Механический Зверь. Железный Дьяволенок (СИ) - Розин Юрий - Страница 30

Конечно, сильнейший псионик может научить куда большему, чем обычный преподаватель, но ведь дело в том, что ему только десять. Чтобы иметь возможность адекватно воспринять уроки Базила он должен был овладеть базой, в противном случае высшему псионику самому пришлось бы рассказывать ему то, что могли и другие. Даже нынешний самый молодой высший маг, Ласс Нель, начал учиться магии соответствующего уровня только лет в семнадцать. Лаз, конечно, имел все возможности воспринять учения Базила из-за души уже сорокалетнего человека, но это ведь об этом никто больше не знал.

Неужели у одного из одиннадцати (на всю страну!) высших магов больше не было дел, кроме как учить его? Это явно было очень странно. Тем более что за предыдущие девять лет его никто особенно не трогал в вопросах магии. И почему сейчас, в середине учебного года, а не в начале?

Однако, так или иначе, упускать такую возможность было бы глупо. В конце концов, независимо от причины, подобные уроки от сильнейшего псионика страны были невероятно ценны.

— С радостью! Спасибо Вам большое! — Лаз искренне протянул Базилу ладонь. Старый маг с удовольствием ее пожал.

Вот только в тут секунду, когда их руки соединились, сквозь разум мальчика словно прострелила молния.

— Профессор Бадис, вы сейчас в трансформации? — вопрос был не слишком уместный, все равно что спросить, какого цвета на человеке белье, но сейчас Лазу было плевать.

— Да… хе… — мужчина неловко кашлянул. — стареть стал, тело хуже слушается, решил кое-что поправить… -

В принципе, объяснение было не слишком уж странным. В конце концов, энергию Зверя можно было использовать не только для боя. К примеру, маги-женщины достаточно часто применяли трансформацию, чтобы, к примеру, скрывать седину или морщины. Еще очень известным вариантом применения были случаи, когда люди хотели что-то в своем теле убрать: бородавки, большой живот, излишнюю волосатость… а часто и добавляли себе что-нибудь…

Вот только для семидесятилетнего Базила Бадиса, ценившего в жизни честность и силу, подобные игры с магией трансформации были мягко говоря странными. Все равно как если бы старый генерал начал бы подкрашивать волосы или делать подтяжку лица.

Однако Лаз в данный момент не мог о таком думать. Невнятно попрощавшись с высшим магом, он погрузился в размышления и воспоминания.

Вообще, когда маг находится в форме Зверя, это можно понять только внешним признакам. Если трансформация не затрагивала никаких визуальных параметров, то ее и не было видно. Когда же эта магия не была напрямую активирована, понять, является ли маг трансформом, для обычного человека в принципе невозможно.

С наработанной Лазом чувствительностью к магической энергии и энергии Зверя в частности, он сравнительно легко мог определить по «ауре» активированную трансформацию. Но когда энергия Зверя прячется внутри человеческой души, найти ее даже для него было невероятно сложно. Все равно как в стакане воды определить растворенную каплю вина.

Однако «сложно» не означает «невозможно». И на этот раз он преуспел не только потому, что трансформация Базила натолкнула его на идею. А еще и потому, что в его мозгу всплыла еще одна точно такая же неправильность, какую он ощущал от Ридама. Тогда, в закутке между стенами корпусов академии. От парочки студентов, впоследствии пропавших без вести.

И та парочка, и Ридам, были трансформами. Просто в ту секунду, когда они общались с Лазом, энергию Зверя в их телах была в спящем состоянии и определить ее у него не получилось.

Казалось бы, что в этом такого? Ведь каждый в его группе изучал трансформацию, Варвар, Штучка, Сариф и даже Малютка имели точно такой же оттенок в энергетическом фоне, как и еще множество студентов и преподавателей.

Вот только ни Ридам, ни те двое, не были магами. Парень Жарди учился на факультете права, пропавшие парни — на ремесленном. У них в предметах магия могла идти только как дополнительный предмет, который им бы преподавался чисто для информации. Максимум им бы объяснили, как применять магию в самых бытовых ситуациях, вроде кипячения воды для чая или проветривании помещения. Нечто настолько сложное и, что куда важнее, строго секретное, как магия трансформации, не могло быть в их расписаниях никаким образом.

Лаза и ребят постоянно предупреждали, чтобы они никому, даже родителям, не рассказывали никаких подробностей этих занятий, а по окончании академии и по достижении совершеннолетия каждый из них обязан был бы подписать кучу бумаг, юридически заверяя свое молчание, фактически, подписку о неразглашении. Нарушителей в лучшей случае ждало многолетнее тюремное заключение, если не казнь по обвинению и измене.

Так как же будущие чиновник, архитектор и ювелир смогли изучить нечто подобное?

Глава 22

Глава 22.

Все это было невероятно странно и даже более того, подозрительно. Однако прежде чем думать, что с этим делать, Лазу нужно было решить две вещи.

Во-первых: стоит ли вообще в это влезать? У каждого в мире были свои скелеты в шкафу, кому, как не ему это знать. Мало ли как эти трое научились магии трансформации: влиятельные родственники, щедрость учителя, найденное в семейной библиотеке за парой томов с беллетристикой руководство… в тот раз, когда он пытался выяснить, куда пропала та парочка студентов, у него не было конкретных идей. Но сейчас здравый смысл легко подсказывал ответ: тайная встреча в закутке, приглашение в заброшенный корпус академии, непонятное исчезновение и магия Зверя были связаны. Входил ли в эту цепочку Ридам? Неизвестно. Однако, так или иначе, теперь, если Лаз реально влезет в это дело, выбраться у него уже не получится. Именно потому, что он понял, в каком направлении копать.

И не сказать, что ему очень хотелось вмешиваться. В конце концов, Кристория сама по себе его нисколько не волновала. Он не был большим патриотом на Земле и, попав на Люпс, не испытывал по отношению к стране своего рождения никаких особенных чувств. Ну и что, что государственная тайна раскрыта? Какое его дело? Пока это все не касается его близких, Лазу было плевать. И узнай он правду до знакомства с Ридамом, не задумываясь ни на секунду махнул бы на все рукой.

Но теперь дело приняло неожиданный и неприятный оборот. Рыжик была одной из тех людей, кого Лаз поклялся себе защищать. Тем более после прошлогоднего инцидента с Клодом. И пока существовал хоть один шанс того, что молодой человек Жарди имел какое-то отношение к странным делам в Доме Магии, он не мог позволить себе отсиживаться в стороне.

Таким образом, решение было принято, ему придется либо докопаться до правды, либо убедиться, что энергия Зверя в энергетическом фоне Ридама не имеет никакого отношения к той пропавшей парочке.

Во-вторых же следовало решить, как ему действовать. Одному или кому-то рассказать? Если рассказать, то кому? Друзьям или «взрослым»? Или и тем, и другим? Пытаться вначале разобраться с Ридамом или зайти с другого конца? В таких раздумьях Лаз просидел практически до ночи, забыв про ужин и даже пропустив лекции, что было совсем не в его духе.

И то, до чего он дошел, было не слишком приятно. Как не прискорбно было признавать, но в подобных вопросах Лаз не имел ни крупицы опыта. Инженерия? Магия? Сложности семейных отношений? Это пожалуйста, это за всегда. Но не подпольные интриги и не государственные тайны. Он чувствовал себя тем самым человеком, пытающимся найти черную кошку в черной комнате. А значит одному ему точно не разобраться. Нужна помощь.

Но чья? На примете было несколько подходящих персонажей. Своих друзей он сразу отбросил, пока он не будет хоть в чем-то уверен на 100 %, им ничего не скажет. В конце концов, даже Рыцарь, которому двадцать исполнилось уже несколько лет назад, в глазах Лаза был слишком юным. Что бы они смогли сделать, расскажи он о своих подозрениях? Припереть Ридама к стенке и попытаться выбить из него правду? Это он мог и сам. Нужен был кто-то, обладающий знаниями и возможностями большими, чем у него.