Безликое Воинство (СИ) - Белоконь Андрей Валентинович - Страница 161

Вскоре осматривавший правый кормовой турбовентилятор Путра-Хар сообщил, что обнаружил деформации и трещины в переднем импеллере. Он сказал, что это серьёзная поломка, исключающая подводный ход, и хотя можно попробовать трещины заварить, такой ремонт вряд ли возможен в боевой обстановке. К тому же, сварка не гарантирует, что двигатель сможет долго проработать под водой даже на малых оборотах.

Наверное, я должен пояснить, почему он так сказал. Если бы мне самому в своё время это не объяснили, я бы удивился подобному выводу офицера-моториста, ведь в воздухе вентиляторы вращаются гораздо быстрее и задействуют большую мощность, соответственно, двигатели должны подвергаться более серьёзным нагрузкам в полёте, чем при подводном ходе. На самом деле, так как вода плотнее воздуха в несколько сотен раз, лопатки турбин испытывают под водой очень серьёзные нагрузки. Но дело даже не в этом. Главная опасность заключается в электрохимической коррозии. Турбины во всех контурах вращаются благодаря электромоторам. Нарушение целостности каких-то частей двигателя, вроде обнаруженных Путрой трещин, может привести к попаданию морской воды на токопроводящие детали, и тогда они подвергнутся ускоренной коррозии. Вообще, эти двигатели — гибридные турбовентиляторы — выдающееся достижение наших инженеров и большой секрет Тилвара. Далеко не все виды повреждений грозят им такими проблемами. Но раз уж офицер-моторист вынес этот вердикт, значит погружаться больше мы не могли, во всяком случае до тех пор, пока не сделаем ремонт.

Мы ещё не успели толком осознать, что наше судно теперь почти беспомощно, как на связь с нами вышел подвсплывший милях в пяти к северо-западу «Курай». Скванак переговорил с Кусумой-Аном. Он сразу сообщил ему о нашей поломке и что нас необходимо принять на их борт как можно скорее. Эти слова Решающего за Всех прозвучали приговором «Киклопу-4»! Ещё капитаны сошлись на том, что противник надвигается с трёх сторон и что его численность гораздо выше, чем ожидалось. Кусума доложил, что по пути сюда они всплывали несколько раз, чтобы оценить эффективность различных типов огня, в том числе запустили в преследователей одно из «зазубренных жал». Боеприпасы у них имеются разного типа, в том числе с пирогелем, который способен спалить дирижабль или прожечь насквозь корабельную броню. Такие боеприпасы оказались не только эффективными, они заставляли противника рассеяться и даже временно отступить. Однако преследовавшие их летательные аппараты и корабли никак не реагировали на летящую к ним большую крылатую ракету — до того момента, пока не сдетонировала её термоядерная боеголовка. После вспышки оставшиеся в строю аппараты просто сомкнули ряды, заполнив образовавшуюся брешь, и продолжили преследование. Судя по всему, наш нынешний противник не имеет никаких средств противодействия термоядерному оружию и даже не понимает, что это такое. И ещё Разрывающий Тараном сообщил, что они видят в свою перископную оптику скопление противника в двух милях к западу, у самого берега — это, очевидно, были те демонические корабли, которые отправились вокруг западной части острова. И корабли эти выползают на сушу! На несколько секунд в переговорах даже возникла пауза. Капитан «Курая», поняв замешательство Скванака, принялся докладывать обо всём в деталях. Будто бы корабли противника выползают на берег подобно идрам, а там разделяются на фрагменты — предположительно, на некие сухопутные боевые единицы. Нам несложно было догадаться, что, поскольку путь вокруг восточной части острова был даже короче, чем с запада, те корабли противника, которые отправились восточным маршрутом, коль скоро они до сих пор не показались на радаре, скорее всего также «выползли на берег и разделились на фрагменты», только на восточном побережье. Мы тогда восприняли всё это как несомненную удачу: преследовавшие нас демонические ракеты на тот момент застряли где-то с южной стороны горы и вот-вот должны были попасть в смертельную ловушку, ожидающую их на её вершине, а корабли демонов, вместо того, чтобы зажать «Киклоп» и «Курай» в клещи и атаковать на море, словно забыли о нашем существовании и зачем-то принялись высаживаться на покинутый нами остров.

К концу переговоров «Курай» всплыл и средним ходом направился к нам, в итоге дистанция между нашими судами быстро сократилась миль до трёх, и тут со стороны капитана Кусумы-Ана прозвучал вопрос, обескураживший всех, кто был тогда в рубке «Киклопа-4». Разрывающий Тараном спросил, нет ли на нашем судне пожара. Далее он пояснил, что наблюдает на нашем пеленге большой огненный шар. Впрочем, вскоре стало не до этого. «Курай», продолжая сближение с нами, обрушил всю свою огневую мощь на западную часть острова, где столь странным образом высаживались на побережье демонические корабли. Мне же Скванак приказал запустить фейерверк на вершине горы. Так канонада, устроенная большим ракетоносцем, совпала с нашим огненным представлением. Карап оказался прав: буквально через пару минут над горой залетало несколько десятков толстых ракет, накручивая на её вершину свои серые шлейфы, и ещё с десяток вскоре появились над западным побережьем. Нас тогда отделяло от горы уже больше десяти миль, и хотя боеголовка «жала» была выставлена на максимальную мощность, её взрыв нам ничем не грозил. Скванак со своего поста ввёл код детонации, а я послал соответствующую радиокоманду… Мы не можем наблюдать сам взрыв, потому что перед вспышкой бортовые камеры прячутся в специальные внешние гнёзда-отсеки; мы лишь наблюдаем на приборах результат электромагнитного импульса и ощущаем прохождение ударной волны. Так же случилось и в тот раз. Когда камеры вновь заработали, над горой поднималось и расползалось в стороны огромное грибообразное облако, а подножие горы окружило кольцо пожара, хорошо видимое даже сквозь пыль и дым — вспышка выжгла островные джунгли больше чем на милю от вершины и подожгла ещё дальше примерно на полмили. Демонических ракет не было видно нигде — даже тех, что летали над западом острова. Радиоактивное облако ветер сносил к северо-северо востоку, мы же собирались сошвартоваться с «Кураем» неподалёку от северо-западного мыса, так что попасть под осадки нам пока не грозило. Через какое-то время расстояние между нашими судами сократилось примерно до полумили, «Курай» к тому моменту уже прекратил обстрел острова, а его капитан вышел с нами на связь и вновь задал вопрос про пожар. Скванак так и не успел ему ответить.

Неожиданно из-за западного склона горы, немного правее от радиоактивного облака, показался летящий на большой скорости объект. Летел он очень низко, и когда очутился над водой, то за ним, помимо обычного для демонических ракет серого дыма, потянулся ещё и шлейф потревоженной воды. Я успел тогда лишь подумать, что это такой же аппарат, который мы посчитали за воздушного разведчика «безликого воинства», и ещё я успел разглядеть, что внешне он ничем не отличается от довольно медлительных толстых ракет. Наш радиолокатор показал, что скорость аппарата больше 900 узлов. В этот раз противовоздушный комплекс «Киклопа-4» был в полной готовности и носовая пушка начала стрелять за несколько секунд до того, как разведчик сблизился над нами. Однако это его не остановило, а лишь вынудило на манёвр: в тот момент, как пушка сделала первый выстрел, аппарат вильнул в сторону, уйдя с курса градусов на 30, а когда миновал нас, так же резво вновь вернулся на прежний курс, лежащий прямиком к «Кураю».

Когда скоростной разведчик пролетел над «Кураем», большой ракетоносец заметно просел на корму и задрал нос. В первое мгновение я решил, что это действие ударной волны, но уже в следующее вспомнил про силовой луч. Сердце моё замерло! Тем не менее, «Курай» встретил врага всей мощью корабельной ПВО, в том числе с него стартовало несколько зенитных ракет — наши соратники, разумеется, прекрасно понимали всю опасность демонических аппаратов и поэтому задействовали всё, что могли. Но перехватить эту цель даже оружию «Курая» оказалось не под силу. Пара-тройка снарядов всё же достали демона — мы видели, как он дёргался от попаданий, однако серьёзно повредить его, похоже, тогда не удалось. Нам сразу бросилось в глаза, как изменился силуэт «Курая»: в нём появилась одинокая вертикальная линия — это вздыбилась вверх выдранная демоническим оружием из обшивки его палубы полоса — примерно такая же, какие мы видели у «Копья Ксифии»! Стремительно пролетев над своей целью, разведчик круто развернулся. Если бы его пилотировал человек, он мгновенно погиб бы от такой перегрузки, да и сам скоростной аппарат, будь он сделан из металла и пластика, развалился бы на части. Развернувшись, демон вновь устремился к «Кураю», теперь уже на меньшей скорости. Его встретили те самые зенитные ракеты, которые выпустил комплекс ПВО большого ракетоносца, но ракеты эти пролетели мимо — я до сих пор не понимаю, почему так, ведь цель наверняка подсвечивалась радиолокатором, а скорость цели и расстояние до неё явно укладывались в диаграмму поражения… Впрочем, какая теперь разница? Нас с «Кураем» разделяли примерно три стадии, когда разведчик демонов вновь пролетел над большим ракетоносцем, а затем и над нами.