Огонь и пепел - Мэйберри Джонатан - Страница 13

Запах мяса. Такой сильный. Так близко.

Когда он подумал о том человеке, его губы зашевелились. Он услышал, как из горла вырвался звук. Чонг прислушался к звуку, наполнившему воздух.

— Б-Бенни…

Звук имени усилил его голод.

Это мясо было так близко. Его зубы почти вонзились в него. Его желудок болел от этой мысли. Он свернулся здесь, в тени, и ждал, когда человек — мясо — вернется.

19

Святому Джону нравились крики. Для него они были подобны молитвам.

С каждым криком боли, мольбе о милосердии, которое не последует, он знал, что глаза, умы и души еретиков открывались для правды. Старые боги, старые религии не могли их защитить, потому что были фальшивыми. Когда лезвия жнецов отворяли красные врата, каждый говорил свою правду. Лишь забытье было спасением.

Он стоял посреди горящей улицы вместе с сестрой Сан. Она радовала его. Жница была абсолютным гением, холодным, как лунный свет. Она не давала болезни пройтись по рядам жнецов, хотя иссушающие ветры рака уничтожали ее день за днем. За последние шесть месяцев она потеряла восемнадцать килограммов и вскоре станет скелетом.

Если у нее и был какой-то недостаток, кроме нездоровья, так это упрямый отказ забыть о науке старого мира. Из-за этого у нее случались конфликты с фанатичными жнецами. Но в то же время это был ее уникальный дар, который иногда был полезен святому Джону. Тот факт, что матушка Роза ненавидела сестру Сан и боялась ее, тоже был полезным. Наблюдая за их отношениями, святой Джон часто узнавал важные вещи о каждой из них. Сейчас они были двумя самыми могущественными женщинами Церкви Тьмы.

Теперь он шел вместе с сестрой Сан по горящей улице к центру обреченного маленького городка.

— Что ты хотела показать мне? — спросил он.

— Брат Виктор получил ранение в битве, — хрипло сказала сестра Сан. — «Сосущая» рана грудной стенки. Его отнесли в павильон, который мы использовали как центр сортировки, но он истек кровью. Красные Братья собирались выпустить его за пределы города, чтобы он мог уйти, но…

Она замолчала, когда они подошли к павильону посреди деревенской площади. Здание было окружено членами Красного Братства — военной элитой жнецов. Все они были помечены красной ладонью, вытатуированной на их лицах. Они разошлись, позволяя святому Джону и сестре Сан получше все рассмотреть, но остальных держали подальше.

Приблизившись, святой Джон увидел брата Виктора с другой стороны перил. Лицо жнеца было мертвенно-бледным, а его рот наполнился темной кровью. Он повернулся, услышав движение новоприбывших, и сразу же сгруппировался, как кошка, готовая к прыжку. Он обнажил зубы и зарычал. Черная вязкая жижа, густая, как моторное масло, капала с его зубов на подбородок. Маленькие белые черви копошились в этой жиже.

Было ясно, что брат Виктор стал одним из серых людей.

Внезапно мертвое существо кинулось на святого Джона.

Четыре мускулистых Красных Брата бросились ему наперерез и отогнали Виктора назад деревянными шестами. Жнец отступил, но начал ходить взад и вперед, периодически кидаясь на перила.

Святой Джон нахмурился.

— Я не понимаю этого. Он мертв?

— Да, — сказала сестра Сан.

— Но он такой быстрый.

— Да. Быстрый и умный. Смотрите.

Мертвый жнец снова и снова кидался на перила, ударяясь с разных сторон, пытаясь протиснуться через них, все еще скалясь. Он был так быстр, что один раз практически перебрался через перила, прежде чем люди с шестами смогли ударами отогнать его обратно.

— Он пробует разрушить перила в разных местах, — заметила сестра Сан. — Пытается найти слабое место.

— Вы его осмотрели? У него нет пульса, нет…

— Он мертв, — сказала сестра Сан. Она наклонилась ближе. — Это мутация, о которой мы слышали. Теперь это произошло и с одним из нас. Почтенный… если это распространится…

Святой Джон ничего не сказал. Он почти чувствовал страх в голосе сестры Сан и видел его в глазах Красных Братьев.

Однако в своем собственном сердце, глубоко в той бархатной тьме, он ощущал совсем другое. И это вызывало у него улыбку.

20

Впереди Бенни увидел расплывчатую полоску зеленого цвета, парящую в мираже.

Лес.

Сам факт наличия леса здесь, на широких сухих землях Невады, казался странным. До Первой ночи несколько застройщиков забрели в самую жаркую часть пустыни и решили, что это место станет отличным гольф-клубом. Они построили ряд за рядом высокие ветрогенераторы для подачи электричества и воды, посадили деревья, траву и декоративные кусты в весьма недружелюбном месте. Они создали иллюзию густого леса, чередующегося с широкими зелеными лугами. Генераторы еще не были разрушены последствиями Первой ночи, однако жара и песок остановили большинство из них. Лишь несколько из них все еще работали, посылая ленивые струйки воды в почву. Теперь большинство экзотических растений погибли, жесткие сорняки и голая земля пришли на смену большей части густой травы. Милые кустики заменили уродливые, жесткие лиственные растения. Когда последний ветрогенератор перестанет работать, пустыня убьет незнакомые деревья и вернет себе землю. Бенни решил, что лет через десять не останется и следа от полей для гольфа, никаких свидетельств того, что человек пытался навязать свои капризы и волю дикой Мохаве.

Четыре толстые шины беспрепятственно катились по каменистой почве. Впереди Бенни видел вспышки белого цвета сквозь зеленую листву. Самолет. Бенни настолько глубоко погрузился в размышления, что не услышал, как второй квадроцикл с ревом направился к нему из-за рощицы деревьев. Единственным предупреждением стал оглушительный рев двигателя в тот момент, когда водитель уже врезался в Бенни.

Внезапно он оказался в воздухе, размахивая руками и ногами. Юноша приземлился с глухим ударом, встряхнувшим все мышцы и кости в его теле. Его катана вылетела из ножен на песчаную землю. Но Том научил его реагировать, а не замирать от удивления. Он пополз, встал на ноги и присел, сбитый с толку, испуганный и сердитый. Его квадроцикл лежал на боку рядом с транспортным самолетом, колеса вращались, а вторая машина прижималась к нему, синий этаноловый дым вырывался из обеих труб.

Он услышал звук шагов, быстро обернулся и увидел, как нож сверкнул в воздухе, быстро приближаясь к его горлу.

21

Бенни вскрикнул и отпрыгнул назад, почувствовав, как ветер полоснул его по кадыку, лезвие пролетело в миллиметре от шеи. Бенни ударился пятками о древесную корягу, торчащую из земли, и повалился назад с глухим ударом, щелкнув зубами громкое «клак»!

Жнец широко улыбнулся, явно предвкушая легкое убийство.

— Я несу тебе дар тьмы, брат мой.

— Пошел ты, — ахнул Бенни и, схватив горстку камешков, кинул их в убийцу. Жнец уклонился, и камни попали в его плечи и бедро, а должны были прямо в лицо.

Меч Бенни был в трех метрах от него, потенциально смертоносное стальное лезвие сверкало на солнце. Убийца стоял между Бенни и катаной, так что до нее было не достать. Большой самолет лежал в нескольких метрах позади Бенни.

Жнец присел, держа нож в руке, его мышцы напряглись, готовые к прыжку. Это был высокий мужчина лет двадцати, целиком состоящий из крепких мышц и сухожилий. Он был одет в черные джинсы и майку с вышитыми на груди ангельскими крыльями. Голова мужчины была обрита и покрыта татуировками лоз и саранчи. Полоски красной ткани были привязаны к его лодыжкам и запястьям, обернуты вокруг пояса. Ткань пахла гниющим мясом — свидетельство того, что ее недавно окунали в химикаты, которые защищали от мертвых. Бенни так же ужасно вонял кадаверином, которым смочил одежду.

Он отполз назад по земле, увеличивая расстояние между собой и жнецом, насколько это было возможно. Убийца притворился, что атакует, а потом ногой пнул песок прямо в лицо Бенни, но тот уже двигался, уже загребал песок, чтобы бросить его в жнеца. Обе горсти пролетели сквозь друг друга со свистом и попали в цель. Бенни быстро вскинул руку, чтобы защитить глаза, но оказался с полным песка ртом. Жнец пытался отвернуться и частично преуспел, поэтому песок попал ему в щеку и ухо.