Ангел-Хранитель 320 (СИ) - Поль Игорь Владимирович - Страница 10

На последнем курсе в жизнь Сергея пришла Катя. Не избалованный женским вниманием, обычно сторонящийся богатых однокашников, Сергей не сразу понял, что стройная, обладающая непередаваемым обаянием Катя не просто шутит с ним в студенческой столовой, а откровенно ищет его внимания. Начавшись внезапно, их роман покатился, как снежный ком, стремительно набирая обороты.

Катя влекла Сергея. Влекла физически. Она обладала какой — то невероятной, просто необъяснимой сексуальной привлекательностью. Они встречались в небольших уютных ресторанчиках, ели острое мясо, запивали его местным вином, танцевали, ходили на спектакли заезжих театральных трупп. Взявшись за руки, подолгу бродили по вечернему Екатерининску. И любили друг друга. Жадно, ненасытно, как будто делали это в последний раз. Они могли делать это в гостинице, в общежитии у Сергея, на летнем пляже, в ночном сквере, везде. Энергия и изобретательность Кати били через край. Сергей пил ее как вино, дышал ею, как воздухом. Они не говорили о любви — они просто были вместе и не представляли, как смогут провести друг без друга хотя бы день.

Сергей хорошо запомнил их последнюю встречу в винном погребке со стенами из грубого камня. В тот вечер Катя была немногословна, думала о чем — то своем, отвечала невпопад. Огонек свечи, преломляясь в бокале с вином, раскрашивал ее задумчивое лицо причудливыми бликами. Сергею никак не удавалось ее разговорить.

Катя опустила ладонь на его руку и нежно, едва касаясь пальцами, погладила ее.

— Все случилось так неожиданно, — произнесла она. — Даже не знаю, с чего начать. Два дня готовилась, репетировала речь, а увидела тебя, и все заготовки сразу вылетели из головы.

Сергей отставил бокал и осторожно высвободил руку.

— О чем ты, солнце?

— Сегодня мне сделали предложение. И я согласилась. В общем, я выхожу замуж.

Его словно обухом по голове ударили. Он сидел, глупо хлопая глазами, и не понимал, что она ему говорит. Предложение? Какое, к черту, предложение?

— Ты это серьезно? — спросил он.

Катя, не поднимая глаз, кивнула.

— Завтра я уезжаю.

— Кто он?

Она посмотрела ему в глаза, ее взгляд был спокойным и серьезным. Совершенно незнакомым.

— Ты вряд ли его знаешь. Он аспирант с кафедры системотехники. У его отца большой бизнес на Новой Каледонии.

Он почувствовал себя использованной вещью, которую выбрасывают, когда в ней отпадает нужда.

— Я понимаю. Большой бизнес стоит того, чтобы прыгнуть в постель к большому кафру.

— Все новоуральцы — жуткие расисты. Но я думала, ты выше этого.

— Ты тоже русская, — заметил он. — Нет никакого преступления в том, чтобы назвать сажу сажей.

— Ты напрасно стараешься меня оскорбить. Он никакой ни черный, в нем лишь небольшая примесь африканской крови. Хотя какое это имеет значение? Я пришла попрощаться. Не хотела уезжать, не повидав тебя.

Он заставил себя откинуться на спинку стула и отвел глаза в сторону, чтобы не видеть ее изящные руки, нервно теребящие салфетку.

— Повидала?

— Да.

— Попрощалась?

— Да.

— Значит, все пункты программы выполнены, — Сергей одним большим глотком допил вино и знаком попросил у официанта добавки. — Что еще на сегодня в твоем графике?

Катя прикусила губу.

— Я встречаюсь с ним уже больше трех месяцев, — тихо сказала она. — Когда я поняла, что у нас все серьезно, то хотела тебе все рассказать. Но не смогла. Прости.

— Ну что ж… — Сергей побарабанил пальцами по столу. В груди разбухал ком непонятного чувства, то ли гнева, то ли сожаления, то ли просто щемящей пустоты. — Значит, ты оторвалась на славу, объезжая двух жеребцов сразу.

Катя отшатнулась, как от удара.

— Зачем ты так? — она умоляюще посмотрела на Сергея. — Ведь я люблю тебя…

Официант поставил на столик новый бокал с вином.

— Повторить для дамы? — поинтересовался он.

— Спасибо, не нужно, — ответил Сергей. — Дама уже уходит.

Катя поднялась со стула. Стройная, гордая. Еще никогда она не казалось ему такой красивой.

— Я надеялась, мы проведем последнюю ночь вместе, — сказала она.

От внезапно возникшего воспоминания о ее податливом теле накатило чувство гадливости.

— Спасибо, что зашла попрощаться, — сказал он, прилагая неимоверные усилия к тому, чтобы голос звучал спокойно. — Я буду тебя вспоминать.

Катя повернулась и выбежала по винтовым ступеням вверх на улицу. Он заметил, как несколько мужчин в зале украдкой проводили ее оценивающими взглядами.

Через месяц Сергей защитил диплом с отличием. Из множества предложений он выбрал одно — от горнодобывающей компании «Стилус». Его прельстили хороший климат и жалование, которым здесь, на родине, мог похвастаться не каждый профессор с солидным стажем исследовательской работы. И кроме того, Джорджия была наиболее удаленной от Новой Каледонии планетой.

Подписав трехлетний контракт, Сергей попрощался с матерью и улетел с Нового Урала ближайшим рейсом.

Глава 12

Здание, в которой размещалась казарма учебного взвода, ничем не выделялось в длинной череде себе подобных. Типовое строение номер семь — безликая бетонная коробка, отделенная от других маленькой асфальтовой площадкой и рядом невысоких деревьев. На первом этаже располагались учебные классы, оружейная комната и склад боеприпасов. На втором — комнаты сержантов, санузел, душевая, а также четыре десятка каморок-выгородок, в каждую из которых были втиснуты узкая кровать, стенной шкаф и небольшой откидной столик.

День новобранцев начинался в пять утра с десятикилометровой пробежки. Командиры отделений пинками выгоняли взвод на плац, откуда, после короткой переклички, они стартовали по направлению к ближайшему лесу, чтобы через час загнанными лошадьми вернуться с противоположного конца базы.

Затем — душ, короткий утренний инструктаж и снова бег строем, на этот раз — в столовую, где они торопливо проглатывали похожие на замазку брикеты армейского рациона, запивая их соевым молоком или консервированным фруктовым соком. Сержанты питались тут же и тем же, с той лишь разницей, что они могли по своему усмотрению выбрать вкус рациона и его количество.

Далее по распорядку следовал забег в санчасть, где их быстро, но тщательно, словно лошадей перед скачками, осматривали военные медики. После осмотра врачей следовал конвейер из безликих медсестер, которые сноровисто прижигали мозоли, склеивали порезы, залечивали ожоги и накладывали эластичные повязки на места вывихов. Здесь же, в санчасти, они получали инъекции стимуляторов мышечного роста — имперская армия имела жесткие стандарты физического состояния и в короткий срок подтягивала до них всех новобранцев.

В восемь утра начинались двухчасовые теоретические занятия. Равнодушные как автоматы инструкторы преподавали устройство основных видов вооружения, боевого костюма, бортовых систем коптеров, а также основные правила ухода за ними.

Перечень изучаемого оружия относительно невелик. Многоцелевая штурмовая винтовка в комплекте с автоматическим подствольным гранатометом. Компактный ракетный лаунчер с самонаводящимися и управляемыми ракетами различных типов. Несколько видов ручных гранат и мин. Автоматический пистолет. Снайперская винтовка. Единый пулемет. Ну и, конечно же, КОПы — комплексы огневой поддержки, представлявшие собой боевых роботов с мощным вооружением и развитой системой искусственного интеллекта.

Зачеты принимались сразу же по окончанию занятий. Отделение с самыми низкими результатами отправлялось к ближайшему болоту, чтобы в течение двух часов по горло в мутной жиже отрабатывать форсирование водной преграды. Ну а те, кому повезло, использовали это время для закрепления знаний, занимаясь чисткой и обслуживанием изученного оружия.

Именно при очередном учебном форсировании взвод понес первую потерю — рядовой Гнус провалился в торфяную яму и захлебнулся до того, как его успели вытащить.

И пока шокированные новобранцы провожали глазами машину, увозящую тело их погибшего товарища, штаб-сержант Кнут поделился с ними очередной армейской мудростью.