Механический Зверь. Часть 4. Мастер тысячи форм (СИ) - Розин Юрий - Страница 36

Спустя почти час сомнений не осталось: это место — гигантская исследовательская лаборатория. В верхней половине купола находились жилые помещения, сотканные все из того же спрессованного воздуха, какие-то организационные отделы, офисы, если так можно было назвать соединенные трубками коридоров пузыри-кабинеты и висящими в пространстве «столами», «стульями» и «шкафами», представлявшими из себя просто плоские поверхности без каких-либо ножек или чего-то подобного. Спали рыболюды «стоя», в узких капсулах-кроватях, ели непонятную, похожую на рацион космонавта, кашу разных оттенков красного и фиолетового, в таких же сферических столовых, в общем вели вполне обычную, с поправками на свою среду обитания, жизнь.

А вот в нижней половине находились уже собственно исследовательские отделения. И исследовательские интересы у рыболюдей неожиданно совпадали с таковыми у самого Лаза. За содержащимися в «загонах» — лишенных воды пузырях, монстрами южного континента наблюдало множество предполагаемых ученых. Рыболюди их тестировали, брали образцы тканей и, конечно, вскрывали и препарировали. В самом низу купола, почти лишенном света и погруженном в постоянный холод, находились склады образцов тканей и органов, от многообразия которых у Лаза потекли метафорические слюньки. Что пытались выяснить местные исследователи он, правда, так и не понял, но сейчас это и не было так важно.

Также все-таки обнаружить местных представителей «силовых структур». В отдельных пузырях, которые обычные работники старались оплывать как можно дальше, можно было найти облаченных не в стандартные облегающие костюмы, а в даже на вид прочные и тяжелые чешуйчатые доспехи рыболюдов, вооруженных странными трехлезвийными клинками, немного напоминающими земные геральдические лилии. На спине у каждого такого силовика висел вполне привычного вида арбалет. Всего Лазу удалось насчитать около сотни таких вот солдат. Не так уж и много, с учетом агрессивности окружающего мира, хотя, с другой стороны, благодаря аномалии им вообще мало кого стоило бояться.

Однако, как бы он не старался, входа в купол Лазу так и не удалось обнаружить. А ведь он точно должен был быть, как-то же внутрь попали все эти здоровенные чудища. Кстати интересно, откуда рыболюди их брали в таких количествах, ведь до ближайшей чистой от аномалий зоны почти тысяча километров. Об этом Лаз, сделав зарубку на склерозе, пообещал себе еще подумать. Сейчас же стоило все-таки заняться вопросом проникновения.

Но, к добру или к худу, но этот вопрос решился сам, причем куда быстрее, чем Лаз мог ожидать. Пока он ломал голову над тем, как проникнуть внутрь совершенно герметичного, включая подземную часть, купола, не всполошив все еще вполне вероятные сенсоры или магию обнаружения, краем сознания он уловил движение с противоположной от той, откуда он сам пришел, стороны купола.

Процессия, показавшаяся из леса, была, как не странно, вполне ожидаемой. Да и ответ на вопрос, где рыболюди берут новых животных для экспериментов, нашелся за одно. К тому же выяснилось, что они и воздухом дышать вполне могут. Два десятка солдат, один из которых немного прихрамывал, явно попав в одну из бесчисленного количества ловушек природы южного континента, без всяких аквариумов на головах, как это рисовали в некоторых земных мультфильмах, конвоировали несколько парящих над землей чудищ самых разных форм и размеров. Вне купола, похоже, они все-таки применяли более удобные и экономичные способы использования магии, так что поддерживал монстров обычный телекинез.

Источником же магии был двадцать первый рыболюд, двигавшийся в жестком оцеплении из солдат, исходя из чего Лаз сделал вывод, что это была какая-то важная шишка в местной лаборатории. Одет он был также в броню, но куда более легкого типа, по-настоящему защищающую лишь грудь и шею. Что удивительно, несмотря на высокий статус, которым маг рыболюдей бесспорно обладал, по одежде этого никак нельзя было понять. Ни блестящих элементов, ни нашивок, ни каких-либо других знаков отличия. Может, конечно, в полевых условиях это и было бессмысленно, но Лазу это показалось странным. Хотя, скорее всего свою роль сыграл опыт жизни в околосредневековом обществе, где регалии на себя вешали все кому не лень. Может быть его доспех сам по себе был символом его положения, мало ли из чего он был сделан, так грубо влезать в личное пространство другого мага-псионика Лаз точно не собирался. Да и к тому же, почему представители иной цивилизации и иной расы вообще должны были придерживаться каких-то человеческих стандартов?

Так или иначе, но план скрытного проникновения родился незамедлительно. На небольшую мушку, усевшуюся на бок к одному из обездвиженных животных, внимания никто из рыболюдей не обратил.

Когда процессия подошла к куполу, стало понятно, почему Лазу так и не удалось отыскать вход. Просто в обычное время его и не было. Однако перед вернувшейся экспедицией стена сжатого воздуха начала оперативно расходиться в стороны, словно перчинки от капельки масла в том детском эксперименте. Параллельно же создавался тоннель от входа куда-то вглубь купола, достаточно широкий, чтобы вместить в себя не только всех рыболюдей, но и их немаленькую ношу.

Однако Лазу в этот момент было совсем не до того. Он был занят тем, что создавал новую трансформацию. К сожалению, превращаться в одного из рыболюдов было все равно что сказать: «Смотрите, вот я где!» — но у него была другая, более интересная идея.

В мире животных есть уникумы, в процессе эволюции изменившие свое тело так, чтобы оно начало походить на листочки, веточки или кусочек коры дерева, сливаясь таким образом с окружением для того чтобы спрятаться или наоборот, подстеречь добычу. Это называется мимикрия. И Лаз собирался сделать именно это. Мимикрировать под то, на что никто и никогда не подумает обращать внимания. Под одну из чешуек на доспехах рыболюдов-солдат. Конечно было бы куда продуктивнее прицепиться к броне мага, но пределов возможностей последнего Лаз не знал и потому боялся, что тот сможет почувствовать лишнюю деталь своей одежды.

Спешил же он потому, что только сейчас, когда создаваемый магией тоннель испускает столько энергетических помех, он сможет незаметно сменить формы. Когда же они прибудут в зону с вольерами для животных и проход исчезнет, всплеск его магии точно будет засечен. К счастью, два последних месяца не прошли для Лаза даром с его мастерство в магии трансформации сделало еще один шаг вперед, так что тех нескольких минут, что процессия двигалась по тоннелю сквозь толщу воды, ему хватило на создание простейшей формы. Муха, вспорхнув с тела мутировавшей свиньи, покрытой множеством маленьких рожек, уже через десяток секунд превратилось в маленькое ракообразное, ведь дышать придется водой, с панцирем, идеально повторяющим форму чешуек доспехов бойцов конвоя. Своей целью Лаз выбрал того самого раненного рыболюда, резонно рассудив, что того, скорее всего, направят в лазарет или что-то подобное, а значит возможностей для исследования будет больше.

Процедура разгрузки подопытной свинки и ее товарищей заняла около получаса, за которые Лаз успел найти себе идеальное место в районе разрыва брони на ноге солдата, так что даже к, казалось бы, лишней чешуйке, вопросов возникнуть не должно было. Принимали партию животных несколько рыболюдов с дощечками-блокнотами, на которых они острыми палочками, словно древние шумеры на глине, выводили какие-то странные закорючки, наверное описывали существ. Разговоры с солдатами они не вели и общались исключительно с магов, да и то очень редко, какими-то обрывочными фразами, свистящими и хриплыми. Похоже общаться на воздухе им все-таки было не слишком удобно.

Когда все, наконец, закончилось и зверей поместили в вольеры, зона приема была быстро затоплена водой и закрывающий ее пузырь растворился. Попрощавшись с магом, в воде их голоса звучали куда приятнее и даже как-то мелодично, работники подводного зоопарка уплыли восвояси, а сам маг развернулся к солдатам и начал что-то говорить довольным и уверенным тоном, наверное хвалил за проделанную работу. Только на транспорт Лаза, единственного раненного рыболюда, маг посмотрел с недовольством, после чего как-то странно булькнул, что, вероятно, должно было означать тяжелый вздох, и махнул рукой. Пристыженный боец, стараясь не глядеть никому из собратьев в глаза, отделился от команды и отправился наверх, в жилую часть комплекса.