Отпуск военного режима (СИ) - Рис Кларисса - Страница 5

Как говориться, кто первый встал, того и тапки, в нашем случае — контракты. Присмотревшись к примеченным ранее китаянкам, обнаружила, что эти две проныры активно отбивают у англичанина моего дорогого Глеба. Может, они его разберут на сувениры, и мне не придется видеть его рожу?

Но тут новоявленная куча-мала взорвалась смехом, и брюнет, улыбаясь, галантно расцеловал ручки и исчез из поля моего зрения. Быстро прошарив зал, обнаружила его уже прикладывающимся к руке той самой Алексис.

Брюнетка картинно хлопала своими нарощенными, словно у куклы, ресницами и мило щебетала на французском. Брюнет, не отставая от нее, так же бегло отвечал. Не знала, что он владеет другими языками, даже как-то не интересовалась.

Но, оставив парочку в покое, вновь нашла белокурую макушку. На этот раз рядом с девушкой уже был ее извечный компаньон.

— Думаю, ужинать мы с вами не будем, — я медленно подошла к паре.

— Наше предложение куда перспективнее, — в глазах блондинки полыхнула ревность.

— Я думаю, они уже подготовили пакет документов на поставки, — я сдвинулась и кивнула на мило воркующую парочку в противоположном конце зала.

— Милая, — моего плеча коснулась горячая ладонь, — вам не стоит доверять лгуньям, она так мило обводит нас вокруг своего пальчика, она мне так сладко обещала перейти под мое крыло, а сейчас пытается лишить меня вашего бесценного образа.

— Итан, — расплылась я в улыбке.

— Не переживай, я знаю о ее намерениях, — он медленно поцеловал меня в щеку, — и ей безумно повезло, что в этот раз с тобой не чудесная Инна, а этот странный мужлан, который своей слюной залил уже весь пол перед этой мелкой лгунишкой.

— Я помню о нашем старинном сотрудничестве, — я повернулась к мужчине, — но бизнес есть бизнес, и побеждают тут только смелые и умные.

— На твоего брюнета половина зала слюной капает, — засмеялась блондинка, — так что мы оценили вашу уловку. За возможность затащить его в постель на переговоры согласятся многие.

— В гробу я видела такие уловки, — нервным жестом я сжала переносицу, — могу в аренду на неделю сдать.

— Я бы взяла, — мелодичный голосок японской красотки заставил нас обернуться, — таким прелестным мальчиком грех разбрасываться.

— Мне можно, — я пожала острыми плечами, — у нас честная и устойчивая ненависть друг к другу. Он свято пытается принизить долю нашего производственного отдела, вытаскивая своих глупых куриц.

— Понимаю, — Юн Ми здесь завсегдатай, она помнила еще самую первую выставку, — производственникам и офисным служащим сложно понять друг друга. Тогда ваша ненависть к этой конфетке вполне объяснима. Заглядывайте тогда на обед.

— Конечно, госпожа Тори, — я поклонилась согласно этикету, и молодящаяся старлетка удалилась восвояси.

— Я же сказала, нарасхват, — завистливо вздохнула блондинка.

— Франсуаза, не переживай, — я протянула девушке руку, — сегодня вечером мы в компании документов ужинаем у вас.

— Не сомневайся, — получив еще один поцелуй, я отошла подальше от эпицентра баталий.

Зал разделился на группы, и уже можно было сказать, кто с кем, зачем и почему, через два дня вообще можно паковать чемоданы и улетать обратно, нового не будет. Интерес японской бизнес-леди меня заинтриговал, она славилась своей холодностью и неприступностью. Если она клюнула на нашу вражду, так мы ее покажем в полной мере.

Глеб, словно хищник, бродил по залу, стойко игнорируя все призывные и не очень взгляды. Не представляю как, но он словно знал наперед, кто перед ним. По какому принципу работало его чутье, понятия не имею, но все птицы высокого полета получили свою долю внимания от этого ненавистного брюнета.

До окончания торжественного открытия оставалось немного времени, когда горячая ладонь легла на мою талию. Практически не стесняясь, меня самым банальным образом прижали к обжигающему боку.

— Как вечер? — ровный голос моего личного кошмара раздражал.

— У нас приглашение на сегодняшний ужин, — я кивнула на французскую парочку, — и завуалированное приглашение на обед к японской карге.

— Не вижу тут никого старше сорока, — он приподнял ровную бровь.

— Девушка в белом кимоно, — я посмотрела сквозь толпу, мгновенно обнаруживая непривычную для этого сборища одежду, — сколько дашь?

— Тридцать пять, — присмотревшись внимательнее, — тридцать восемь, не больше.

— Пятьдесят девять, — равнодушно смотрела я на самый большой вопрос выставки.

— Быть не может! — серые глаза с недоверием смотрели на молодую девушку.

— Половина выставки еще лет десять назад делала ставки, когда она начнет стареть, — я кивнула на забавного паренька в красной униформе, — как видишь, ставки на это до сих пор открыты, и призовой фонд там уже не маленький. А стареть она не собирается похоже, правда или нет, но поговаривают, что это какой-то секрет японской косметологии.

— И что ей надо? — мы медленно двинулись на выход, быть задавленными не хотелось.

— Ее заинтересовало, — я выдержала театральную паузу, — наша с тобой обоюдная ненависть и желание убить другого.

— О, спасибо, что напомнила, — мы наконец-то оказались на жарком, но свежем воздухе, — я тебе так признателен за того лощеного англичанина, но, детка, разве я тебе не доказал, что гораздо лучше справляюсь с твоим телом.

— Право слово, — я отмахнулась, — не стоит благодарностей, все новенькие проходят боевое крещение через него. Теперь ты официально считаешься членом данного мероприятия.

— Не стоит таких жертв, — он потянулся, и только сейчас я заметила след ярко-алой помады на краешке его рубашки.

— Ну, а как же, — разведя руками ехидно оскалилась, — если из нас двоих только я работаю.

— У меня тоже приглашения от француженки и китаянок, — свирепый взгляд попытался меня убить.

— Вижу, какой у тебя метод, — я приблизилась вплотную, — такой же, как и у твоих дешевых подстилок из ММ.

— Да ты мелкая! — он попытался поймать меня за руку.

— В зеркало сперва посмотри, — и, не оборачиваясь, поцокала в отель готовиться к ужину.

Оглушительный хлопок входной двери я услышала даже сквозь льющуюся воду в ванной. Глеб был не в духе, наверное, обнаружил красный позор на рубашке. Алексис в очередной раз доказала всем свои методы работы, не прошло и пары часов, как эта светская львица Франции поставила свой оттиск на моем партнере.

Такой вульгарной помадой пользовалась только она, хотя признаю, та ей отвечала пылкой любовью и безумно шла. Вот и сейчас все в зале видели, как новенький мальчишка расхаживал со знаком принадлежности именно ей.

Такое я позволила себе только раз, когда была просто очарована галантным Итаном, и след от моей кремовой помады красовался на его рубашке как знак занятого на неделю.

Договора все подпишут сегодня-завтра, а торчать нам тут потом еще пять дней, вот и, вырвавшись от дома, семьи и работы, каждый развлекался, как мог.

В прошлом году одного серба только через две недели нашли в Лас-Вегасе женатым на проститутке и проигравшим почти все наличные, хорошо хоть кредитки не додумался достать.

Замотав полотенце вокруг головы, промокнула волосы и отложив фен, вышла в комнату.

— Тебе надо что погладить? — ровный голос заставил меня напрячься.

— Да, платье к ужину, — так же ровно ответила я.

— Утюг включен, — он отодвинул меня от двери ванной, — мне срочно надо в душ, я провонял этим Шанель дальше некуда.

— Сочувствую, — серьезно, в этом я его понимала, — ужин в девять.

— Понял, — и брюнет скрылся за дверью ванной.

Я же поспешила заняться привычным ритуалом сборов. Короткое черное платье было отглажено и отпарено. Волосы при естественной сушке завились легкой волной и красиво спадали по плечам; подобрав с висков, соорудила на затылке небрежный узел.

К простому образу подобрала туфли и сумочку в контраст и занялась макияжем. Вот на его создание ушло больше времени, чем на все остальное вместе взятое, и я опять пропустила момент, когда Глеб закончил сборы.