Фиктивная жена (СИ) - Доронина Слава - Страница 52

Я поднялась с постели, ощущая себя из рук вон плохо. Ночь я почти не спала и думала об Антоне. Представляла его лежащего в палате одного, подключенного к мониторам и на глаза слезы наворачивались, а к горлу комок подступал. Услышав голоса Сергея и Артема, которые доносились из кухни я направилась туда. Они по-хозяйски расположились за столом и завтракали.

— Доброе утро, — я замерла в дверях, рассматривая осунувшееся лицо мальчика.

Артем сильно изменился за эти дни, подрос и этот взгляд… Только сейчас я осознала, что не стоило Антону ему лгать. С самого начала не стоило. Нужно было все ему объяснить и меня представить под настоящим именем. Ну или вообще никак не представлять… Ох… Как же сложно. Всем было плохо эти дни.

— Доброе, — отозвался Сергей, а Артем лишь сдержанно кивнул, жуя бутерброд. — Мы тут подчистили твои запасы. Ужин, который ты приготовила вчера для Антона тоже съели. Вечером привезу продукты или закажу что-нибудь из ресторана, — я перевела на Сергея недоуменный взгляд, с трудом переваривая его слова. Он собирался еще на ночь остаться? — Ну… — он протянул. — Антон был бы явно против, чтобы я оставил Артема одного и без присмотра, а он сказал, что ему понравилось спать в комнате Марины, правда, брат? — он толкнул его по плечу, а тот, подавившись едой, закашлялся. — Ну вот видишь как рад, — мужчина поднялся на ноги. — Ладно, я в больницу, вы вдвоем побудете пока дома. Не привыкать, надеюсь.

Ответить я ничего не успела, он вышел из кухни, я лишь проводила его спину долгим взглядом, понимая, что вступать в дискуссию совершенно бессмысленно. Сказал, как отрезал. Это не мой молчаливый и сдержанный Антон, который вообще ничего не говорил, но резал тоже по-больному не хуже этого здоровяка, что обувался сейчас в прихожей.

Оставив Артема одного на кухне, я последовала за Сергеем.

— Так понимаю, с тобой поехать к нему нельзя? — спросила я, надеясь на то, что он все же скажет, что можно.

— Исключено. Во-первых к нему сейчас никого не пускают, во-вторых мне потом нужно заехать к следователю, в-третьих посмотреть, что он купил за квартиру и как там движется ремонт…

— А в-четверых? — я недовольно свела брови.

— В-четверых… — задумался он и заглянул мне в лицо. — Ты бы позвонила с обеда в клинику и узнала можно тебе волноваться или нежелательно и тогда вечером скажу свое в-четверых. Договорились? — он протянул мне визитку клиники, взял ключи с комода, открыл дверь и вышел из квартиры.

Ну вот и поговорили… Все коротко и по-существу. Неверное он в прошлом был военным. Потому как сейчас все его слова походили на команды, а желание взять под контроль все сферы жизни Антона и быть в курсе любой ситуации начинало меня понемногу раздражать

Я вернулась в кухню, Артем пил чай и смотрел телевизор, делая вид, что не обращает на меня внимания.

— Правда сам захотел остаться или он тебе пригрозил расправой? — спросила я, приподняв уголки губ. Так я по нему соскучилась, неужели он все еще не простил Антона и меня?

— Я не знаю, — он пожал плечами. — Скажем так, меня не напрягает эта обстановка, — уклончиво ответил мальчик.

— Я скучала по тебе и очень переживала… — он вскинул подбородок вверх, а черты его лица сделались жестче.

— Я вернулся только ради него, ясно? А тебя я не знаю! Вот сейчас впервые вижу! Юлю знал, а тебя нет!

— Ну хорошо… — согласилась я миролюбивым тоном.

У меня не было сил спорить с ним, а тем более ругаться.

— Меня зовут Нина, а ты кажется Артем, приёмный сын мужчины, которого я люблю?

Он недовольно фыркнул и поднялся на ноги, собираясь покинуть кухню. Но сейчас мы были на моей территории и он сам пришел, поэтому дослушает меня до конца и мы наконец-то поговорим.

— Я чувствую свою вину перед тобой, хотя по сути ни в чем не виновата. Антона судить не берусь. Я изначально была против этой затеи выставлять себя за другого человека. Но я все тебе объясняла в письме. И не раз…

— Я ничего не знаю, я их не читал, — холодно обронил Артем, перебивая меня.

— Нет, неправда! Ты читал, иначе бы и порог моей квартиры не переступил. Я не плохой человек, я просто подстраивалась под ситуацию и я по-настоящему прониклась к тебе симпатией и желанием стать твоим другом. Я не думала, что полюблю Антона. Я понимаю, что тебе больно от той лжи, в которой я принимала участие, но Юли больше нет… А я не претендую на её роль, хотя именно это и делала какое-то время, но ты должен понять, что Антон руководствовался в первую очередь твоими интересами.

— Вы оба два эгоиста, понятно тебе?! — повысил он голос. — Я не уверен, что такое возможно простить и забыть, но Антон мой единственный близкий человек. Ты писала мне, что едва не потеряла сестру и боишься остаться одна. Вот и я боюсь этого. У меня больше никого нет. Но ты для меня посторонний человек, — я видела боль в его глазах и от этого мое сердце сжималось в груди.

Мне так хотелось дать этому мальчику тепло и поддержку, я решила пойти ва-банк и попытаться еще раз расположить его к себе.

— Так уж и посторонний? — спросила я тихим голосом. — А говоришь, что не читал…

— Да ты каждый день заваливала меня этими письмами, я их в спам определил так и знай и номер твой в черный список занес!

— А потом все равно доставал их обратно из папки и перечитывал, да? — я слабо улыбнулась и сделала шаг навстречу, а потом еще, и ещё, и приблизившись к мальчику, обняла его. — Прости меня, не знаю, правда, за что прошу прощения, но я чувствую свою вину. Иначе бы не писала тебе, если бы ты был мне безразличен.

Артем стоял с каменным выражением на лице и был сильно напряжен, но не отталкивал меня, что уже хорошо.

— Я перед встречей с тобой столько о тебе узнала и когда увидела вживую даже не почувствовала никакого диссонанса внутри. Я не обманывала тебя, а мне действительно было интересно проводить с тобой время, разговаривать, быть рядом, смотреть кино, есть попкорн, шутить… Я не Юля, да, и никогда ей не стану и не хочу ею быть. Но… Просто позволь мне быть рядом. Рядом с тобой и Антоном. Ты ведь чувствуешь, как я к тебе отношусь на самом деле? Почему Антону удалось разглядеть мою искренность и поверить моим чувствам, а ты сопротивляешься?

— Ладно, Нина-Юля, — устало выдохнул он и отошёл от меня. — Время покажет. Сейчас самое главное, чтобы с Антоном все было хорошо. Я очень за него переживаю.

— И я, — на мои глаза навернулись слезы и я сжала руки в кулаки.

— Иди, звони в клинику, я слышал ваш разговор с Сергеем в прихожей. Мне тоже интересно можно тебе волноваться или нет.

Я покраснела и смущенно отвела глаза в сторону. Да, он был взрослым мальчиком и, конечно же, знал откуда берутся дети, но все-таки… Все было очень сложно, а мне предстоял большой и длинный путь, чтобы завоевать его доверие именно как Нина.

— Я позвоню немного позднее. Лучше расскажи мне как прошли твои соревнования?

— Трусишь? — хмыкнул он.

— Да, мне страшно, но я никуда не тороплюсь. Анализы так или иначе уже готовы, а я хочу побыть какое-то время в неведении.

— Ну как знаешь, — он пожал плечами, подошел к дивану и сел на него. — Я все завалил и временно взял тайм аут в тренировках. И знаешь, что решил? — я вопросительно подняла брови, смотря в серьезное лицо мальчика. Она сейчас мало походил на подростка, а в его глазах было столько мудрости, что я приготовилась услышать нечто шокирующее: — Я подумываю о том, чтобы вернуться в Россию и начать вникать в работу отца. Спорт — это хорошо, никто не спорит, но делать из него дело всей своей жизни я не хочу. Антону в будущем нужен будет надежный человек. А Разумовского я таким человеком назвать не могу и к деньгам отца не допущу. Я на дух его не перевариваю. Максимум, что мы ему предложим, как Антон встанет на ноги — это грязный подгузник от вашего ребенка, — я улыбнулась, поражаясь деловой хватки мальчика. Ну и юмор мне его тоже нравился.

— Я и не предполагала, что ты такой деятельный…

— С вами поживешь и не таким многоходовкам научишься. Так ты идешь узнавать? — он поглядел мне в лицо.