Будь моим... оборотнем (СИ) - Новикова Татьяна О. - Страница 25

Не отвлекла. Харот спускался по лестнице, когда я вбегала вверх.

— У меня есть новость, — отведя глаза, пробормотала я.

— Ты решилась?!

Такая мальчишеская ненормальная радость.

— Нет. Мне нужно уехать. В месяц управлюсь.

— И куда же ты едешь?

Он скрестил руки на могучей груди.

— К Ледяным горам. Провести обряд для своего друга.

— Друга-оборотня? Подозреваю, что Ричарда, внука нашей придворной знахарки?

— Да, — только не смотреть в глаза. Только не смотреть.

— Он женится?

Кивок получилось несколько резким, зато болезненно утвердительным. Мне на секунду показалось, будто мраморно-холодное лицо правителя озарило подобие улыбки. Но после губы вновь превратились в прямую линию, и Харот, вместо напутствия, напомнил мне:

— Я жду твоего согласия через месяц. Надеюсь, ты не заставишь меня ждать больше оговоренного срока. Хорошей дороги.

Так и сказал: согласия. Не решения, не ответа — он уже распланировал, что именно я скажу.

— Не заставлю.

Мы разошлись.

До Ледяных гор, если мои знания географии не врут, недели полторы пути или даже меньше. Не зря их шпили видны из окон дворца, такие холодные, манящие. Успею.

Из того, другого мира, я просила немногое, разве что — одежду да лекарства. Никто больше во дворце не соглашался пить подозрительные пилюли, да я и не заставляла. А вот сама предпочитала чудодейственным зельям обычные таблетки. Ну и вещи: джинсы, в которых мне так и не удалось походить (увы, здешний люд не поймет), свитера, кофты. Всё это я закинула в наплечный рюкзак (тоже из того мира), придирчиво осмотрела себя в зеркале. И поняла, что я в подметки не гожусь Ривалии.

Низкая, взгляд затравленный, под глазами синяки, нос острый и излишне длинный. Провела пальцем по шраму на виске — некрасивая, неаристократичная. Ненужная.

Он достоин большего…

Приближающееся путешествие меня ничуть не пугало: отдохну от дворцового быта, подумаю насчет собственной свадьбы…

У ворот было по обыкновению оживленно. Выезжали и въезжали повозки, телеги, одинокие всадники, поэтому я не сразу увидела свою будущую компанию. Каррел держал за вожжи двух гнедых лошадок, на удивление покорных. На давно волнующий меня вопрос — почему просто не переместиться на портале? — Ричард ответил, что Велиция — Богиня своенравная, поэтому считается, что если влюбленная пара не соизволит оказать ей честь долгой дорогой, то не видать им одобрения. Интересно, а состоится ли свадьба, если свидетельница со стороны жениха мечтает окунуть в грязь его невесту? Ну, это мы скоро узнаем.

После недолгих математических подсчетов я определилась, что на четырех человек двух лошадей будет маловато. Интересно, место рядом с кем определили мне жадные брачующиеся? Надеюсь, около возлюбленной Ричарда, потому как в таком случае я исполню обещание, данное Маделин, гораздо быстрее предполагаемых сроков.

Заметив мой подслеповатый прищур, друг приветливо помахал и сказал:

— Насколько я помню, верховой езде ты так и не обучилась, поэтому придется составить компанию Каррелу.

— А он сам не против?

Пожалуйста, скажи, что против! Я лучше пешком, чем за чьей-то спиной.

— С удовольствием прокачу столь милую особу! Ты где предпочитаешь сидеть: спереди или сзади?

— Спереди! — вставил Ричард. — Сомневаюсь, что она и сидеть-то ровно умеет. Еще упадет по дороге, а мы и не заметим. Так ты хотя бы поддержишь.

— Эй! Я могу и уйти.

Ривалия возвела к небесам синеву глаз и, цокнув язычком, вздохнула:

— Как будто тебя здесь кто-то держит.

Слова застряли в горле. Ох, как мне хотелось вцепиться в рыжую косу. Как хотелось закатить масштабную истерику. Но я промолчала. И то, только потому, что Ричард сказал, заглядывая мне в глаза:

— Пожалуйста, не ругайся. Я за тебя беспокоюсь.

После этого взгляда было невозможно продолжать пререкания, поэтому я спокойно — то есть с пятой попытки — уселась на несчастное животное, которое, как оказалось, звали Миледи.

Ричард помог подняться в седло своей любимой, сел сам, после осмотрел нас и с хитрой улыбкой поскакал вперед.

Я проклинала весь белый свет, а в особенности себя за согласие на очередную авантюру. Но говорить: «Тпру, я передумала, останавливаемся» было как-то поздно, да и глупо. К тому же изумрудно-серебряные глаза полностью засосали меня в свои глубины — посмотреть бы на них ещё разок. И ещё. Хотя бы недельку.

Повезло же Ривалии.

Впрочем, и мне повезет. Совсем скоро. Только этому везению я совершенно не рада.

Глава 3. Просто смирись

Всю дорогу я планировала тихо страдать, такая несчастная и ущемленная. Да вот мой «возница» не замолкал ни на минуту. Каррела интересовало абсолютно всё, связанное с моей жизнью. И как бы я не убеждала, что мне выдалась ничем непримечательная судьбинушка, он продолжал напирать, а на отказы надувался как маленький.

Ричард ехал впереди, и я постоянно натыкалась взглядом на изящную спину его невесты. По сравнению с её костюмом мои дранные, старые джинсы смотрелись нищенским тряпьем, да и сама я явно проигрывала.

Головой я прекрасно понимала Ричарда. Если выбирать между неземной красотой и потрепанной девицей двадцати трех лет — по здешним меркам старая дева, — то всё очевидно. Да кто я такая, чтобы грезить обо мне ночами? Это он — герой сказки, невероятный человек и мужчина, ради которого можно и умереть. А кто такая я? Приживалка в королевском замке, ничем не примечательная, обычная, унылая.

Головой я всё понимала, но боль, ненормальная, резкая, скреблась внизу живота. Мне хотелось рыдать, хотелось задохнуться, хотелось испариться, только бы не быть третьей лишней на этой свадьбе. Я не могла представить, что Ричард по ночам прижимает к себе другую женщину. Что его пальцы оглаживают его тело, и именно ей он шепчет слова любви. Что она станет его женой, она родит ему наследника…

Что она для него — всё, а я — эпизод из жизни.

Да ещё Каррел с такой радостью рассказывал об их знакомстве, что я всерьез задумалась над тем, как бы свалиться с Миледи и переломать себе ноги.

— А встретились они совсем недавно! Моя сестренка это… гуляла по базару, а тут навстречу ей Ричард. И закрутилось всё. Это… свадьба!

Бред какой-то. Встреча на базаре? Что Ривалия там забыла? Неужели втихаря приторговывала персиками? Или бывшими женихами?

Аня, успокойся.

За первые часы путешествия я узнала жизнь Каррела лет до двенадцати. Он с упоением, хоть и однообразно, рассказывал о детстве в семье одного из советников, о доброй матушке, о младшей сестрице. Он говорил, что всегда хотел стать воином, да не сложилось. А я бездумно кивала.

На привал мы остановились ближе к закату. Спина затекла от неудобной позы, а пониже спины, в костлявой пятой точке, саднило. Поэтому я с удовольствием спрыгнула с Миледи и расставила руки в сторону, разминая спину.

Мужчины отправились «найти кого-нибудь для ужина», и уже одно только «кого-нибудь» пугало. Не собираются ли оборотни зажарить нерасторопного селянина? Меня с Ривалией оставили на ролях хозяюшек: разводить кашу в котелке. В воздухе повисло настолько мрачное молчание, что потяжелел воздух.

Ривалия несколько раз пыталась начать светскую беседу, которая обещала плавно перетечь в не менее светскую перепалку с битьем друг друга котелком по голове. Я отмалчивалась, изображая из себя не то глухонемую, не то просто идиотку.

— Что Ричард вообще в тебе нашел? — вдруг процедила Ривалия, в идеальном голосе зазвенело стекло.

Предположу, что человечность. Я отвернулась от вынужденной собеседницы, чтобы не вступать в перебранку.

— Нет, мне его не понять. Выбрать в свидетели столь сомнительный вариант. Он же пережил с тобой столько неприятностей, что должен был забыть о тебе, а он всё равно считает вас друзьями. Это же самый настоящий удар по моей самооценке!

— Ты заткнешься? — миролюбиво уточнила я. — Или нет? Я еду засвидетельствовать вашу женитьбу, пусть и считаю, что у Ричарда дурной вкус. Ни подружками, ни заклятыми врагами мы с тобой не станем. Замолкни, пожалуйста. Не тебе судить, кого стоит забыть, а кого запомнить.