Безликое Воинство (СИ) - Белоконь Андрей Валентинович - Страница 80

Человек это не просто прямоходящее животное, наделённое разумом. Человека отличают от других живых существ свобода воли, творчество и человечность. У шалгуров имеется разум, но нет ничего из набора свойств, отличающих человека. По этой причине большинство мудрецов полагает, что шалгуры всё же не люди, они лишь используют людей как своих носителей, а человечество — как среду для обитания. То есть шалгуры выступают в качестве паразитов, а человечество — в качестве их хозяина, как это бывает в животном мире. Однако, в отличие от животных, в круговороте своей жизни эти существа не имеют даже собственной материальной формы, а захватывают чужую, из хозяйского мира. Призрачный Рудокоп говорил мне о том, что из космоса в космос может путешествовать только бестелесное, вот как раз так и происходит инвазия Шал-Гур. Попав в новый мир в форме бестелесных сущностей, шалгуры постепенно воплощаются в людей, и этот процесс долог и сложен. Хотя Шал-Гур не религия и не философское учение, они первоначально проникают в сознание человека в форме идей, прячутся не в телах, а в душах своих носителей, и исподволь завладевают ими. Люди смертны, а шалгурам требуются порой века, чтобы развиться и размножиться, они могут выжить во времени только как что-то устойчивое — как клан, секта, или даже целый народ. Так и в результате инвазии постепенно формируются сообщества и кланы, секты и касты, поначалу объединённые лишь общим духом или представлениями. В подобной среде складываются семьи и формируются племена, которые из поколения в поколение становятся всё более «шалгурскими», и в конце концов возникает могущественный и нередко доминирующий слой общества. К тому времени в этих существах не остаётся уже ничего человеческого, кроме внешней оболочки — они только лишь паразиты. Но они не пассивные кровососы, как большинство животных паразитов. Напротив, шалгуры более активны в экономке и общественной жизни, и действуют решительнее и энергичнее большинства людей. Они осваивают многие характерные для людей занятия, при этом тяготеют к тем, в которых личные связи, звание и положение гораздо важнее таланта, знаний и трудовых навыков. Они избегают честного производительного труда, но при том создают прибыльные отрасли, не производящие ничего полезного, зато весьма влиятельные в обществе. В таких отраслях процветают ложь и плутовство, но шалгуры с лёгкостью выдают их за истину и благо. В то же время, сознавая свою чужеродность миру, воплотившиеся в нём сущности вполне осмысленно отделяют себя от людей и с неприязнью относятся к принявшему их человечеству. Они склонны присваивать себе всё, что только найдут для себя полезным, но при этом их не назовёшь ворами. Вор знает что, присваивая чужое, он преступает и закон, и нормы морали. Шалгуры же уверены, что хозяйский мир принадлежит им по праву и они просто берут своё. Для них вообще не существует каких-либо моральных ограничений, а законы они, как и всё, стремятся переписать под себя. Они не брезгуют и убийствами, в том числе массовыми, и здесь у них имеет место схожая мера: людей они воспринимают как бездушный скот, с существованием которого приходится мирится и жизнь которого не стоит ничего. Шалгуров не интересует духовное развитие, они даже не понимают, что это и для чего нужно, и это обстоятельство, в числе прочих, явно отличает их от людей. Поскольку они лишены одного из главных свойств, роднящих человеческий дух с божественным — творческого начала, — они могут лишь имитировать творческую деятельность, присваивая себе не только плоды творчества людей, но сами творческие сферы ставя на службу своей корысти. Не удивительно, что духовная культура, в особенности наиболее высокие её проявления вроде этических учений, воспринимается этими сущностями враждебно. Они не только стремятся использовать духовную культуру в интересах собственной вульгарной выгоды, но и норовят намеренно извратить её или, истребив, подменить затем заманчивой подделкой, обольстительным, но бездушным суррогатом. Явное преимущество в мире-хозяине шалгурам даёт также единение их умов, основанное на том, что эти паразиты способны подчиняться одной логике и действовать заодно даже без сколь-нибудь заметного взаимного сообщения. В определённом смысле они представляют собой единое существо. В них нечасто видят прямую угрозу, их не боятся, они воспринимаются людьми скорее как духовная мерзость и скверна. Тем не менее, располагая подобными преимуществами, рано или поздно шалгуры начинают доминировать почти во всех сферах жизни, и тогда развитие человечества, поражённого их инвазией, идёт по особому пути, который стремится к финальной стадии — к размножению Шал-Гур.

Стадия размножения Шал-Гур начинается с того, что они создают толстую оболочку-кокон вокруг планеты, и по мере её создания, под её сенью, всё чаще вспыхивают военные конфликты, перерастающие в итоге во всеобщую войну. Можно подумать, что шалгурам нужно как можно больше человеческих жертв, но это не так. Неуправляемые масштабные бедствия вроде эпидемий или разгула природных стихий им не подходят: нужна им только война, где исполненные страхом и ненавистью люди убивают друг друга. По поводу того, что представляет собой шалгурский яйцевой кокон, известный у нас как «Смутный Купол», могу лишь сказать, что он — своеобразная машина по воплощению кошмаров. Как именно они его строят, из чего, и как провоцируют войны — этого я пока не понимаю. Заклятый медальон выдаёт слишком много неизвестных терминов, за которыми я не вижу смысла. С помощью чего-то, содержащегося в толще кокона, шалгуры могут влиять на армии воюющих сторон, усиливая одну из них, если другая получает явное преимущество — так они продлевают военную агонию мира. «Ментальный советник» упоминает здесь, к примеру, некую «технику тонких плёнок». Что это? Надеюсь разобраться в этом позже… По мере исчерпания ресурсов кровавые распри всё равно постепенно затихают, и тогда из кокона появляются некие существа, единственная задача которых — продолжать поддерживать войну. Существа эти — профессор Хиги называет их «планидии» — выполняют роль солдат, и они — биологические копии предыдущих хозяев, в мире которых колония Шал-Гур когда-то успешно размножилась. Солдаты оснащены оружием, образцы которого также взяты у предыдущих хозяев паразитов — разумной расы, жившей очень давно в мирах, совершенно чуждых нынешним. В таких планидиях, возрождённых из прошлого хозяйского мира шалгуров, люди видят нездешних чудовищ, воспринимают как захватчиков из иного мира. Однако шалгурам не нужно уже ничего захватывать — обречённый мир давно находится под их полным контролем. Кокон плодит единообразные копии планидий, а их образец — существо из прошлого мира шалгуров — как правило, столь сильно отличен от людей, что все шалгурские планидии выглядят для населения обречённого мира одинаковыми и словно безликими, и именно от этого пошло название «Безликое Воинство». Шал-Гур так и переводится с какого-то архаичного языка. Насколько я знаю, на Гее никто не видел таких необычных существ, во всяком случае в то время, когда я там ещё жила. В военной агонии рождается новое поколение шалгуров, и тогда яйцевой кокон покидают те самые полиэмбриональные капсулы — как споры или семена — они разносятся затем по всей Вселенной. Если я всё верно поняла, семена эти не имеют законченной материальной природы и они несут в себе нечто ещё не воплощённое. Если они достигнут нового оазиса жизни, всё начинается снова… А опустевший кокон вокруг планеты темнеет, всё больше закрывая её поверхность от света, и по прошествии многих лет начинает медленно разрушаться. Мало кому удаётся это пережить.

Я уповаю на мудрость хозяев Чертогов и других, кто озадачен спасением Геи, и я не сомневаюсь, что их усилиями моя родина будет в итоге избавлена от Шал-Гур. Так отрадно, что мне предстоит внести в их миссию какой-то вклад, похоже, существенный, но мне до конца не понятный. Конечно, я очень хотела бы узнать, или хотя бы приблизиться к пониманию того, каков будет этот вклад и каким именно образом эориане собираются избавить нас от этой напасти, не только окружившей, но и корнями вросшей в мой мир. Я нисколько не буду возражать, если для погибели шалгуров мне и правда придётся принести себя в жертву. Печальное испытание, которое, по словам Галша Талесы, мне уготовано, и о котором он сожалел — что же он имел в виду?..