Глубоководье - Деннинг Трой - Страница 62

Миднайт начала дрожать. Она присела и закрыла глаза. Стоя перед лицом отвратительного существа, чародейка была рассержена и полна решимости. Теперь же, когда поединок завершился, она, к своему удивлению, испытывала недомогание и страх. Несмотря на то, что магическая ткань казалась стабильной, Миднайт задрожала при мысли о том, что могло бы произойти, если бы заклинание не удалось.

Чародейка попыталась отбросить мысли о возможной неудаче. Магия не подвела, и не было никаких оснований считать, что за пределами Королевств волшебство так же неустойчиво, как и в нормальном мире. Миднайт еще немного посидела с закрытыми глазами.

– Я знаю тебя? – спросил мужской голос. Этот голос показался ей знакомым, но Миднайт никак не могла вспомнить, где его слышала. Она открыла глаза и увидела сотню уставившихся на нее людей. Той женщины, которую спасла чародейка, нигде не было видно. Она исчезла, так и не поблагодарив свою спасительницу.

Задавший вопрос мужчина, одетый в алую, расшитую золотом мантию, стоял прямо перед Миднайт. Это был Рэймон, служитель Летандера.

– Что ты здесь делаешь, Рэймон? – удивилась Миднайт, поднимаясь с земли. В последний раз она видела его на суде в Долине Теней. Тогда священнослужитель был еще жив.

– Значит, я действительно знаю тебя! – с восторгом воскликнул Рэймон. – Я не ошибся!

И все же жрец не ответил на вопрос Миднайт. Он погиб в лесу близ Долины Теней, когда ветка дуба вдруг ожила и задушила его. Рэймон предпочитал не распространяться об этом.

– Да, ты знаешь меня, – подтвердила Миднайт. – Ты свидетельствовал против меня и Адона на суде по делу об убийстве Эльминстера.

Рэймон нахмурился:

– Эльминстера? Но он… он ведь не умер?

– Нет, не умер, – быстро ответила Миднайт. – Решение суда было ошибкой.

Рэймон снова нахмурился, сожалея, что не может вспомнить подробности этого дела, поскольку с тех пор, как он оказался на белой равнине, воспоминания потихоньку начали покидать священнослужителя. Однако жрец помнил, что Миднайт избежала казни.

– Я плохо помню тот суд, – сказал священнослужитель. – Но ты сбежала, так что, как говорят последователи Летандера, «яркий рассвет стоит темной ночи».

– Я бы так не сказала, – ответила Миднайт, подумав о тех людях, убив которых Кайрик добыл ей свободу.

Рэймон не заметил печали Миднайт.

– Ты вела себя храбро, спасая ту женщину, – сказал священнослужитель, погрозив чародейке пальцем. – Но вместе с тем глупо. Ты остановила лишь одного из них, а этим ты ее не спасешь.

– Что это был за урод? – поинтересовалась Миднайт, указав на место, где только что находилась груда мяса.

– Один из служителей Миркула, – объяснил Рэймон.

У Миднайт подскочило сердце, и она вдруг почувствовала себя крайне уязвимой. Она заметила, что души умерших по-прежнему разглядывают ее.

– Я хочу, чтобы они перестали таращиться на меня, – встревожено заметила Миднайт, бросив взгляд на толпу.

Рэймон повернулся к зевакам.

– Ступайте, здесь больше не на что смотреть, – велел он.

Однако толпа не расходилась, и тогда Рэймон взял Миднайт под локоть и отвел в сторону.

– Не обращай на них внимания. Их заинтересовали твои глаза.

– Мои глаза? – удивилась Миднайт.

– Да. Только что они были закрыты, а мертвецы не закрывают глаз. – Рэймон остановился и оглядел чародейку. – Полагаю, это означает, что ты жива. Верно?

– Ну и что? – спросила Миднайт, отводя глаза и уклоняясь от прямого ответа.

– Ничего. Просто необычно. Мертвые не пользуются магией, если только они не зомби, мертвяки. Кстати ты просто воскресла или с тобой произошло что-то другое?

Миднайт вздохнула:

– Я живая, Рэймон. И мне нужна твоя помощь.

– Чего же ты хочешь? – поинтересовался священнослужитель, осторожно обходя группу катавшихся со смеху по земле пожилых дам – последовательниц Ллиры, богини Радости.

– Мне нужно найти замок Праха, – сообщила Миднайт. – От этого зависит судьба всего мира.

Чародейка не стала углубляться в подробности. Пока Рэймон не согласился помочь, ей казалось более разумным не вводить его в курс дела.

– Замок Праха?! – воскликнул Рэймон. – Это же в граде Миркула!

– И что с того? Мы уже в его владениях.

Рэймон покачал головой:

– Не совсем. Впрочем, ты довольно легко можешь попасть в обитель Миркула.

– Ты поможешь мне?

– Должно быть, ты говоришь правду, – продолжал Рэймон, – иначе ты никогда не решилась бы на вечные муки, которые обретешь в граде Миркула. Да, я помогу тебе, уверен, что бог Летандер захотел бы от меня того же.

– Благодарю, – кивнула Миднайт. – Так куда мы идем?

Рэймон показал направо:

– На запад.

– На запад? – переспросила Миднайт, оглядывая чистое небо и пытаясь найти хотя бы какой-нибудь ориентир, способный указать направление. – Откуда ты знаешь, что запад там?

Рэймон улыбнулся:

– Я не знаю. Но, умерев и попав сюда, ты приобретаешь некое особое чутье, описать которое я не в силах. Ты просто должна довериться мне.

Учитывая все трудности, с которыми до сих пор сталкивалась Миднайт, чародейка решила, что так и вправду будет разумнее.

Рэймон вел чародейку сквозь кружащую вокруг них толпу, то и дело останавливаясь либо сворачивая в сторону, чтобы убедиться в отсутствии поблизости служителей Миркула. Так они шли много часов, и Миднайт уже начала уставать.

– Далеко еще? – спросила она.

– Довольно прилично, – ответил Рэймон, продолжая шагать вперед.

– Нужно найти способ добраться туда быстрее, – отдуваясь, проговорила Миднайт. – Я должна встретиться в Глубоководье с Келемваром.

– Но мы не можем двигаться быстрее, – спокойно заметил Рэймон. – Если, конечно, ты не хочешь привлечь внимание служителей. Однако не беспокойся. Время и расстояние здесь совсем иные. Не имеет значения, потратишь ты день или месяц, добираясь до замка Праха, – время здесь летит гораздо быстрее, чем на земле.

Минуло еще несколько часов, и чародейка совершенно выбилась из сил. Она рухнула на землю и уснула, и Рэймону ничего не оставалось делать, кроме как сторожить ее покой. Прошло много времени, прежде чем Миднайт проснулась, и они продолжили путь. По дороге чародейка не упустила возможности расспросить Рэймона о том, что ему известно о королевстве Миркула.

Подстраивая свой шаг под Миднайт, чтобы она не отставала, Рэймон рассказывал:

– Миркул правит двумя владениями: собственным городом в Гадесе, куда мы направляемся и где Властелин Праха царствует безраздельно, и равниной Фуги, подуровнем, расположенным рядом с его городом. Надзор за равниной также входит в обязанности бога. Тысячи ходов, через которые проникают души умерших, ведут из Королевств в угодья Властелина Праха. Души последователей Миркула попадают прямо в его город в Гадесе.

Тут Рэймон прервал свой рассказ.

– А знаешь, ведь ты можешь попасть в Глубоководье даже раньше твоего друга Келемвара, – сказал, помолчав, священнослужитель.

– Каким образом? – удивилась Миднайт. Мысль об использовании Королевства Смерти в качестве кратчайшего пути воодушевила чародейку.

– Скорее всего, в городе Миркула существует выход в Глубоководье, – ответил Рэймон. – И если тебе удастся выбраться из города, ты сможешь вернуться в Королевства через этот проход.

– Благодарю тебя за совет, – хмуро кивнула Миднайт.

– Последователи Миркула, – продолжил прерванный рассказ Рэймон, – попадают прямо в его город, тогда как все остальные оказываются на равнине Фуги, которая в действительности есть лишь временное пристанище для душ умерших. Здесь служители Миркула – думаю, когда-то они были его прихожанами – собирают души Неверных и Лживых…

– Неверных и Лживых? – перебила Миднайт.

– Лживые – это те, кто изменяет своим богам, – пояснил Рэймон. – А Неверными зовут тех, кто вообще не поклоняется никаким богам.

– И что служители делают с ними? – спросила Миднайт, подумав об Адоне и его отказе от веры в Сьюн.