Механический Зверь. Железный Дьяволенок (СИ) - Розин Юрий - Страница 15

— Вот-вот… и теперь, когда объявился пятый номер… Не лучше ли будет, там, запретить ему вообще покидать академию? Или отправить его, там, домой и там оставить? Не пойдет же старик в Апрад.

— Да уж, за ним любовь к городам не замечена. С одной стороны, ты прав. А с другой… — Савойн надолго замолчал.

— Что такое? — Там-там очень редко видел своего старого друга в таком замешательстве.

— Слушай, не кажется ли тебе, что этот мальчик слишком опасен?

— О чем ты там говоришь, Савойн!? — Базил вскочил с места, лицо псионика покраснело, ноздри раздувались, в глазах полыхало пламя. Бокал с вином семидесятилетней выдержки разлетелся вдребезги, в платяных шкафах задрожали книги, готовые сорваться в полет по кабинету, даже стены жалобно затрещали, поддаваясь могуществу высшего мага. — Последнего человека, замышлявшего что-то там против ребенка, я разорвал на кусочки! Думай, прежде чем сказать!

Однако Савойн Листер не был захудалым чиновником, стремящимся запихнуть себе в карман побольше ценностей. Многострадальные стены пошли трещинами, оказавшись в эпицентре энергетического вихря, созданного мощью двух сильнейших магов огромного королевства, в помещении поднялся дикий ветер, разметавший лежащие на столе бумаги, а под потолком заискрили шаровые молнии.

— Угрожать мне решил!? — Голос Савойна был похож на раскаты грома. — А хватит силенок? Ты серьезно думаешь, что я скажу что-то такое просто так!?

Несколько секунд два старика играли в гляделки, пока вокруг них нарастала энергетическая буря. Снаружи у дверей стояло уже больше десятка людей, но входить не решались, совершенно оправданно опасаясь за сохранность своей жизни. Но, наконец, Базил, кивнул и сел назад в кресло, один из двух предметов в кабинете, никак не затронутый происходящим. Вторым было кресло Савойна.

— Я там немного намусорил, — Как ни в чем не бывало, Там-там махнул рукой и осколки стекла поднялись с пола, собрались обратно, после чего места слома сами собой заросли, вернув тонконогий бокал в первоначальный вид. А из мягкого ковра в воздух поднялась большая рубиново-алая капля, тут же отправленная в окно.

— В остальном кабинете наведи порядок и будем считать, что ничего не было, — Савойно тоже уселся в на место, но, как победивший в этой небольшой дуэли, выставил свои требования, пусть и совершенно несерьезные.

— Хорошо, — старик прикрыл глаза. — Сейчас расскажешь, что там надумал.

Если Лаз использовал десятки рук из телекинеза, то Базил Бадис — тысячи. Одновременно во всему помещению начали вставать на места выпавшие с полок книги, затягиваться трещины на стенах, отчищаться от дерева подпалины, собираться обратно на стол в ровную стопочку бумаги… меньше чем за три минуты все следы их маленького спора полностью пропали и только пустой бокал Базила, который Савойн не спешил снова наполнять, напоминал о произошедшем.

— Я тебе не рассказывал, но в прошлом году у нас с мальчиком произошел разговор, — начал ректор Дома Магии, удостоверившись в достойном исполнении восстановительных работ.

— И что он там тебе сказал?

— Я не скажу, — бровь Базила удивленно поднялась, на что Савойн поднял руки в примирительном жесте. — Не потому, что не хочу, а потому, что не смогу сказать также, как сказал он мне. А без этого слова потеряют всякий смысл. Но я могу сказать, что внутри этого ребенка таится нечто страшное.

— Не веришь же ты его деду, который там утверждал, что тело его внука захватило чудовище!

— Не верю. Но это точно не просто десятилетний мальчик. И дело не в его аномально сильной душе. То, как он это говорил… про тьму, что живет внутри него…

— Ну может он, там, придумывает. У детей в этом возрасте… — однако закончить мысль Базил не смог.

— Нет! — Савойн замотал головой. — Он не врал и не придумывал, могу поклясться чем угодно. Он с полной ясностью осознает, что именно сидит в нем. И… и я испугался, Там-там. И мне не стыдно в этом признаться. Я струсил, впервые за много-много лет.

Долгие секунды в кабинете царила полнейшая тишина.

— Да уж… теперь я понимаю, что ты там имел в виду.

— Именно. Он сказал, что пока контролирует это, но я не могу постоянно верить ему на слово.

— И что думаешь, случится?

— Катастрофа. Если он потеряет контроль над этой тьмой, то ни я, ни ты, не сможем его удержать. В конце он, скорее всего, умрет, но до того успеет натворить таких бед, что всей Кристории расхлебывать многие годы. Я не знаю, на что это будет похоже, но почти уверен, что прав.

— И ты хочешь избавиться от проблемы руками пятого номера? — лицо Базила скривилось, словно старик за раз сжевал целый лимон.

— Да.

— А что будет, если пятый там проигнорирует парня? Если твой план провалится?

— Ничего не будет. Мальчику ничего знать не стоит, а пятому тем более, просто постараемся их столкнуть. За передвижениями пятого следят, да старик и не особо скрывается, остается только подтолкнуть мальчика к нему.

— А это, там, не слишком жестоко? — Базил снова сжал лоб.

— Думаешь мне приятно отправлять ребенка на смерть? — Савойн сжал кулаки, на лбу ректора Дома Магии запульсировала жилка. — Чувствую себя последней сволочью. Но выбирая между одной его жизнью и потенциальной смертью тысяч жителей Кристории, львиная доля из которых может прийтись на студентов моей академии, я не имею права быть жалостливым.

— Савойн… имеем ли мы право делать такой выбор? — голос Базила Бадиса был тих и глух, старый псионик выглядел очень уставшим.

— Отец его одногруппницы, — Савойн Листер заговорил после почти минуты молчания. — Павос Эраль его имя, был тем, кто проводил тест на потенциал, когда мальчику был только год о роду. И потом он рассказал мне, что думал убить ребенка на месте, чтобы не допустить возможности появления угрозы. И пусть он выбрал жизнь, именно после того случая он ушел из содружества магии, посчитав себя недостойным этого места. А теперь я должен сделать такой же выбор. Я, честно, не знаю, имею ли право, Там-там. Скорее всего нет. Но я ведь не только ректор этой академии, не только преподаватель, я отвечаю еще и за всю страну. А после того разговора я боюсь этого мальчика, потому что не могу никак узнать, кем или чем он станет.

— А если он станет чудом, а не проклятьем?

— Это не исключено. Но лучше никакого чуда, чем возможность кошмара.

— Великий свет… ладно, я тебя понимаю. Но пообещай мне одну вещь: если мальчик после этого останется жив, ты бросишь идею его убить. Ни я, ни ты, никто из нас не сможет принять подобное решение во второй раз.

— Спасибо, Там-там… — но его старый друг уже вышел за дверь.

Глава 11

Глава 11.

— Итак, кто куда едет? — в эти каникулы ребята решили не отправляться куда-то всем вместе.

— Мы с Варваром и Штучкой договорились вместе поехать в Синиб, говорят, летом там отлично рыбачить. — По устремленным в пол глазам Рыцаря и по кошачьей улыбке Мари было понятно, что по-настоящему рыбачить в следующие три недели будет только Джи Даз.

— Я домой, в Готу. — Сариф, который после того разговора с Лазом так ни на что и не решился, виноватым взглядом посмотрел на так ничего и не понявшую девушку.

— Нас Лани позвала в гости! — Малютка и Жарди с обеих сторон сдавили подругу, чуть не грохнувшись в такой тесноте. — Так что мы все вместе едем, Дьяволенок!

— Нет, я остаюсь в академии, — Лаз покачал головой. — Хочу еще позаниматься с учителем Эаби.

— Да ты чего!? Каникулы же! Надо отдыхать! — Варвар все-таки не любил учиться.

— Я в процессе отдыхаю. И вы меня уже не переубедите.

Несмотря на его слова, ближайшие пять минут все пытались сделать именно это. Естественно, безуспешно.

— Я уже пыталась, — резюмировала Лани, когда последний увещеватель замолчал, поняв, что их затея обречена на провал.

— Ну и сиди тут! А мы поедем гулять по Апраду! — Алексис, показав мальчику язык, развернулась и отправилась к себе в комнату собирать сумки.