Н из К 5 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 41

— Слушайте меня все, — проговорил я, и подчиненные мне немертвые говорили вместе со мной. — Сегодня для графства Гримм был тяжелый день. Мы потеряли две сотни людей, решивших, что общее благо для них – пустой звук. Они наплевали на клятву защищать вас, предали не меня, узурпатора и мерзавца, они предали всех вас. Тех, кого клялись защищать до последнего своего вздоха.

Прервавшись, я дождался, когда их недовольство сменится недоумением. Все правильно, мои дорогие, сейчас вы сами поймете, кто из нас здесь вам враг.

— Все то время, пока вы трудились в поте лица, — продолжил я, — с тяжким трудом добывая себе пропитание, они кормились за ваш счет, обещая защитить от угроз. Но как только пришла пора исполнять долг перед вами, перед обществом, эти предатели забыли, как вы обеспечивали их всем необходимым. Вы платили налоги, из которых эти предатели получали жалование, обеспечивали себя жильем и ни в чем себе не отказывали.

Толпа собравшихся горожан недовольно роптала. Их и так уже завело устроенное мной мероприятие, и теперь предстояло перевести требующую выхода ненависть в нужное русло. А заодно повысить показатели графства Гримм.

Каким бы сильным себя не считал, а без поддержки армии Некрополя мне здесь делать нечего. Пока за моими плечами не встанет могущественное войско, никто из местных аристократов не станет воспринимать меня всерьез. А пробиваться самому, выращивая армию немертвых на месте – слишком долго. И дорого. К тому же не факт, что необходимые мне ресурсы вообще на этом континенте водятся. Скорее о них тут даже не слышали, раз магии в принципе не имеется ни у кого.

— Никто не заставлял их предавать вас, но попытка свергнуть меня имела цель не такую благородную. Эти люди желали урвать кусок жирнее! Им было мало, что вы их одеваете и кормите! Они захотели взять власть над вами! — закончил я, и опустил руку. — Меня не волнует, что эти офицеры предали лично меня. Я для вас всех здесь чужак, пришедший из ниоткуда, они не давали мне присягу.

Народ заинтересованно слушал мою пылкую речь. Напряжение на лицах людей постепенно сменяла злость, и теперь следовало указать им цель, прежде чем начнутся погромы и бессмысленное кровопролитие.

— Но я дал слово, что буду защищать графство Гримм до тех самых пор, пока не вернется похищенная графиня Ариадна! — продолжил, повысив голос. — А потому не могу допустить, чтобы группа предателей подвела нас всех к гибели! Уже завтра вернутся корабли с продовольствием! И никто больше не останется без еды! Ничьи дети не будут голодать! И мы сделали это с вами вместе! Вопреки стараниям предателей, мы справились с этой бедой!

Конечно, ведь мы значительно сократили количество голодных ртов, перебив около полутора тысяч человек, включая этих казненных. Впрочем, кто об этом думает в подобном ключе, кроме меня? Разве что Шмидт догадается о реальных причинах массовой казни. Но пока бастард уверен, что я на их стороне, опасаться нечего.

— И поэтому я спрашиваю вас, народ графства Гримм, должны ли мы прощать предателей? — спросил я, указывая на эшафот, где палач все еще ожидал отмашки. — Или должны казнить их за преступление против своего народа? Что скажете вы? Отпустить их или казнить? Как вы скажете, так я и поступлю!

Толпа взорвалась криками. Люди размахивали руками, бросали в сторону стоящего на коленях офицера камни. Еще пара секунд, и они бы ринулись сами рвать предателей на части.

Однако подобного самоуправства допускать нельзя. Раз почуяв крови, толпа уже не остановится. А выжившие уже на следующее утро станут отгораживаться от меня и представителей моей власти.

— Да будет так! — перебивая шум толпы, я махнул палачу. — Привести народный приговор в исполнение!

Сверкнул топор, и голова офицера покатилась по земле. Обезглавленное тело спихнули с помоста, а на его место тут же поставили следующего. Короткий взмах, стук отсеченной головы. И последний, сотрясаясь в рыданиях, падает на колени.

Я молча наблюдал, как забился в руках бывших сослуживцев последний офицер. Происходящее меня уже не интересовало. Самое главное было сделано – использовав настроение людей, я поднял свою репутацию с графством еще на 150 баллов.

Прецедент создан. Теперь, ссылаясь на предателей, я могу смело говорить, что исполняю волю народа, доверившего мне власть. И пока что это главное на данный момент.

— Тела предателей похоронить, — все также громко приказал я. — Раз при жизни не служили своему народу, пусть после смерти принесут ему пользу.

И еще плюс 50 репутации в копилку. Ну и кто говорил, что массовые казни это плохо?

Глава 11

Когда все последствия казни, наконец, остались позади, я заперся в кабинете. Оставшись наедине, проверил состояние Галермо и разочарованно вздохнул: даже с накачкой населения графство Гримм войдет в Некрополь еще очень не скоро.

Конечно, можно было действовать мягче, подбирая ключи к каждому жителю. Но, во-первых, Ариадна и Вильгельм оставили меня с огромной дырой в бюджете, катастрофическим недостатком провианта и, положа руку на сердце, без поддержки Грахэйма я бы плюнул и покинул обреченные земли. Во-вторых, я сильно ограничен во времени из-за угрозы нападения кораблей Айнзама. Только флот, который должен прибыть сегодня на рассвете, спасал графство от неминуемой гибели.

Отложив в сторону список выполненных дел, я с удовольствием отметил, что, несмотря на все препятствия, такими темпами из графства Гримм можно было бы сделать вполне процветающий край. Конечно, без рытья тоннелей к соседям не обойтись, однако, получив провизию и пополнив запасы на будущее, я смогу, что называется, ангажировать народ на полезные для всего нашего общества работы.

Пока что единственный мой козырь – закупка провианта. Не преврати Вильгельм собственную провинцию в медленно умирающий край, хрен бы народ вообще за мной пошел. Разумеется, и та часть населения, что до сих пор не верит ни моему слову, ни моим делам, все равно будет ждать, когда армия Айнзама придет и наведет порядок. И никакие заговоры аристократов их не переубедят.

Я вот тоже не верю, что можно будет заключить мир с соседями. Однако пока нападения нет, можно рассчитывать хотя бы на вооруженный нейтралитет. Союз с мятежниками может дать как очень много полезного лично мне, так и порученному мне графству. Но может и не дать ничего, а то еще и сделать хуже, чем есть – в зависимости от уровня влияния группы бунтарей.

Пока еще отчаявшиеся люди верят узурпатору, однако так будет продолжаться недолго. Благодаря этому восстанию полицаев мы немного сократили количество населения. Но эффект продлится недолго, и злоупотреблять казнями нельзя – как уже отмечал, одно дело предавшие собственный народ служаки, и совсем другое – самодур на троне. Первое радует, второе усугубляет положение.

После сегодняшнего дня моя репутация действительно подросла, но этого все равно недостаточно. До хотя бы средних нейтральных значений мне нужно еще как минимум пять тысяч баллов. И где их взять?

Это сейчас люди все еще голодные и отчаявшиеся, только потому и пошедшие выполнять мои приказы. А когда прибудет флот Грахэйма, столь острая нужда отпадет сама собой. Будут ли они меня слушать и дальше при такой низкой репутации? Нет, конечно. Гораздо вероятнее, что при первой же возможности меня из графства попросят. Даже лейтенант понимает, что мое назначение графом – явление кратковременное, однако как человек с определенными принципами, он не может бросить целую провинцию на произвол судьбы.

Значит, стоит ожидать предательства и от Верджила. Сейчас мы оба оказались в непредвиденной ситуации, когда промедление воистину подобно смерти. Но стоит решить вопрос с выживанием провинции, и Грахэйм вспомнит, что я вообще-то заключенный.

Как бы ни хотелось верить, что мы сможем договориться, но реальность, увы, со мной не согласна. Те же самые принципы, что заставляют лейтенанта выполнять мои приказания, просто не дадут ему ослушаться королевского приказа. Присяги же я от него так и не добился, по-хорошему, мы так и не поговорили с того момента.