Н из К 5 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 25

В том, что я прав, мы убедились уже через минуту, когда катер пристал к борту. Обладатель ленты поднял рупор и заговорил:

— Именем его сиятельства графа Шелронда! Немедленно передайте пленника.

— Кто ж так ведет переговоры, — хмыкнул я, чтобы услышал только стоящий рядом со мной лейтенант. — Где угрозы? Кич и самолюбование?

Грахэйм фыркнул, как недовольный конь, однако промолчал. По его знаку матросы сбросили вниз лестницу, и я поспешил воспользоваться ей.

Пока спускался, успел подумать, что помимо стандартных разборок аристократов и оттока магии пока что Айнзам не производит впечатления. Все те же, все там же. Ничего нового под луной. Даже перехват душ, как само явление, уже был нам знаком по Бездне.

Оказавшись в катере, я внимательно рассмотрел приплывшую за мной делегацию.

— Не ожидал увидеть вашу расу так далеко от исторической родины, — заявил я, упираясь концом посоха в палубу и разглядывая уши собеседников.

Снова ничего нового. Всего лишь эльфы, подумаешь. Мы и не такое видали за время скитаний по Неверкому. Хотя это тоже заметный сигнал. Раз длинноухие вписались в иерархическую систему людского королевства, видимо, у их местной диаспоры совсем дела плохи.

— Не тебе рассуждать о нас, нежить, — недовольно скривившись, заявил главный.

— Ну, раз диалога не получится, везите меня к его сиятельству молча, пожалуйста, — спокойно ответил я.

Репутация с эльфами Айнзама -25.

Катер тронулся с места. Обернувшись, вскоре я заметил напряженное лицо Грахэйма, выглядывающего над бортом. Даже интересно, этот честный до мозга костей рубака хотя бы подумал, что мне может быть плевать на него, и его людей? Что я могу спокойно договориться с графом и, прибыв к королю, подтвердить слова его сиятельства? Ей богу, нельзя же быть настолько доверчивым.

Как я и просил, эльфы доставили меня к нужному судну, не произнеся ни слова. Я же следил, как по мере нашего приближения к дредноуту графа постепенно прирастает эффект «Зова Демиурга». Нельзя сказать, что минус стал сказываться на моих показателях, однако подобная тенденция радовать никак не может.

Эффект «Зов Демиурга». -14 маны каждую секунду.

Расстояние между судами лейтенанта и графа от силы километров пять-десять, а прирост в 40%. Если интенсивность воздействия не снизится, я очень быстро окажусь без всего своего могущества. Маг без маны это ходячий фраг.

Пребывая в не самом благодушном настроении, я поднялся на палубу графского корабля. Внимательно оглядевшись, понял, что меня окружают лишь длинноухие. Только после этого стукнул посохом об палубу.

— Его величество Макс I Повелитель Мертвых почтил своим присутствием ваше жалкое корыто, а вы даже красную дорожку не постелили, — повысив голос, проговорил я. — И кто из вас, ушастое отребье, смеет называть себя аристократом и графом?!

Репутация с эльфами Айнзама -50.

Ну, чего и следовало ожидать. Жаль, что записали на всю расу сразу, а не ограничились командой судна. Впрочем, какая мне разница? Как бы они не относились к моей персоне, в конечном итоге труп есть труп.

— Если узурпатор называет себя королем, — заговорил, возникнув в шаге от меня, прекрасно одетый ушастый, — ваш дикий мир уже прогнил до основания.

Граф Асмун Шелронд.

— Я принес вам послание, ваша светлость, — чтобы смотреть ему в глаза, мне пришлось запрокинуть голову.

Он презрительно скривился, демонстративно положив ладонь на рукоять пистолета. Рукоять была украшена затейливыми вензелями, что не говори, а эльфы везде одинаковы – все им хочется украсить да цветочков прикрутить.

— Никто не остановит Смерть, — выдохнул я, врубая «Ауру Короля Мертвых» и «Бликом» уходя в сторону.

Расчет оказался верен. Лишенные магии, они отвыкли с магами бороться. А потому просто растерялись на мгновение, которого мне хватило, чтобы на палубу рухнуло первое тело. Успевшие выстрелить лишь поцарапали борт, у которого я до этого стоял. А дальше пошло уже по накатанному сценарию.

Единственным минусом в моем плане являлось отсутствие понимания, что сделают остальные команды эльфийских кораблей. Однако следящий за событиями лейтенант вовремя оценил ситуацию.

Пока яркие вспышки магии Смерти привлекали внимание всего флота, Грахэйм успел закончить разворот своих дредноутов, демонстрируя просто невероятные возможности кораблей. Так что, пока эльфы любовались создаваемой мной иллюминацией, лейтенант уже готов был развязать войну.

По счастью, никто из длинноухих не решился палить по флагману, да и не успел бы. Однако это не помешало им бросить часть команд на помощь погибающим под ударами поднятых мертвецов собратьям. Начавшееся небольшое сражение на борту графского дредноута быстро переросло в полноценную битву. Присутствуй здесь игроки, мы бы сейчас боролись за учетверенный опыт. Однако из бессмертных во всем Айнзаме был лишь я.

Используя весь свой арсенал, я достаточно быстро нарастил количество скелетов, делая особый упор на магов – преимущество дальнего боя нужно было сохранять, ведь ушастые, наплевав на все каноны, расстреливали нас не из луков, а из ружей и автоматов. Единственное, что нас пока спасало – боязнь длинноухих задеть своих же.

Визжащий отнюдь не мелодичным голосом граф прятался за спинами своих матросов, даже не думая бороться со мной. Вместо этого он взялся за организацию обороны, постепенно выдавливая нас с палубы.

Решив не рисковать, я окружил себя стеной из призванной нежити, и, попросив помощи у Мора, взялся за настоящее колдовство.

Меж тем флотилия Грахэйма выбила несколько самых нерасторопных противников, не надеясь захватить корабли. Подбитые дредноуты, зачерпывая морскую воду дырами в корпусе, уходили на дно. Тех, кто кидался спасаться вплавь, стреляли из ружей.

А потом я закончил чтение, и вокруг меня стало еще больше мертвецов. Те эльфы, кто успел перемахнуть на флагман, и те, что уже были здесь – на эту минуту они все стали моими подданными. И потому я, недолго думая, обезвредил флагман, заставив сидящих на дежурстве в машинном отделении, взорвать двигатели.

Меня скрутило от волны нахлынувшей боли. Я ослеп и оглох, потерявшись в пространстве. К счастью, это продлилось недолго. Вскоре перед моими глазами возникла заветная надпись.

До воскрешения... 3... 2... 1...

Вы были воскрешены. Айнзам ждет!

Я лежал на кровати в каюте лейтенантского корабля, и смеялся, разглядывая оставшийся от монеты ржавый след.

Поздравляем! Задание выполнено.

Глава 17

Однако бой еще не закончился. Да, я взорвал генераторы боли, однако нас по-прежнему меньше, и раздающиеся хлопки взрывов служили тому подтверждением.

Никуда спешить пока что было не нужно. Потому я потратил немного времени, чтобы обработать новый медяк. Подушка при моем появлении не пострадала – кроме ржавого круглого пятнышка следов не осталось. Выходит, каюту не обыскивали, однако это не значит, что после моего появления на палубу никто не попробует. Я до сих пор не уверен, что айнзамовцы знакомы с явлением бессмертных игроков.

Именно из этих соображений я бросил медяк в пепельницу и потряс ее, скрывая монету внутри. Рисково, конечно, но у меня будет минимум час, прежде чем медяк распадется в пыль. И я что-то очень сомневаюсь, что кто-то зайдет в каюту покурить или навести порядок.

Но сомнения сомнениями, а, как утверждал еще поручик Ржевский, случаи разные бывают. Потому я заготовил еще один артефакт, и на этот раз отправил его под матрас.

Только после этого, успокоив паранойю, вышел наружу. По пути мне не попалось никого из матросов, что понятно: все сейчас на боевых постах. Пока я строгал филактерии, дредноут трижды маневрировал, так что ничего удивительного, что праздношатающихся на судне нет.

Толкнув последнюю дверь, я вышел на палубу, ожидая увидеть следы борьбы с многочисленными врагами. Однако на деле все оказалось не так страшно.