Грани веков (СИ) - Иванов Павел Викторович - Страница 36

Загремел стремительно вращающийся ворот, цепь натянулась и задергалась.

Осторожно приблизившись, Ярослав перегнулся через край, но ничего не мог разглядеть в темноте. Куда же делся Беззубцев?

Звонкий цокот копыт заставил его обернуться. Не меньше десятка всадников, размахивая факелами, выезжали на площадь. Один из них вытянул руку, указывая на него.

Времени на раздумья не оставалось, и Ярослав, бросив на землю шестопер, решительно ухватился за цепь. Звенья были крупными и грубыми, что значительно упрощало спуск. Упираясь ногами в деревянные брусья, он опускался все глубже. Снизу тянуло сыростью, под ногами матово поблескивала вода. Неужели Беззубцев нырнул туда? Неожиданно, правая его нога, вместо того, чтобы упереться в стенку, провалилась в пустоту.

Он закачался на цепи и едва не свалился. Спустившись ниже на пару хватов, он обнаружил проход, зиявший черной дырой в стене колодца. Оттолкнувшись от противоположной стороны, качнулся к проходу, зацепился ногой за выступ и, цепляясь за склизлые доски, перелез внутрь. Проход был узкий и тесный, так что двигаться Ярослав мог только на четвереньках, но, по мере продвижения, лаз делался все шире. Через несколько метров проход оборвался, и Ярослав, сколько не вглядывался, не мог разглядеть ничего. Он стоял на коленях на краю обрыва перед звенящей черной пустотой.

Стараясь унять растущий страх, он попытался рассуждать. Беззубцев, однозначно, прошел этим же путем — не утонул же он, в самом деле! Значит, он был здесь, и, значит, прошел дальше.

Ярослав вытянул руку и ощупал стену под ним. Камень! Это уже хорошо — значит, лаз соединял колодец с каким-то подземельем, следовательно, высота не могла быть слишком большой — можно попробовать слезть. Развернувшись, он улегся на живот и начал медленно сползать, пытаясь нащупать ногами точки опоры. Что-то больно впилось ему под ребра; наконец, повиснув на руках, он затаил дыхание и разжал пальцы.

Оказалось, ему не хватало до пола всего пары десятка сантиметров.

Он уже готов был рассмеяться от облегчения, когда до него явственно донесся скрип цепи.

Значит, неугомонные стрельцы последовали за ним!

Нужно было бежать дальше, но в какую сторону? И как это делать в кромешной тьме?

Ярослав почесал саднящий бок и вдруг замер, похолодев. Лихорадочно ощупал себя и застонал. Рукопись, которую все это время он умудрялся таскать с собой, теперь куда-то пропала! То ли он выронил её во время бегства, то ли ее вытащили люди Шуйского…

С досады он стукнул кулаком по камню, на всякий случай еще раз проверил одежду.

В нагрудном кармане рубашки, как раз над ободранной кожей, обнаружился какой-то мелкий предмет.

Ярослав вытащил его и поднес к глазам. Это был крохотный сувенирный брелок, подаренный ему на одном вызове. Медальон размером с пятирублевую монету, с изображением чаши и змеи. Затаив дыхание, Ярослав сдавил его пальцами, и из-под них брызнул синий неоновый свет.

Он перевел дух. Работает!

Освещение было не слишком ярким, но его хватало для того, чтобы подсветить себе дорогу.

Поднеся брелок к полу, Ярослав увидел отчетливые следы грязи, ведущие направо по каменному коридору. Он двинулся по ним.

Поначалу, коридор вел в одном направлении, с заметным уклоном вниз, потом повернул за угол, и дальше, через несколько шагов, окончился развилкой. Следы здесь были почти незаметны, так что Ярославу пришлось тщательно вглядываться, прежде чем выбрать направление. Мелькнула мысль, что, если он не найдет Беззубцева в ближайшее время, то рискует заблудиться в этих катакомбах. Свернув направо, он почувствовал, что воздух стал свежее. Коридор снова делал крутой поворот, Ярослав свернул за угол и в следующий миг чья-то рука схватила его за горло, а в живот уперся острый конец клинка.

— Тихо, — выдохнул Беззубцев ему в лицо. — Один лишний звук — и этот кинжал проткнет тебе печенку. Усек?

Ярослав осторожно кивнул.

— Ладушки. Ну-ка, зажги свою игрушку.

Ярослав вспотевшими пальцами сжал брелок.

— Ишь ты… — Беззубцев усмехнулся, оскалив зубы. В синем свете он выглядел как киношный вампир.

— Так я и думал, — кивнул он, вглядываясь в Ярослава, — ты за мною бежал от самого двора Шуйского. Выследить хотел?

Ярослав покачал головой.

— Тогда зачем? — Беззубцев нахмурился. — На кого работаешь? Отвечай, если не хочешь гнить тут заживо!

Он провел кинжалом по щеке Ярослава.

— За мной гнались стрельцы, — признался Ярослав.

— За тобой, вот как, — снова усмехнулся Беззубцев. — А я-то подумал, что это ты их на меня навёл.

— Нет! — Ярослав выпалил это громче и быстрее, чем хотел. — Это люди Годунова, они за мной гнались! Шуйский прятал меня, а они узнали об этом.

— Скажи на милость! — протянул Беззубцев. — Что же ты за важная птица такая, что тебя сам Годунов ищет, а князь Шуйский укрывает?

— Долго объяснять, — Ярослав лихорадочно соображал, что может ослабить подозрительность Беззубцева. — Не до того сейчас, атаман. Стрельцы видели, как я лез в колодец, они вот-вот будут здесь!

Словно в подтверждение его словам, раздались отголоски эха голосов.

Беззубцев нахмурился, выглянул за угол и прислушался.

— Верно, — проговорил он, и зло выругался. — Зачем же ты за мной бежал, коли так?!

— Узнал, что ты к Димитрию в Путивль путь держишь, — признался Ярослав. — Хотел с тобою бежать!

Выдумка была такой себе, но другого ничего на ум не приходило.

— В Путивль, значит, со мною, — Беззубцев сплюнул. — Да на кой ты мне нужен, попутчик непрошеный?! Кто тебя звал? По твоей милости теперь, вон стрельцы на хвосте!

Он отпустил Ярослава, и отвел кинжал.

— Ладно! Уходим! — решился он. — Оторвемся от погони, а там решим, как поступим.

Они побежали дальше по коридору.

Крики за их спиной становились все громче.

Ярослав едва поспевал за стремительно нёсшимся Беззубцевым. От фонарика на бегу было мало толку, поэтому Ярослав зажал его в кулаке, молясь про себя, чтобы не споткнуться где-нибудь в темноте. Не успел он подумать об этом, как Беззубцев со всего маху растянулся перед ним на полу, и Ярослав, не успевший затормозить, налетел на него и тоже рухнул сверху.

— Чорт! — донеслось из-под него.

Встав на четвереньки, Ярослав щелкнул брелком. Беззубцев, с искаженным болью лицом, держался за ногу.

— Чорт! — повторял он.

— Подвернул? Покажи ногу! — Ярослав наклонился над ним, но тот оттолкнул его.

— Идти можешь? — Ярослав протянул ему руку.

Тот вцепился в неё, попытался подняться и скривился.

— Чорт!

Он уставился на Ярослава с такой ненавистью, что тот невольно попятился.

— Добегались! — зло выдохнул Беззубцев. — Из-за тебя, шантрапы, ногу повредил!

— Прости, — пробормотал Ярослав.

— Вот что, — Беззубцев прислонился к стене, — не знаю, чорт тебя послал мне, или ангел, но такова, видать, воля Божия…

Он запустил руку за пазуху и снял с шеи уже знакомый Ярославу крест.

— Вот, — протянул он его, — возьми и схорони у себя, слышишь? Коли не солгал ты мне, и верой и правдою государю нашему истинному Димитрию служишь — доставь его в Путивль, да передай ему лично. Скажи, мол, Юшка Беззубцев для тебя, государь, свою службу исполнил! Запомнишь?

Ярослав кивнул, оторопело глядя на раскачивающийся перед ним на кожаном шнурке крест.

— Так бери же! Они сейчас здесь будут, я их задержу малость. А ты следуй посолонь, а как начнешь вверх подниматься, никуда не сворачивай. Выйдешь в ров старый, оттуда через посад на Серпуховской тракт выйдешь. Исполнишь, что велено — государь тебя наградит и чином пожалует. Обманешь — навек проклятие моё с тобой будет, с того света за тобой приду! Понял?

Ярослав нетвердой рукой принял протянутый ему крест.

Крики стрельцов раздавались уже совсем рядом.

— Беги теперь! Беги же! — прикрикнул Беззубцев.

И Ярослав побежал.

Глава 21

***