Ласковая западня (СИ) - Рис Кларисса - Страница 6

— А теперь представь, — продолжал он шептать мне на ушко после паузы, — как я буду ласкать тебя пальцами, чувствуя голую и обнаженную тебя, в тоже самое время ты все это ощущаешь так, словно я един с тобой. Обнаженная кожа к обнаженной плоти. Между нами не единого препятствия, я чувствую, что ты уже меня страстно хочешь и желаешь, но я все также просто вожу по твоим обнаженным лепесткам, массируя твою самую сокровенную горошинку. Ты уже вся в нетерпении и сладком томлении ждешь, когда твоей плоти коснется моя. Неправда ли тебе нравится?

Я жутко покраснела почти до самых корней волос, и алых пятен на шее, но уверенно замотала головой в отрицательном жесте. На что Герцог только рассмеялся, и вместе со мной опустился в уже остывшую ванную. Его руки зачерпнули приятно пахнущее мыло и начали нежно растирать мою кожу, спускаясь сперва по плечам, а потом резко захватывая в свой плен мою грудь. Соски почти мгновенно напряглись под его уверенными пальцами и ощутимыми щипками и круговыми вращениями. Выгнувшись в его руках, неожиданно поняла, что его член находится между двух моих ягодиц, удобно там устраиваясь в расщелине.

Набрав побольше воздуха в грудь, уже хотела разразиться гневной тирадой, но едва воздухом не подавилась. Руки с груди неожиданно пропали и в следующее мгновение меня уже активно массировали там внизу, заставляя хватать воздух урывками. Сейчас, когда кожа напрямую касалась кожи и не было совершенно никаких преград для дерзких пальцев, ощущения обострились. Меня словно электрические разряды насквозь прошибали, заставляя едва ли не искриться.

Сердце забилось где-то в районе горла, а кровь зашумела в ушах. Ловкие пальцы все ласкали и ласкали меня, распаляя в крови темное и ненасытное желание, которое бешеной лавой хотело выплеснуться наружу и стать единым целым с этим мужчиной. Меня вновь затрясло словно в лихорадке, я забилась в его сильных руках, почти теряя сознание и связь с реальностью. Телу было настолько хорошо, что на мои душевные метания ему было плевать с высокой колокольни.

Я все же полностью откинулась на Герцога, пытаясь выровнять дыхание и прийти в себя. Меня вновь подняли на руки и отнесли на кровать. Укрыв легким пледом, Валторн покинул мои покои и даже не сказал на прощание ничего. Но мне было не до этого, я плавала в сладкой неге наслаждения.

Глава 3. Сюрприз!

Я уткнулась кончиком носа во влажную от пота и моих первых слез подушку. Влажные от предвкушения и желания ладони сами сжались в кулаки, тело мелко тряслось и судорожно дергалось от волны эмоций и страсти.

— Маленькая… Моя… — низкий голос сверху вызывал раздражение.

К чему эти нелепые разговоры? Мы и так уже переступили ту черту, за которой начиналась ревность. Он сам стер с моих губ имя мужа. Собственными руками покорил и запер в этой невероятной клетке чувств и запретного наслаждения. На той тонкой грани, где боль перетекает в удовольствие. А в голове больше не существует запретов.

— Трахни меня. Сильнее! — жалобный стон сквозь зубы наполняет все пространство, скрытого от глаз посторонних комнаты. И вот я сама делаю контрольный выстрел в собственную гордость. Яйца тяжело шлепают о мои подрагивающие ягодицы, чужие стоны тонут в тумане животного наслаждения. Перед глазами только розовая пелена простыней.

— Валторн, — мой мучитель ускоряет темп, хватает за волосы и резко запрокидывает мою несчастную голову назад. Я вскрикиваю даже не столько от боли, сколько от неожиданности. Нет, Герцог уже приучил меня, с ним в постели боль — это истинное наслаждение. Он уже завоевал мое сердце и покорил тело.

Валторн Эр Гарс в такие моменты скрывался под черной тканевой маской незнакомца. Сейчас он наматывал мои блестящие в свете свечей темно-каштановые локоны на кулак. Тонкие волоски, растущие в нежнейшем местечке на шее, прямо под затылком, оттягивают белоснежную кожу, проходя иголочками боли. От чего я едва ли не рыдала в голос.

— Отпусти! — не выдержала я и нарушила молчание, висящее в комнате.

Любовнику хватает ума и силы воли, чтобы услышать мой недовольный голос и немного ослабить хватку. Позволяя расслабить мышцы шеи и немного опустить мокрое от слез, пота, и слюней лицо.

— Какая же ты горячая, девочка моя, какая нежная… — дыхание в плечо, шумное и обжигающе горячее сопение.

Я стараюсь игнорировать слова мужчины. Тяну руку к своей промежности, и начинаю беспорядочно тереть, надавливать и массировать влажный бугорок. По ногам проходит судорога, я напрягаюсь, сжимаю собственным телом член партнера, и тот с громким стоном покидает мое тело. Помедлив, разворачиваюсь лицом к «незнакомцу» и опрокидываю его на пол.

Мужчина заинтригован моей неожиданной инициативностью. Он повелительно позволяет уложить себя, подгибает колени и немного разводит их в стороны, чтобы мне было удобнее осуществить то, что так неожиданно решила попробовать.

Я же решила не теряться и развернулась обратно, и встала на четвереньки, так, чтобы лицо любовника оказалось прямо между ног. Сама, без указки, уверенным движением обхватила твердый скользкий от моих соков член и провела по нему ладонью. Вверх-вниз… Брюнет подо мной застонал и двинул бедрами, так, чтобы получить еще больше удовольствия.

В это же время его язык скользнул внутрь, лаская и дразня. Контролировать собственные действия становилось все труднее и труднее. Моя узкая ладошка накрыла алую головку и начала ласково поглаживать ее, другой рукой, почти до боли впиваясь в тазовые косточки Валторна. Эффект был сродни контрастному душу, и мужчина вцепился в мои бедра, оставляя белые, постепенно становящимися алыми, полосы.

Я чувствовала, что долго не выдержу этой сладкой пытки. Неожиданно уставившись, оставила в покое промежность брюнета, выгнулась, зарылась носом в кучерявые лобковые волосы, вдыхая горьковатый запах пота. Но не успел мой любовник опомниться, как я вобрала в рот его толстый, немного загнутый у основания член. Твердая плоть скользнула в глотку.

Уже не первый раз мне приходилось делать минет, но подавлять рвотные позывы все еще было трудно. Замерев на несколько секунд, привыкая к новым ощущениям, начала двигать головой точно также, как и до этого рукой. Вверх-вниз…

Мужчина подо мной окончательно потерял рассудок от удовольствия, он втянул в рот алый клитор, лаская его языком. Сразу тремя пальцами входя в мокрое лоно, и резко задвигал ими. Смазка стекала по его костяшкам, воздух стал казаться уже не просто горячим, а раскаленным. Настолько, что было просто невыносимо находиться в маленьком пространстве. Но мы вдыхали судорожно, как рыбы, выброшенные на сушу, этот пьянящий дурман страсти и возбуждения.

Внезапно я начала извиваться, что-то мычать, не желая выпускать изо рта солоноватый орган. Любовник не позволил мне отстраниться, и притянул за ягодицы еще ближе к себе, продолжая теребить бугорок, и гладить пальцами нежные стенки. Гулко сглотнув, я почувствовала, как это стало последней каплей для брюнета. Толкнувшись еще несколько раз в жаркую глубину моего гостеприимного рта, он стиснул зубы, запрокинул голову и излился. Закашлявшись, сплевываю вязкую жидкость, и перекатываюсь на бок. Так мы и пытались отдышаться.

Крики вокруг нас напомнили мне, где именно мы сейчас находились. Дом. В который я попала сюда две недели назад, но за это время успела попробовать столько развлечений, сколько никогда не пробовала, типичная дворянка из кулуаров за всю свою жизнь. И не жалела об этом.

Ленивым движением я поправила немного съехавшую серебряную изящную полумаску. Эта игра в стеснение завораживала и добавляла еще больше страсти в наши ролевые игры. Теперь я понимала, почему девушки молчали. Не из-за стыда, или обиды, им просто слишком сильно начинало это нравиться. Признание в таком не одобрил бы никто. Вот и приходилось им молчать.

— Не хочешь повторить? — с коварной улыбкой на устах пропел мой коварный соблазнитель.

— Прости, но мне хочется чего-нибудь более необычного, — капризно надула губки.