Семь Принцев и муж в придачу (СИ) - Рис Кларисса - Страница 1

Рис Кларисса.

Семь Принцев и муж в придачу

Пролог

Я сидела и откровенно скучала. От нечего делать, даже убрала по третьему разу, и без того чистую кухню. Стас должен был вернуться ближе к ночи. В модельном агентстве, сегодня был открытый кастинг. А мой муж сейчас находился на особом весу. Сперва шесть лет назад он нашел меня, а затем и Элеонору. Так и получилось, что две самые востребованные модели последних пяти лет, это его заслуга.

На сегодня работы не было, последний месяц блондинки были особо не в тренде, и мой график сильно поредел. Все внимание заказчики обращали на второе дарование мужа. А мне с моей не сильно эффектной, но экзотической внешностью приходилось отсиживаться в сторонке.

Платиновая блондинка от рождения, правда в это не верили, считая тысячами спускаемыми на салоны красоты. И причудливые розовые зрачки в золотой окаемке, врачи в один голос утверждают мутация, я же верила, что это дар богов.

Вот с таким набором редких качеств сидела я теперь дома и грустила. Без работы было тоскливо. Да и по мужу я скучала. Это сейчас мы жили в шикарном пентхаусе в новостройке, а раньше мы редко расставались и коротали дни в малосемейке на краю географии.

Теперь же в навороченном даме мы встречались только в спальне и то, умученные, как две лошади. От этого становилось еще тоскливее и обиднее, я ведь скучала. А Стас только отмахивался от меня и падал лицом в подушку.

Его конечно тоже можно было понять, то еще удовольствие смотреть на восторженных девиц, каждая из которых мнит себя супермоделью нового времени. На деле приличных попадалось одна на тысячу. Мой путь в мир дорогого кутюр начался вообще странно и необычно.

Шесть лет назад, Стаса непонятно каким образом занесло в нашу Тмутаракань на краю Сибири, приличные люди о моем городке даже не слышали. Мы же с приютскими, как обычно лопатили снег на улице. Вот и подвис он тогда на полушаге заметив меня. Зрелище еще то было.

Растрепанная золотистая коса, покрасневшие нос и щеки и горящие в пылу снежных баталий розовые глаза. Вот и не смог он пройти мимо такого чуда природы. А когда меня нормально отмыли, привели в порядок и накормили, оказалось, что я вполне себе милая куколка.

Так я и попала на обложки журналов и развороты каталогов. Единственное от чего я отказывалась это перекрашиваться, нужно вам тратьтесь на парик, а мою красоту не троньте. Из-за этого своего бзика и сижу я, собственно, без работы. Нет что бы перекраситься в жгучую шатенку или рыженькую бестию, нет я за образ белобрысой моли.

Ну, не чего прорвемся, если уж я из детского дома выбралась, то пару месяцев пика популярности брюнеток я как-нибудь переживу. Ближе к осени опять всех потянет на блондинок, мы с шубами лучше сочетаемся, чем яркие и эффектные темноволосые красотки.

С такими мыслями и пошла по кругу убирать и без того чистый дом. Хоть какое-то занятие для растрепанных нервов. Захотелось горько усмехнуться, в детстве мечтала о собственном доме и семье. Что же имею в итоге? Двадцать два, дом есть, муж есть, любовь есть, детей еще лет восемь нельзя. А с моими показателями и подольше. Я едва на восемнадцать выглядела, очень уж детские и тонкие черты имела. Тонкая, как тростинка, хоть и ем за пятерых, муж даже посмеивается над этим. А пока не выйду за рамки контракта, детей не сможем завести.

Даже наши совместные доходы не покрывали неустойку. Миллион за каждый неотработанный месяц. Даже если участвовать в съемках до четвертого месяца, потом находить работу для беременных. Все равно остается девятый месяц в роддоме и после, как с кормлением пойдет. Трех лишних миллионов у нас не было. Вот и приходилось мне маяться от безделья.

Глава 1

Третий день Стас не ночевал дома, а оставался в гостинице, в которой проходил отбор новых моделей. Я же не находила себе места от волнения, все буквально валилось из рук. Не получалось даже сосредоточиться на рисовании, которое меня всегда успокаивало. Краски растекались и цвета превращались в некрасивые кляксы.

Решив не мучить себя, решила заняться любимым делом всех женщин на земле — устроить себе шопинг. Сборы много времени не заняли. Без макияжа и укладки меня редко кто узнавал на улице. Даже не воспринимали меня как ту самую очаровательную незнакомку с гламурной обложки.

Мужа, да и меня, последнее время такой факт несправедливости начинал жутко раздражать и бесить. Во всех опросах я была гораздо популярнее Элеоноры, но ее узнавали на улицах и подходили знакомиться. Профили в сетях у нее ломились от подписчиков, а у меня едва ли десятая часть набралась от ее популярности. И если бы не было значка проверки, то и тех не собрала бы.

Вот и приходилось мне скрипеть зубами от зависти и обиды. Она была успешной, популярной и дико богатой. Ее родители спонсировали несколько крупных проектов в медицине и политике. Из-за чего в агентстве она ценилась на вес золота.

Я же была популярна только из-за внешности, и многие злорадствовали по поводу того, что это не вечно и скоро я превращусь в старую рухлядь и Стас меня бросит. На мужа девицы вешались пачками. Еще бы, темноволосый спортивный парень, почти метр девяносто в классических костюмах и с модной стрижкой. Темные глаза словно проникали в самые потаенные глубины души.

Нет, я не ревновала, я просто любила и дарила свою любовь моему ангелу хранителю. Стас мне явно был послан провидением в качестве спасителя. Никто другой не хотел связываться с неправильной и странной девчонкой, а муж полюбил и помог добиться многого в этой жизни. За это я ему была благодарна, и буду обязана до скончания наших веков.

Что-то меня совсем утянуло в водоворот собственных переживаний и печалей. Я вообще-то развеяться собиралась. Лучезарно улыбнувшись, подскочила со стула, схватила сумочку, ключи и легкую шляпку, выскочила из квартиры. Нечего нюни распускать, в приюте было тяжелее.

Москва привычно встретила меня гулом улицы и множеством людей, спешащих по своим делам. Даже спустя шесть лет я так и не привыкла до конца, что тут все по-другому. Зимой нет снега по крышу, едва ли холоднее двадцати и шуба больше аксессуар, а не необходимость.

Машина приветливо моргнула фарами и я устроилась на белом кожаном кресле. Стас не разрешал брать его машину без спроса, но еще два дня его не будет и она была полностью в моем распоряжении. Включив радио, настроила прием с телефона и врубила музыку на всю и выехала из подземного паркинга. Легкие наполнились вкусом свободы и озорства.

В свои двадцать два я так и не избавилась от детской непосредственности и непоседливости. На съемках мне это и мешало и помогало. Фотографы были в восторге от скромной и по-детски милой красотки с необычными глазами, но все портила та же детская угловатость и нескладность. На вид мне едва шестнадцать давали. Спасал иногда макияж или ракурсы.

Но вот теперь я счастливо улыбалась и ловила ветер, город, на мое удивление, был забит не сильно и пробки не утомляли долгими и тяжкими часами ожидания. За время путешествия я успела поймать парочку комплиментов и восхищенных взглядов от молоденьких парней, которым и восемнадцать наверное вчера стукнуло. А серьезный дяденька на крутом внедорожнике даже предложил себя на роль моего любовника, пока мы ждали светофор.

МКАД встретил меня неласково и дорога потянулась значительно медленнее, захотелось поделиться фотографией с немногочисленными подписчиками, но вовремя вспомнила, что муж тоже увидит. А головомойки за машину мне не хотелось, пришлось отложить телефон и просто смотреть в убегающую вдаль дорогу.

До торгового центра, в котором любила гулять, добралась только спустя пару часов. Настроение немного поднялось, но все же счастьем я не блистала. Медленно прогуливаясь по магазинам, я начинала отпускать невеселые мысли и эмоции. Развлекая себя примерками и разными образами, я не стремилась приобрести себе что-то, но пакеты, к моему удивлению, росли медленно, но уверенно.