Наемница для Принца (СИ) - Рис Кларисса - Страница 12

— Рада, что хоть кто-то дошел к положенному чаепитию, — улыбкой Королева не святилась.

— Мне очень приятно находиться с вами в одной комнате, Ваше Величество, — выдала положенную и заученную наизусть фразу.

— Расскажите о себе? — то ли попросила, то ли приказала.

— Я единственный ребенок в семье, — начала перечислять я свои достоинства, — воспитывалась как будущая преемница отца. Знаю почти все, что положено знать приличной даме. Мама вбила ремнем и розгами весь этикет и бальный сезон. Поэтому этикет и традиции я знаю наизусть. Можете не сомневаться в моем воспитании и благородстве истинной дочери нашей страны.

— Такое же трепло, что и ваша мать, — прошипела сквозь зубы эта стерва.

— Тогда сообщите это моим дорогим родителям лично, — гордо вскинула голову.

— Была бы возможность, с радостью это сделала, — фыркнула эта белобрысая баба.

— Кристалл связи? — и жестом фокусника извлекла оный из сумочки.

— Пошла вон отсюда, дрянь! — заорала женщина.

— А вы тоже подставная? — сделала вид, что тянусь за чашкой чая.

— Мерзавка, — и кипяток почти долетает до зеленой ткани.

— Мама! — окрик Принца из ниши я встретила коварной улыбкой, которую видела только Королева, — Что это такое?

— Тебе знать не обязательно, — отозвалась дама в возрасте.

— Ох, — я сползла вниз по стулу, — горячо.

— Потерпите, сейчас врач подойдет, — и вокруг засуетился брюнет.

— Эта дура притворяется, — выплюнула Королева, — такая же, как и ее мамаша.

— Кто, кто она? — с пола послышался суровый голосок моей мамули, и я радостно приоткрыла глаз в ожидании представления.

— Дрянь, — не стесняясь никого, подтвердила блондинка напротив.

— Это ты про себя, Ларасара? — экран связи развернулся, — ничего удивительного, что ты осталась второй. Ведь я куда воспитаннее дворовой Графини с богом забытой окраины.

— Заткнись, — просипела блондинка, — не тебе об этом рассуждать, курица драная.

— Милый, — заорала мама, — меня тут курицей назвали.

— Кто, дорогая? — отец похоже занимался документами.

— А твою дочь дрянью, — подлила Виконтесса масла в огонь.

— Кто? — вот теперь голос принадлежал главе наемников.

— Твоя бывшая подстилка изволила рот открыть, — сдала с потрохами Королеву.

— Ларасара, еще одно слово в сторону моей семьи, и я пожалею, что не продал тебя Королю демонов, — опа, а вот об этом я не знала.

— Замолчите, Королева — я! — взвизгнула припадочная женщина.

— Я на их стороне, — Принц казался в воду опущенным.

— Ну и идите вы все к демонам! — и быстрым шагом та покинула комнату.

— Дочка, обращайся, — и озорно подмигнув мама отключила вызов.

— Прости за такое поведение, — к моей руке прижались огненные губы, — завтра я постараюсь загладить вину моей неразумной родительницы.

— Выберите кого другого для вашего маскарада на свиданиях, — попыталась выдернуть кисть.

— Позвольте загладить вину, — теплая рука притянула меня за талию к твердой груди, — я не желаю враждовать с вами. Вы мне интересны.

— А вы мне уже не особо, — говорить, что меня шантажом заставили ехать сюда в отпуск подальше от жизни наемницы не хотелось.

— Обещаю, вы не пожалеете, — и теплые губы на миг опалили мои.

— Подумаю, — краснеть я не собиралась.

— Замечательно, — разулыбался брюнет, — а теперь нам стоит протестировать остальных. Верните Королеву!

— Тогда я откланиваюсь, — извернувшись, выскользнула из объятий.

До собственной комнаты я летела галопом. В груди ухало сердце, а поджилки тряслись. С какого перепугу, от простого поцелуя, даже не интимного, меня так переклинило, и захотелось взвыть. Такого от собственного организма я не ожидала. И как это вообще понимать, я отреагировала на поцелуй! И кого? Принца! Мамочка, мне нет прощения.

Глава 7

Вздохнув, посмотрела на ночные звезды, что весело переливались в высоком небе, которое было черным от ночного сумрака. Такого же цвета кошки скреблись и в груди, призывая немедленно сбежать, куда глаза глядят, и до окончания отбора отсидеться в секретном месте наемников в столице. Мозгами я конечно понимала, что это глупо, а вот печенка паниковала и отдавала резкой болью.

Сумасшедшей я не была, и понимала, папочка мигом заберет меня домой под домашний арест, убедившись в моей поехавшей от переживаний крыше. Доставлять ему такое великое удовольствие не хотелось, а значит надо срочно придумывать план, как сбежать с королевского курорта и не прослыть необразованной деревенщиной, и одновременно не нарваться на головомойку от любимых родителей.

Переведя взгляд на сад, едва не свалилась с подоконника. По кустам кто-то крался, причем очень умело, и тащил за собой тело. В последнем я не сомневалась ни на мгновение. Слишком ненатурально выглядел ковер, который несчастный волок по земле. Данная картина была бы уместна на ночных улицах неблагополучного района, ну никак не в королевском саду, который по задумке отца должен был помогать мне релаксировать, а не гадать про трупы.

Мгновенно слетев с подоконника, я переоделась в удобные штаны и рубаху, хорошо хоть волосы заранее собрала в косу. Прыгать со второго этажа было не страшно, и не так рисковала головой. Замеченная цель далеко уволочь тело не успела, и я, активировав несложный артефакт, накинула марок, и едва ли не по пластунски припустилась в те же кусты.

Двигались мы медленно и долго, замирая перед каждой развилкой и от каждого шороха. Действовал непрофессионал, спустя час, если судить по звездам, мне уже захотелось помочь бедному пареньку, и подсказать пару способов, как эффективно избавиться от тела. С восьмидесяти процентной уверенностью могла сказать, что в этом ковре та самая участница номер три.

Мне было смешно и жалко его одновременно. Это же надо так вляпаться в чужие разборки. В том, что это чудо, лет двенадцати от роду, не само убивало, я тоже понимала. Значит, что сперва я узнаю, где в королевском дворце прячут неугодных, а потом и смогу пронюхать, кому так не угодила тройка. Не просто так ее к смерти-то приговорили.

Из-за ограничений на передвижения я не вспомнила ни подробной внешности, ни родового перстня. Черт, говорила мама, учи геральдику лучше. А напрягать память и вспоминать то, чего отродясь не знала, было занятием бессмысленным и неблагодарным.

Мы наконец-то всей нашей колоритной компанией выбрались из парка и оказались около кромки огромного озера. Я затихла в кустах, наблюдая, как парень пыхтит и спихивает в озеро последние доказательства смерти конкурсантки и одной из претенденток на руку и сердце Принца.

Утерев вспотевший лоб, тот припустился обратно через зеленые заросли ухоженного парка или сада, что это, особо не вникала. Неслись мы так, словно все черти вылезли из ада и намеревались нас сожрать. Вот это спринтерские качества конечно. Теперь бег был не по тенистым кустам, а по пересеченной местности с препятствиями в виде скамеек, и пушистых зеленых заграждений.

Мне оставалось только надеяться, что артефакт справляется, и нервно дышащую в спину меня, паренек не замечает. Обратно ко входу прислуги мы добрались почти за неполные десять минут. Дверь меня едва не убила, но вслед за незадачливым устранителем улик я проскользнула. Теперь я была на кухне, причем прислуги.

Вздрогнув, осмотрелась и увидела тонкую полоску света из-под соседней двери. Значит, он скрылся там. Найдя подходящий стакан, прижала его к двери, в надежде уловить голоса за ней. Ура! Ни один артефакт не сработает лучше обычного стакана. Сконцентрировавшись на слухе, стала внимательно вслушиваться в тихую речь. Вдох-выдох и все лишние ощущения отключаются, уступая место слуховому восприятию реальности. Техника была тяжелой, и пришлось изрядно попотеть, чтобы самостоятельно выбирать чувства нужные именно сейчас.

— Все сделал? — голос звучал хрипло и неразборчиво.

— Да, — а это был незадачливый ребенок.

— Молодец, — звонкая монетка покатилась по столу.