Огонь и пепел - Мэйберри Джонатан - Страница 28

Они ехали быстро, и, помимо рева двигателей, не раздавалось ни звука. Бенни все обдумывал события последних дней: Чонг, странные интервью с учеными, ссора с Никс, ужасная правда о пропавших файлах серии D, драка со жнецом, командная книга, разговор с Джо и вернувшиеся воспоминания о сержанте Ортеге. Нет… воспоминания о местонахождении сержанта.

Они остановились у скалистого холма над большим лесом. Плато с разбившимся самолетом было к востоку отсюда. Самая плотная часть леса находилась к северу и западу от них. Тонкий, созданный человеком, ручеек, являвшийся частью оригинального ландшафта поля дня гольфа, прорезал землю. И даже с расстояния они могли уловить отблески его синей ленты, хаотично завивающейся среди деревьев. Далее, на западе, раскинулось большое поле, где раньше был судоходный канал. Сломанная оросительная система образовала в поле канал, подрезая зелень и образуя длинную искаженную лощину. Она была естественным углублением в ландшафте, поэтому Бенни решил, что сточные дождевые воды помогли прорезать канал в мягкой и песчаной почве.

Бенни показал вперед.

— Вон, — сказал он, хотя все они об этом знали. Это было то место, где Бенни и Никс впервые увидели Бунтарку. Их первая встреча была странной. Девушка отпугнула резкими хлопками петард прайд голодных львиц, которые поймали в ловушку Бенни и остальных ребят. Их защита не была актом доброты — настоящей целью Бунтарки являлось спасение Евы, которую Бенни нашел в той самой лощине. Ева была частью группы беженцев, бегущих от убийств жнецов. Бунтарка провожала их в Убежище, когда Ева потерялась. Как ни странно, именно атака жнецов помогла Бенни и Никс сбежать от Бунтарки и ее компаньонов. Это был очень странный день.

Никс вытащила бинокль из чехла, осмотрела пейзаж, покачала головой и передала его Лайле.

— Видите что-нибудь? — спросил Бенни.

— Нет, — ответила Лайла.

Бенни не почувствовал особого облегчения. Зомов было удивительно трудно заметить на подобном пейзаже. Если они активно не преследовали добычу, то обычно стояли, замерев на месте. Совсем не шевелясь, без каких-либо мелких, рефлекторных или привычных движений, которые периодически совершают люди.

Бунтарка сделал большой глоток из своей фляжки, а потом приподняла бровь, глядя на Бенни.

— Ты в этом уверен?

— Достаточно.

Бунтарка улыбнулась.

— «Достаточно» не так успокаивает, как можно было бы подумать.

— Это все, что могу сказать, — признался Бенни.

— Достаточно честно.

— Перестаньте болтать, — сказала Лайла. Она завела двигатель, пересекла возвышение, а потом поехала вниз по склону с рычанием квадроцикла.

— Достаточно честно, — повторила Бунтарка. Она подмигнула Бенни и отправилась следом за Лайлой.

Бенни бросил многозначительный взгляд на Никс.

— Он будет там, — сказала она, но ее слова были сказаны тем самым тоном, который люди используют, когда пытаются помочь тебе преодолеть разочарование. Она направила квадроцикл к лощине.

Голос в голове Бенни сказал: «Положительный момент ситуации в том, что, если это сработает, люди могут перестать считать тебя полоумным».

— Ох… заткнись.

Бенни прибавил газу и полетел вниз с холма догонять остальных.

Будь я главной, я бы все сделала по-другому.

С тех пор, как мне исполнилось десять, я собирала всю доступную информацию о зомби. Как они двигаются, как нападают. Я поговорила с каждым членом охраны забора и всеми членами городской стражи. Я пообщалась со всеми, чьей работой было защищать город от живых мертвецов. И дело в том… что они делают все неправильно.

Они думают, что забор и охранные башни — правильный способ, потому что на нас никогда не нападала большая волна зомов. Том говори, это из-за того, что зомы идут в гору, только если активно не преследуют добычу. Маунтинсайд расположен в верхней части Сьерра-Невады. А зомов намного больше в долинах и низинах. Так что… это не значит, что наша защита такая крутая, просто нам повезло с месторасположением.

Что, если это изменится? Теперь есть быстрые зомы. Мы сражались с некоторыми из них. Вне города мы видели зомов, передвигающихся стаями. Жнецы даже могут заставить зомов двигаться стаями или стадами.

Если большая волна зомов нападет, забор-рабица их не остановит.

Я прочитала столько книг об укреплениях и защите! От Древнего Рима до средневековых осад, от Наполеоновских войн до «тоннельных войн» во Вьетнаме. Есть множество способов улучшить оборону. Люди в городе слишком ленивые, чтобы быть умными.

Если бы я была главной, я бы сделала все по-другому.

Лучше.

42

Они припарковали квадроциклы на дальнем конце поля и выключили двигатели. А затем быстро и легко побежали сквозь тени деревьев. Они нашли хорошее место в нескольких сотнях метров от края прогалины и остановились там, чтобы осмотреть выбранное местоположение. Лайла прикоснулась пальцем к губам, но все они и так были осторожны и не издавали ни звука. Бенни помнил один из уроков Тома о хитростях и наблюдении. «Когда сомневаешься, наблюдай, слушай, жди и оценивай».

Рев квадроциклов был неизбежен: они объявили о своем приезде всему и всем. Однако место, где они оставили квадроциклы, находилось в глубокой тени. Издалека невозможно было сказать, где расположились наездники этих машин. Если здесь были хищники — зомы, жнецы, прайд львиц или кто-то еще, — тогда они будут следить за этим местом, ожидая подходящего момента.

Бунтарка показала другим жестом, что собиралась двинуться глубже в лес, чтобы проверить близлежащую территорию. Лайла кивнула и двинулась в другом направлении, оставив Никс и Бенни. Когда двое лучших охотников обследуют территорию, они смогут определить, насколько безопасно это место.

Тянулись долгие минуты, и постепенно воздух наполнили естественные звуки леса. Здесь было много птиц и несколько гомонящих обезьянок. Повсюду жужжали насекомые. Олень осторожно вышел из-за деревьев на дальней стороне поля, он пасся среди можжевельника. Через десять минут из леса рядом с припаркованными квадроциклами вышла Лайла. Ее пистолет был в кобуре, и она спокойно держала копье в руках. Секунды спустя Бунтарка выбежала из прохода между камнем и большим пихтовым деревом. Она помахала, показывая, что все чисто.

— Пойдем, — сказал Бенни, и вместе с Никс они вышли из тени на солнечный свет. Поле было покрыто высокой сухой травой, вздыхающей при каждом дуновении ветерка.

Они прошли сквозь высокую траву и осторожно подобрались к краю лощины, проверяя ногами землю на тот случай, если она подрезана. Месяц назад Бенни стоял на краю этой лощины и думал, что оторвался от группы преследующих зомби, но край обвалился под ним, и Бенни полетел на дно вместе с дюжиной мертвецов.

Они нашли одно прочное место и встали плечом к плечу, заглядывая вниз.

Море белых лиц подняло на них взгляд.

Зомы.

— Боже, — сказал Бенни, — они все еще здесь.

Бунтарка взглянула на него.

— Я думала, что именно этого ты и ожидаешь.

— Конечно, — признался он. — Но подумай. Эти зомы будут там вечность. Просто стоять. Год за годом.

— Это ужасно, — заметила Никс.

— По-моему, это ад, — сказала Бунтарка.

— Это «Руины», — холодно сказала Лайла.

Они все посмотрели на нее, а потом снова вниз. Лица мертвых были бледными, как опарыши, их кожа покрылась грязью, глаза припорошило пылью, а руки тянулись наверх.

— Сколько их по вашим подсчетам? — спросила Бунтарка.

— Больше, чем раньше, — отозвалась Никс, — намного больше, чем было после того, как упала группа, преследующая Бенни. Остальных, должно быть, привлек звук.

Лайла прошлась вдоль края рва. Бенни восхищался тем, что она идет не хромая. Прошло всего несколько недель после ранения, и каждый шаг наверняка отдавался болью. Тот факт, что девушка шла ровно, не значил, что она не подавляла боль. Это одновременно впечатляло и пугало.