осмыслив сказанное, встрепенулась: – Какой еще демон?!

– Да какой-то залетный, – неопределенно пожал плечами вестник богов. – Я сам его не видел, только рассказов наслушался. Говорят, вылез из открытого Пути на холме Тауро и принялся там бузить, даже толком не материализовавшись, что, собственно, к лучшему. Если бы набрался терпения и отсиделся в кустах до полной материализации, весь город мог бы поставить на уши, а не только ребят из Граничной полиции. Но этот звездный шанс бедняга профукал; ну, сам дурак…

– И он съел Карин телефон? – перебила его Эва. – Демоны питаются гаджетами?!

– А почему нет? Надо же им хоть чем-то питаться. Некоторые невоспитанные злобные демоны пожирают все, что попадется под руку. Вернее, под клык. Одни от неутолимого голода, а другие глотают полезные вещи специально, чтобы всем вокруг досадить. Этот был вроде как раз из второй категории. Вредный такой. Ну или вредная, хрен его разберет, мальчик оно, или девочка, или что-то еще. Кара говорила, как оно называется, да я сразу забыл. У меня ужасная память на всякую заумную терминологию. До сих пор не понимаю, как экзамен по философии в свое время сдал… ну и чего вы смеетесь? Отлично, между прочим, я его сдал, на пятерку, тогда еще пятибалльная система была. Зато потом выкинул все эти бессмысленные нагромождения звуков из головы и новые туда не пускаю. Поэтому не запомнил, как называется Карин демон. Но совершенно точно не шарский. Шарские демоны – заиньки и мимими. Они не едят бытовую технику. И не кусаются. Только обиженно ревут, как девчонки, если долго их не кормить.

– Слушайте, да с вами никакой водки не надо, – вздохнула Эва. – И так уже все хорошо. Сижу на плывущем куда-то мосту, на, готова спорить, несуществующем стуле, слушаю сплетни о демонах. И это теперь моя жизнь!

– Отличная жизнь, по-моему. Мне даже завидно. Хотя, по уму, завидовать нечему: я же тоже здесь с вами сижу. Ну, правда, сплетни про демонов не слушаю, а сам рассказываю. Рад, что вам уже водки не надо. Не зря, выходит, на свете живу.

– А были сомнения?

– Естественно. Были, есть и вряд ли однажды куда-то денутся. У человека с пятеркой по философии сомнения будут всегда и во всем, даже если окончательно перестанет быть человеком. А я пока не то чтобы совсем окончательно перестал, – усмехнулся он, доставая из газетной шапки сигарету. И сам же ей удивился: – Ничего себе, какой шикарный у меня теперь портсигар!

Отдал сигарету Эве. Сказал:

– Ваши на работе остались, я правильно понимаю?

– Ну да, – улыбнулась она. – Я же буквально на минутку выскочила. В магазин. Сумку купить хотела. Вчера увидела в витрине идеальную сумку своей мечты, но было закрыто, а тут в середине дня внезапно свободные полчаса, решила, как раз успею. Ничего кроме карты и телефона с собой не взяла. Но почему-то пошла совершенно в другую сторону. Туда, где меня поджидала работа. Впрочем, эта работа меня теперь везде поджидает, хоть вовсе на улицу не выходи.