Механический зверь. Маленький изобретатель (СИ) - Розин Юрий - Страница 48

Опустив голову, парень вернулся на место. Его выступление, начавшееся с бравады, окончилось достаточно странно и неуклюже. Ну, первый блин комом, почему бы и нет.

— Я хочу, я! — Лани вскочила с места и рванулась вперед. — Всем привет, я Ланирис Морфей, потенциал между средним и высоким, земля, вода, воздух и я тоже не люблю плакать! — Лаз просто всем телом ощутил, как Эльф на задних рядах дернулся и вскинул голову. Сама того не понимая, его сестра только что нашла себе преданного почитателя.

Через пару месяцев после того случая в королевском дворце Лани претерпела очередную метаморфозу. Лаз не знал, что точно щелкнуло в ее мозгу, но, похоже, сидя там, у его больничной койки, девочка осознала, что в их паре брата-сестры именно она всегда будет ведомой. Что ее старания защитить Лазариса также бессмысленны, как попытки ребенка защитить профессионального воина. Это не было плохо и, к огромному счастью их обоих, Лани это поняла.

Поняла и решила, что будет заботиться о брате по-другому. Будет не стеной между ним и невзгодами, а, наоборот, встанет позади, чтобы помочь и поддержать, где словом, где делом. И Лаз всячески поддерживал такую ее позицию. Несмотря на то, что мог перевязывать свои руки с помощью того же телекинеза, он всегда дожидался прихода сестры и тихо сидел, наблюдая, как она аккуратно наматывает на исковерканные пальцы бинты. Он знал, что это зрелище для нее неприятно, что прикасаться к изломанным из-за нее рукам для девочки едва ли не пытка, но также понимал, что это ей необходимо. Необходимо чувствовать себя нужной.

Со временем, когда его состояние окончательно стабилизировалось, Лани начала помогать в чем-то еще. И Лаз всегда оставлял для сестры какое-нибудь дело, лично для нее, чтобы она постоянно ощущала свою важность в его жизни.

А потом, постепенно, вернулись и ее детская веселость, и задорный смех, и игривость характера. Словно рушилась стена, что девочка сама возвела в своем сознании. И, видя, какую радость доставляет брату своей жизнерадостностью, Ланирис лишь сильнее убеждалась в том, что все делает правильно. Фактически, несмотря на то, что она была старше почти на четыре года, она уже давно и окончательно стала для Лаза младшей сестрой.

И сейчас он с искренней улыбкой наблюдал, как Лани ходит по рядам и здоровается со всеми за ручку. Сарифа она даже обняла, за что явно получила в сердце подростка совершенно уникальное место.

— Всем привет, меня зовут Тиммилини Кальцир.

Парень с самым странным и сложным именем из всех, что Лаз слышал за обе жизни, был следующим. Окажись он в земных восьмидесятых, никто бы даже не удивился его внешности. Вылитый гот. Темная одежда, черные волосы, даже ногти покрашены в черный. Макияж в Кристории, правда, был не слишком популярен даже у женщин, так что лицо осталось нетронутым, но на общем темном фоне смотрелось землисто-серым. Семен Лебедев, еще заставший этих кладбищенских панков и относившийся к подобному имиджу с пренебрежением и иронией, дал парню безобидное прозвище «Черныш».

— Потенциал близко к высокому, а также я и стихийник с родством к воде, и псионик, — Лаз дернулся и с интересом присмотрелся к магическому амбидекстру. Оказывается в мире и такое бывает. — Люблю музыку, не люблю когда меня достают по пустякам.

Лаз огляделся. Похоже, остался только он один. Встав с места, он подошел к преподавательскому столу. Дизаль с интересом посмотрел на мальчика, но ничего не сказал.

— Привет, мое имя Лазарис Морфей, мне девять лет, — по классу прокатилась уже знакомая Лазу волна шепотков, правда, из-за малочисленности группы, весьма вялая. — Потенциал между высоким и высшим, псионик. Люблю магию и все, что с ней связано, не люблю когда люди беспричинно считают себя лучше других. Будем знакомы.

— А с ним точно все будет хорошо?

— Да вроде бы да, ты смотри сколько людей вокруг за ним присматривают.

— Ну да, тоже верно…

— А чего это вы за вражеского агента переживаете?

— Да ладно тебе, он же не виноват ни в чем. А сам по себе парень вроде неплохой, о семье заботится, тьму в душе подавить старается.

— Стараться-старается, только не выйдет у него ничего.

— Почем тебе знать?

— Да потому что это чистая арифметика. Его душа какого размера? А тьма какого размера? Его душа растет с какой скоростью? А тьма с какой? Вот и весь сказ. В конце концов он поддастся, вопрос только, как скоро.

— И что, обвинять его в том, что от него не зависит?

— А что остается? Жалеть его? Да, это по-нашему. Вот только поможет ли нам это? Мы должны помнить, чем мы сильнее темных, но ведь и они кое в чем нас сильнее. Пора бы у них чему-то поучиться, к примеру — умению отбрасывать ненужные эмоции.

— И все равно, я в него верю.

— Ну и верь. Когда его душу поглотит тьма, ты поймешь, кто был прав.

Глава 28

Глава 28.

— Ну вот и отлично, все представились, думаю в таком небольшом классе мы быстро друг друга запомним, — Дизаль взял слово. — А теперь я расскажу про то, как будет протекать учебный процесс.

На первом и втором курсах все студенты были привязаны к своим факультетам. Только потом, получив чуть больше свободы, можно было записаться на лекции в других направлениях. Однако это не означало, что группе будет нечем заняться. Кроме теории магии в академии проходили практические занятия, курсы по тактике магического боя, для стихийников существовали уроки по взаимодействию с элементами, для псиоников — по контролю материи. Предмет «Технологическое протезирование» начинался только со второго курса, но Лаз не питал особых надежд. Вряд ли в этом магическом мире найдется что-то неизвестное ему о механизмах. Однако в названном Дизалем списке значились три предмета, о которых он не знал почти ничего. «Техника создания образов», «Теория энергии души» и тот самый, вожделенный «Курс начальной трансформации».

До начала занятий осталось три дня, а пока у студентов было время погулять по академии, обвыкнуться с ней, найти себе место по душе и разобраться в не слишком простой схеме расположения аудиторий.

Проводив ребят до жилого крыла, расположенного у первокурсников в самой глубине горы, Дизаль распрощался с группой и отправился по своим делам. Компания из десяти человек осталась предоставлена самой себе.

— Кто со мной на разведку? — Лани, как всегда, выскочила вперед первой.

— Я пойду… — Эльф-Сариф думал не долго. Похоже, Лаз даже недооценил образовавшейся в его голове привязанности.

— Я тоже хочу! — Малютка, мило вскинув вверх ручку, присоединилась к компании.

— А чё еще-то… — Слушать низкий голос Варвара было довольно приятно. И даже ошибки в произношении не могли сильно уменьшить это своеобразное удовольствие.

— Ну тогда и я пойду, за таким сильным мужчиной я точно буду как за каменной стеной. — Штучку ждало разочарование. Ее обольстительные приемы отскакивали от Джи Даза как резиновые мячики. Судя по всему, Варвар был просто слишком варваром, чтобы проникнуться.

— Пойдем, братик?

— Ну не-е-ет…

— Ну давай! Я обижусь, если ты снова завалишься в кровать на весь день.

— Пойдем. — Забавные перепалки этих двоих тоже было очень интересно наблюдать.

— Ну раз все прекрасные дамы идут, я не могу себе позволить отсиживаться в стороне, — Рыцарь, похоже, не состоял только из праведных помыслов, в его улыбке, направленной на Штучку, легко читалось вполне приземленное желание. Впрочем, решил Лаз, так даже лучше, с закоренелым блюстителем благочестия общаться было бы просто скучно.

— Спасибо за комплимент, — Мари, похоже, тоже увидела этот чуть хищный взгляд молодого человека. — Обещаю, я тебя не разочарую…

— А я не пойду. Удачи. — Черныш уже было хотел скрыться в двери жилой комнаты, но какая-то сила захлопнула створку прямо у него под носом.

— Нехорошо отбиваться от коллектива, — Лаз, а это был, конечно, он, развернул парня в сторону выхода. Тот хотел уже что-то сказать, но потом передумал и только махнул рукой.