С первого взгляда (СИ) - Коваль Алекс - Страница 3

Поэтому, каким бы сладким и милым Егор не был, вот как раз под этот типаж он совершенно не попадал. Просто промах по всем пунктам.

***

— Доброе утро, Алия Дмитриевна.

— Добрее не бывает.

Я зашла в «Модис». В клубе царила тишина. Оно и понятно, рабочее время здесь наступает с девяти вечера. У бара меня уже ждала Катерина, как всегда, предельно собранная и серьезная.

— Настя, останься с Майей, пожалуйста, — кивнула я девушке за баром.

— Конечно.

— А ты меня к Масе не возьмешь? — заканючила дочурка.

— Нам с Максом надо поговорить, солнышко. Поэтому тебе придется остаться с Настей.

— Майя, давай ты мне поможешь, — подмигнула упомянутая бармен, ненавязчиво увлекая мышку за собой.

Стоило только поманить ее вкусняшкой, девчушка заскочила в бар и мгновенно забыла про мать. Пару лет назад Гаевский поставил в клубе автомат для молочных коктейлей. Зачем? Он и сам не знает. Сдвиг по фазе у него тогда был — о детях мечтал. Недолго правда — месяцок. Пока новую любовницу не нашел. Запал пропал, а автомат остался. Вот, пригодился.

Я двинулась напрямик к директорскому кабинету, собрав за собой целую делегацию. Мать-наседка с цыплятами, ни дать ни взять. Именно так, всей оравой, по цепочке мы заявились к Максу в кабинет. Увидев меня в качестве тяжелой артиллерии, мужчина закатил глаза и выдохнул.

Папины сынки — вечно все усложняют, честное слово.

— Сейчас будет битва… — прошептала Катерина у меня за спиной и тут же прикусила язык.

Собрание затянулось дольше, чем я планировала. Отчего-то в этот раз Максим Гаевский — директор клуба «Модис» — уперся рогами и ни в какую не хотел "давать заднюю". Пришлось прибегать к уговорам и даже шантажу.

— Твою мать, Лия. Я тебе это припомню, — покачал головой мужчина, когда мы остались в кабинете тет-а-тет.

— Угу. В следующий раз, когда задница будет гореть, даже не вздумай мне звонить, — пожала я плечами, присаживаясь на краешек рабочего стола.

— Ой, да это было-то всего пару раз!

— Угу. И это только в этом месяце, когда ты со своей любовницей застрял в Испании. Это, между прочим, неуважительная причина срывать переговоры с инвесторами.

— Вредина. Просто я не представляю, как буду оправдываться перед соучредителем. Там мужик серьезный, и вот эту молодежную шелупонь терпеть не может.

— Это ты группу тридцатипятилетних бородатых мужиков шелупонью назвал?

Блин, я скоро достигну совершенства в умении выгибать бровь. Так смешно, но Майя тоже время от времени пытается повторить этот мимический жест, да пока не выходит. Только забавно морщит лобик и надувает губки.

— Ты песни их слышала? — усмехнулся парень, затягиваясь и выпуская облачко дыма. Я нечаянно вдохнула эту гадость и закашлялась, размахивая руками.

— Гаевский, ты можешь хоть в кабинете не курить? Ты уже насквозь провонял табаком. А вместе с тобой и я.

— Мужика тебе надо нормального.

Раздражала меня его похабная улыбка. Вот прямо ударить всегда руки чесались. Но друзей вроде как не бьют. Или я ошибаюсь?

— Это, по-твоему, бухающего, курящего и трахающего все, что двигается? Нет уж. Увольте, — усмехнулась я.

— Нет, с деньгами и статусом.

— Понимаешь, если сложить сказанное тобой и мной, получаешься ты.

— Ну, так, а я о чем? — спросил котяра, подмигивая.

— Да боже упаси… — засмеялась я, легко соскакивая со столешницы. Сгребаю с дивана папку с документами и походкой от бедра к дверям. Задержалась и так уже. Пора и честь знать.

— Куда?

— На выходные. А ты давай, деньги зарабатывай. Вдруг однажды передумаю, — улыбнулась я самой дерзкой улыбочкой из своего арсенала, подмигнула и захлопнула дверь.

Кого я обманываю? Близко, но тоже не то.

Глава 4. Алия

Еще на подъезде к даче родителей заметила внушительный внедорожник. Предки, видимо, решили не просто семейные посиделки утроить.

— Башая масына, — захлопала ресничками мышка, восхищенно выглядывая с заднего сидения.

Да, новенький Infiniti цвета мокрый асфальт даже меня впечатлил. Интересно, кто водитель такого зверя. Что-то из всех знакомых отца я на такой машине никого не припоминаю. Неужели решил очередного жениха подсунуть? Когда, интересно, им уже надоест фигней страдать. Ну, не выйду я замуж! За кого хочу — не возьмет, а других не надо.

Заезжая в открытые ворота и паркуя свою «девочку» рядом с «танком», заметила, что у беседки отец стоит не один. Действительно, рядом с ним спиной к нам стоит мужчина. В сердце что-то странно кольнуло, когда пробежала взглядом по фигуре гостя. Слишком знакомой она показалась.

Кольнуло и исчезло, разливаясь странным предчувствием в груди.

— Давай, я помогу тебе отстегнуть ремни, зайчик.

— Не котю, я сама! — закапризничала дочь. Чувствую, вырастет и будет такой же до невозможности самостоятельной, как я.

— Ладно. Сама так сама. Догоняй.

Я натянула на руки перчатки, а то ветер сегодня был кусачий, и выскочила из машины. Майя справится с ремнями, это уже не впервой. Приподняв воротник бежевого пальто, я направилась к отцу, который, естественно, меня уже заметил и улыбался.

Шаг за шагом подходя к мужчине в черной кожаной косухе, я все тяжелее передвигаю ноги. В голове начали всплывать яркие картинки прошлого. Маленькие вспышки: из детства, из юношества и из моего памятного отпуска. И когда в моей голове четко сформировалось понимание того, кто этот гость, я искренне пожалела, что вообще приехала.

Он — моя любовь с первого взгляда.

Высокий, почти на голову выше меня. С мощным разворотом плеч и идеально ровной осанкой. Спортивная фигура, отлично сочетающаяся с его хищной грациозностью и размеренностью движений. Он завораживал своей уверенностью, еще когда я была ребенком. Сейчас я выросла, но мало что поменялось. От таких, как он, веет «опасностью и сексом» — как сказала бы моя лучшая подруга. Женщины всегда стелились перед ним пачками, ему даже особых усилий прикладывать не приходилось. Поэтому боюсь представить число девушек, побывавших в его постели. Постоянством он никогда не отличался. Но самое страшное, что и я, дура малолетняя, попала однажды в плен бешеного мужского магнетизма. Однажды и до сих пор.

Расслабленная поза гостя — руки в карманах дорогих брюк и опущенные плечи — говорит о том, что меня он пока не заметил. Фора мне. А вот для него будет шок, когда обернется.

Возликовать бы, да не получается. Меня слегка потряхивает. Непонятно, какой можно ожидать от мужчины реакции. Да и теперь у меня есть что скрывать, помимо своей многолетней тихой любви.

— Вчера был на объекте, по срокам к декабрю должны открыться.

Этот голос, с низкими рокочущими нотками, доносившийся до моих ушей, обволакивал и разгонял волны мурашек по коже. Тело до сих пор помнит его тихий шепот: волнующий и до одури проникновенный.

— Отлично, можно кинуть в отдел рекламы идею: плюшки для снимающих номера и залы на корпоративы, — кивает отец.

— Можно попробовать. Вдруг что годное выйдет.

Когда до гостя с отцом остается уже пару метров, цокот моих каблучков отчетливо слышен по брусчатке. Папа радостно стучит друга по плечу и басит:

— А вот и мои, — улыбаясь родной улыбкой. — Наконец-то познакомлю вас.

Я с тоской думаю, что он может и не знакомить. Я уже и так знаю, кто этот гость.

Последнее мгновение на то, чтобы взять себя в руки и натянуть маску холодной вежливости. Сжимаю ладошки в кулачки и мысленно приказываю сердцу биться ровнее. Как школьница, вытягиваю спинку по струнке, замирая в шаге от мужчин.

Словно в замедленной съемке, под завывание ветра, гость оборачивается. Его черные, как ночь, волосы выбились из стильной укладки и развиваются на ветру. Руки в прямом смысле начинают чесаться от желания прикоснуться, но я боюсь даже дышать рядом с ним. В тот момент, когда оценивающий, тяжелый мужской взгляд пробежал по мне от самых ботинок и сфокусировался глаза в глаза, меня бросило в жар.