Глубоководье - Деннинг Трой - Страница 82

– Он должен заплатить за свои преступления, – задыхаясь, произнес Адон, догоняя чародейку.

– Я не могу осуждать его. Это не входит в мои обязанности, – спокойно ответил Хельм.

Внимательно наблюдая за Миднайт, Кайрик встал рядом с Хельмом и протянул ему седельные сумки.

– Я нашел Камни Судьбы, – сообщил вор.

Хельм принял сумки.

– Я знаю, кто нашел их, – сказал он, холодно посмотрев в глаза Кайрика. – И Владыка Эо тоже знает об этом.

– Он лжет! – закричал Адон, который не мог видеть упрек во взгляде Хельма. – Он их украл у нас и убил достойного человека!

Хельм повернул свое неподвижное, бесчувственное лицо к Адону.

– Я уже сказал, что знаю, кто нашел Камни.

Миднайт, чувствуя слабость в ногах, тем не менее продолжала приближаться к Лестнице.

– Если тебе известны злодеяния Кайрика, почему же ты принимаешь Камни из его рук? – поинтересовалась чародейка.

– Потому что правосудие не входит в его обязанности, – ответил за Хельма другой голос. Он был твердым и звучным, без малейших признаков гнева или жалости. – И не является его правом.

Фигура, своим ростом превосходящая Хельма, стояла на Лестнице пятьюдесятью футами выше. Хотя по лицу мужчины трудно было судить о его возрасте – ему могло быть как двадцать, так и сто двадцать лет, – волосы вновь прибывшего и его борода были белыми, как алебастр. Лицо мужчины – не красивое, но и не уродливое – было симметричным и настолько обычным, что на любой улице Королевств на такого прохожего никто бы не обратил внимания.

Однако платье незнакомца было настолько невероятным, что выделило бы его из толпы придворных самого изысканного королевского двора. Оно ниспадало, как обычная ткань, образуя складки. И тем не менее, когда Миднайт посмотрела на него, ей показалось, что она взглянула на небо. Черное, точно само забвение, платье было усеяно миллионами звезд и тысячами лун, а украшавший его узор, не вполне понятный человеку, придавал наряду ощущение великолепия и гармонии. В некоторых местах платье освещалось яркими воронками света, уравновешивавшимися конусами тьмы.

– Владыка Эо! – воскликнул Хельм, преданно склонив голову.

– Принеси мне Камни Судьбы! – повелел Эо.

Хельм открыл седельные сумки и достал оттуда таблички. В могучих руках бога каменные таблички казались совсем крошечными. Хельм передал Камни Эо и в ожидании новых распоряжений опустился перед ним на колени.

Эо внимательно осмотрел таблички, и десятки аватар оставшихся в живых богов, где бы они ни находились, впали в глубокий транс, когда Эо призвал их.

– На этих Камнях, – промолвил он, являя свой голос и лик всем богам, – я написал имена тех сил, что уравновешивают Порядок и Хаос.

– А я вернул эти Камни тебе, – напомнил Кайрик, осмеливаясь взглянуть в глаза Эо.

Эо посмотрел на вора, не выказывая ни одобрения, ни осуждения.

– Да, – кивнул он, сложив таблички вместе. – И вот чего они стоят!

Владыка богов сдавил обе таблички в ладонях и стер в мелкую пыль.

Миднайт вся съежилась, ожидая, что небеса вот-вот рухнут на землю. Адон завопил от горечи и удивления. Со злостью на лице Кайрик наблюдал за тем, как песок сыплется сквозь пальцы Эо.

Хельм вскочил на ноги.

– Владыка, что ты сделал?! – воскликнул он голосом, пронизанным страхом.

– Таблички ничего не значат, – ответил Эо, обращаясь сразу ко всем богам. – Я хранил их, чтобы они напоминали вам о том, что вы созданы для служения силам Равновесия, а не для того, чтобы нарушать его в собственных интересах. Но вы забыли об этом. Вы считали таблички только сводом правил для детских игр, средством достижения престижа и славы! Затем, когда правила стали стеснять вас, вы выкрали таблички…

– Но это… – начал было Хельм.

– Я знаю, кто взял Камни Судьбы, – перебил его Эо, останавливая Хельма резким взмахом руки. – Бэйн и Миркул заплатили жизнями за свое преступление. Но вина лежит на всех вас. Вы заставили верующих строить роскошные храмы, рабски поклоняться вам, забывая о нуждах своих детей, даже проливать свою кровь на ваши порочные алтари. И все это ради того, чтобы похваляться друг перед другом своей властью над этими так называемыми низшими существами. Ваше поведение заставляет меня жалеть о том, что я создал вас.

Эо замолчал, позволив, слушателям обдумать его слова. Наконец он продолжил:

– Но я создал вас не ради забавы и требую, чтобы вы соответствовали своему предназначению. Отныне ваше подлинное могущество будет зависеть от числа ваших последователей и их преданности вам.

Во всех уголках Королевств боги затаили дыхание от удивления.

– Зависеть от смертных? – проревел из далекого Тсурлагоя Талое Ярящийся. Единственный глаз его юного лица широко раскрылся от гнева и удивления.

– Зависеть от них, и даже более, – кивнул Эо. – Без последователей вы будете терять силы, слабеть, пока не погибнете. А после того, что произошло с Королевствами, вам будет трудно добиться доверия смертных. Придется вам послужить им своими деяниями.

Женщина, живущая под ясным небом солнечного Тезира, прекрасная, точно само совершенство, с шелковистыми волосами и пылкими карими глазами, сделала вид, будто ее сейчас вырвет.

– Служить им? – ужаснулась Сьюн.

– Да! – ответил Эо.

– Нет! – заорал Кайрик. – В конце концов, я претерпел…

– Замолчи! – прогремел Эо, указывая пальцем на вора. – Не нужно играть со мной. Это заставляет меня сомневаться в правильности выбора моего нового бога.

Взгляд Кайрика опустел, и вор изумленно уставился на Эо.

– Ведь это именно та награда, которую ты искал? – спросил Эо, не отводя глаз от Кайрика.

Тот начал неловко взбираться по лестнице.

– Да, это так! – воскликнул вор. – Я буду верно служить тебе, клянусь. Прими мою благодарность!

Эо зашелся тяжелым, безжалостным смехом.

– Не стоит благодарить меня, жестокосердный Кайрик. Быть богом Страданий, Ненависти и Смерти – это не дар.

– Почему? – удивился Кайрик, озадаченно сморщив лоб.

– Ты жаждал божественности, огромной власти и полной свободы, – промолвил Эо. – Ты получишь только божественность и власть. В Королевстве Смерти ты можешь использовать их как захочешь. И все страдания мира тоже будут твоими. Ты сможешь причинять их другим, как тебе вздумается. Но снова познать счастье тебе уже не удастся никогда.

Эо остановился и посмотрел на Кайрика:

– Твое самое заветное желание, лорд Кайрик, не сбудется никогда. Теперь я твой господин. Ты служишь мне… и своим последователям. И я уверен, что теперь у тебя будет еще меньше свободы, чем та, которой ты обладал на улицах Зентильской Твердыни.

– Подожди, – закричал новоявленный бог Страданий. – Я не…

– Довольно! – прогремел Эо, указывая на Кайрика. – Я знаю, ты хорошо справишься со своими обязанностями, ибо это единственное, на что ты способен.

Миднайт ужаснулась. Если Кайрик станет правителем Королевства Смерти, ей никогда не сдержать обещания, данного Проныре.

– Прости меня, – прошептала чародейка, отворачиваясь. – Некоторые обещания невозможно сдержать.

Наверное, замечание Кайрика о смысле жизни было верным, подумала она. Жизнь жестока и коварна и заканчивалась только муками, страданиями.

– Миднайт! – позвал Эо, обратив внимание на чародейку.

Услышав собственное имя, Миднайт медленно повернула лицо к владыке богов.

– Что еще? – вызывающе ответила она. – Я ранена и устала. Потеряла любимого человека. Чего еще ты от меня хочешь?

– У тебя есть нечто, чему нет места в Королевствах.

Чародейка сразу же поняла, что речь идет о даре Мистры.

– Я больше не нуждаюсь в волшебстве. Можешь забрать эту силу.

– Возможно, она тебе еще пригодится, – возразил Эо.

– Я слишком устала для загадок.

– За время этого хаоса я потерял многих богов, – перебил ее Эо. – Я позволил рассеять Бэйна и Миркула в наказание за их преступления. Но Мистра, богиня Магии, хранительница волшебства, тоже погибла. Даже я не могу воскресить ее. Не займешь ли ты ее место?