Нечестивые джентльмены (ЛП) - Хейл Джинн - Страница 9

— Я его приведу, — и вышла из комнаты.

— Ты всё время берёшь меня в такие чудесные места, — шепнул я Харперу.

— Это ты решил идти сюда. — Он откинулся на спинку оттоманки.

— Мог бы предупредить, что все без исключения Добрые Сограждане мечтают тебя прикончить, едва мы переступили порог.

— Что за жизнь без маленьких неожиданностей? — Капитан вскинул руку. — Ничего не говори. Вопрос риторический.

— Ты что, ещё не протрезвел со вчерашнего вечера? — спросил я.

— Нет, — улыбнулся он. — Когда моей жизни угрожает опасность, я чувствую прилив бодрости.

— Бодрости?

— Нужно находить что-то приятное в любой ситуации.

— Встречу с Микой приятной не назовёшь, — возразил я, ковыряя ногтем застывшую каплю воска на подлокотнике.

— Не лишайте человека возможности сохранить хорошую мину при плохой игре, мистер Сайкс. — Едва заметная улыбка на его лице сменилась непроницаемым выражением. — Разумеется, ничего приятного в этом нет. А как иначе? Я дал ей слово, что Роффкейл в безопасности… С ним ничего не должно было случиться.

— Не должно было.

Мы с Харпером одновременно уставились на человека, который вошёл в комнату. Я задержал на нём взгляд дольше, чем следовало, хоть он и застиг нас врасплох. Странно, но мне было не по себе, и не потому что он появился почти бесшумно, а из-за того, что его лицо и голос показались мне знакомыми. Он тоже явно не ожидал меня увидеть.

Следовало догадаться, ещё когда я почувствовал, чем пахнет в этом месте. Присущий демонам аромат магии, в сочетании с крепким запахом пота и камфарного масла, от которого блестела кожа вошедшего — всё вместе сливалось в неповторимый букет Николаса Сариэля.

За прошедшие годы он почти не изменился. Глаза по-прежнему ярко-красные, как цветки опиумного мака. Волосы огненно-рыжие с отдельными прядями бордового, жёлтого и белого цвета. Чёрные ногти длиннее, чем я запомнил, но такие же блестящие, тщательно ухоженные.

Заметив меня, он судорожно вздохнул. Наверное, ожидал уловить знакомый запах свежих чернил и старых, заплесневевших книг. Но я уже давно не тот, каким он меня знал, теперь от меня пахнет намного хуже.

— Белимай? — прошептал он, подходя ближе.

На одно мгновение мне захотелось сказать «да». Но тут выжженные на коже письмена вспыхнули острой болью.

— Нет. — Я уставился на покрытый каплями воска подлокотник. — Боюсь, вы меня с кем-то перепутали. Сожалею.

Больше ничего говорить не потребовалось. Сариэль не позволит себе настаивать. Он повернулся к Харперу.

— Капитан, Мика сказала, что вам нужна моя помощь.

Тот помолчал, переводя взгляд с меня на него. Мы тоже молчали. Харпер кивнул и ответил:

— Я хочу, чтобы ты выяснил, где Джоан, если это возможно.

— То есть вы просите меня задействовать средства, имеющиеся в распоряжении председателя Добрых Сограждан? Или кое-что посерьёзнее? — Сариэль скрестил руки на груди. — Потому что если второе, то стоимость услуги существенно возрастёт. Я не стану работать бесплатно, особенно на вас.

— Ты не первый демон, с которым я имею дело. — Харпер сделал жест в мою сторону, но Сариэль не обратил на него внимания. — Я знаю расценки. — Он полез в карман и опустил демону в руку несколько золотых монет.

Я не мог не задуматься о том, откуда у капитана столько денег. Может, его снабжает Тальботт. Или Харпер скоро окончательно разорится. Меня раздражало, что я плохо его знаю, и не могу понять, принял бы он чью-то помощь или надеется только на себя.

Сариэль несколько секунд смотрел на деньги, потом покачал головой.

— Я рассчитывал получить больше, капитан.

Тот выгреб ещё горсть монет, потом обшарил все свои карманы и даже снял часы на цепочке. Выглядел он при этом совершенно невозмутимым. Если по его лицу и можно было что-то прочитать, то, скорее, тонкую насмешливую улыбку, которая появлялась на его губах в самые, казалось, неподходящие моменты.

— Это всё, что у меня есть, — наконец сказал он. — Если этого недостаточно, тебе придётся дождаться конца месяца, когда я получу жалование.

— Мне просто хотелось, чтобы вы отдали всё, что имеете. — Сариэль ссыпал монеты на стол, не считая. Их сосчитал я. Харпер заплатил ему почти в десять раз больше, чем мне.

— Обряд проведём здесь. — Демон запер дверь, дважды обошёл вокруг стола, переставляя свечи так, что получилось несколько кругов, один внутри другого. Всё это время он что-то тихонько шептал. Я разобрал несколько слов: в исправительной школе Святого Августина он так проклинал учителей, когда они не слышали.

— … Ашмедай, пламя твоё. — Он провёл руками над крайними свечами, и они зажглись. Язычки пламени прыгали, как плоские камешки по воде, с одной свечи на другую. — Сариэль, первый в моём роду, власть твоя… — бормотал он.

Свечи загорелись ярче, пламя брызгало во все стороны. Сариэль всё ходил вокруг стола. Глаза его были открыты, но взгляд казался обращенным в пустоту. Теперь он шептал так быстро, что я ничего не мог понять. С каждым новым напевом огонь поднимался всё выше и сливался в воздухе в огромный пылающий конус.

Я не удержался и взглянул на Харпера. Он сидел совершенно неподвижно, сложив ладони под подбородком в молитвенном жесте, и, не отрываясь, смотрел на Сариэля.

— Люцифер, несущий свет, мудрый повелитель. — Демон замер в нескольких шагах от меня. Подняв руки, он рассёк левую когтями правой. Из ран хлынула кровь. Сариэль сунул окровавленную руку прямо в огонь. Воздух наполнился удушливой вонью жжённой камфары.

— Покажи мне эту женщину. — Пламя лизнуло его руку, и он зашипел от боли. — Моя воля сильнее твоей. — Схватив пальцами огонёк, он отделил его от остальных и приказал: — Покажи.

Свечи вдруг почти погасли. Огненный язычок в его руке засиял белым. Он извивался в воздухе, расправляясь и разгораясь всё ярче. В огне медленно проступил женский силуэт. Её светящуюся фигуру окружали клубы дыма, которые отбрасывали на неё движущиеся тени. Она покачивалась над ладонью Сариэля и смотрела в пустой угол комнаты.

— Джоан. — Харпер вскочил на ноги и подошёл к столу. Женщина обернулась, и стало видно её лицо. Она была прекрасна. Широко раскрытые тёмные глаза сияли. Длинные чёрные локоны струились по плечам и спине, прикрытым разорванной одеждой. Она открыла рот, но вместо слов из него вырвалось облачко белого дыма, и это, кажется, её напугало.

— Она жива? — спросил капитан.

Сариэль стоял с закрытыми глазами и молчал. Рука вздрагивала от напряжения. Наконец он медленно кивнул.

— Где она?

— Есть… один Блудный… — тяжело дыша, выдавил тот. — Он мёртв… как остальные… Повсюду кровь и осколки стекла… И кто-то ещё…

Вдруг что-то изменилось. В воздухе запахло чем-то едким, вроде жжёной извести. Я узнал этот запах. Так пахнет разъярённый демон. По силуэту Джоан прошла тёмная волна, а потом у неё внутри будто взорвалось что-то чёрное.

Я бросился вперёд и накрыл Сариэля своим телом. Он съежился на полу подо мной, и я почувствовал, как сотни крошечных ножей вспарывают пальто и рубашку на спине. От толчка я упал на колени, ощущая, как маленькие лезвия рассекают кожу. Запахло моей кровью. Я раскрыл рот в беззвучном крике. Одежда на спине вспыхнула.

Вдруг на меня полилась вода, и от этого раны защипало. Жжение прекратилось. Я судорожно вздохнул и ощутил металлический привкус во рту. Вода текла по спине, смешиваясь с кровью. В луже на полу таяли разбросанные вокруг меня веером лезвия.

— Ты в порядке? — Рядом на коленях стоял Харпер.

— Что это такое? — спросил я, почти не соображая от потрясения, хотя должен был догадаться по запаху и жгучей боли.

— Вода с серебром, — ответил он. — У меня всегда при себе несколько флаконов, на всякий случай. Извини, я знаю, что щиплет, но мне показалось, лучше это, чем то, что с тобой творилось.

— Я тоже так считаю, — согласился я.

Сариэль подо мной открыл глаза и сглотнул. Он закашлялся, и я отодвинулся, чтобы дать ему сесть. Приподнявшись, он оперся спиной о стену. Несколько минут он молча смотрел в потолок и глубоко, размеренно дышал.