Дракон-стриптизёр (СИ) - Невеличка Ася - Страница 14

Теперь Ленкин танец я смотрел не глазами, а всем долбанным телом. Напряжение сковало не только руки и ноги, парализовало язык и мысли. Сейчас я видел только зовущее желанное тело самки, которую хотел сделать свой. Сейчас. Её. Себе.

Все переменилось, запах стал слишком насыщенным, воздух между нами — слишком тугим, возбуждение — слишком осязаемым.

Я вздохнул и заметил, как она закатила глаза, совсем не от усмешки, а от сдерживаемого желания. Если мой разум можно обмануть, но инстинкт зверя — нет. Я, блин, чувствовал, что она хочет меня. Ведь кроме меня здесь рядом никого нет!

От понимания этого, в груди стало нарастать желание ускорить событие. Между нами всего пару шагов, протянуть руку, схватить за край платья и прижать к себе

А что потом?

Лена медленно приближалась, тело еще больше напрягалось, в ушах звенело от гонимой под давлением крови, а в мягких штанах неприлично раздулась область паха.

— Лучше остановись, — прохрипел я.

— Нет, я не показала тебе главного, — прошелестела Лена и положила руки мне на плечи.

Позвоночник прошил разряд, что я дернулся и застонал, еле сдерживаясь, чтобы не схватить наглую девчонку и не подмять под себя. Пофиг, что я соединялся только с дракайной. Уверен, что и с человеческой девушкой разберусь. Найду то место по запаху. У меня уже сейчас от него кружится голова и хочется рычать, присвоить девчонку себе, пометить, забрать, спрятать только для себя. Моя.

— Поцелуй меня? — шепчет мне в губы и я с готовностью касаюсь их, обхватывая, втягивая, посасывая. А потом проникаю языком ей в рот и вот теперь посылаю к чертям всю предосторожность.

Мои руки обхватывают ее тонкую талию, слишком тонкую (она недоедает?), так что пальцы рук сходятся. Стискиваю до горлового стона мне в рот, прижимаю к себе и надавливаю вниз, впечатывая Ленку в самое напряженное и пульсирующее место.

И в отместку мне, она разрывает поцелуй, откидывает голову и издает протяжный выдох-всхлип, а это как взрыв для моих ушей. Это лучше музыки, это сногсшибательнее свиста в ушах от свободного падения. Я хочу умирать под ее стон!

И больше не могу ждать, притягиваю её обратно и впиваюсь в губы, сминая и заглушая звуки, все еще рвущиеся из нее. Всё делится на два: губы живут своей сладкой нежной пыткой, дразнятся, втягивают в игру языки, растягиваются и обмениваются шепотом, а руки руки сначала осторожно, а потом все настойчивее исследуют подарок, что сидит верхом на мне, сдавливая пульсирующий член.

Я удивляюсь хрупкости и гибкости ее тела, насколько она мягкая и податливая сейчас в моих руках, как льнет к груди и послушно отзывается на каждое движение. Когда я обхватываю ладонями ее грудь и чуть прохожусь пальцами по торчащим соскам, в поцелуй тут же вплетается ее удивленный порывистый вздох. А если я руками стискиваю Ленкину попку, она прогибается в спине, теснее впечатываясь в мой напряженный член. А мне уже хочется насадить ее на себя и бешено вбиваться, чтобы до ушей доносились только ее вскрики!

Но я с упоением ловлю губами другой ее выдох, более протяжный и хриплый, с тем сладким чмокающим всхлипом. Почти как плачь, только дико возбуждающий, от которого реально хочется выпрыгнуть из одежды и свернуть горы. Но после секса

— Блин, Алён Я так не могу Пожалуйста!

— Что, Тай?

Я смотрю в её мутные, опьяненные глаза и не знаю, что сказать.

— Пожалуйста? — глупо повторяю, теснее вжимаясь в нее стянутым тканью членом, и поддавая бёдрами свое неозвученное желание.

— Нет, только стриптиз и возбуждение. Чтобы ты понял.

— Что? — что я должен понять? Что хочу ее, что теперь не смогу смотреть на нее и не представлять, что хочу сделать? Да, это я не только понял, но еще и ей показал.

Но всё мое возмущение снова потонуло в долгом дерзком поцелуе, когда её язык перехватил инициативу и вторгся в меня.

Черт, это еще одна пытка для маньяка?! Тогда не знаю что лучше, может перцовый баллончик.

По телу прокатывала крупная дрожь, бёдра ритмично поддавались вверх, чтобы потереться о ее тело. Она крепче обхватывала меня ногами и стоны теперь, не переставая, глушились моими глубокими поцелуями.

Ладно, с ними я разобрался. Девочкам нравится проникновение в рот Но я еще хочу проникнуть туда, откуда идет резкий, сводящий с ума запах. Черт, я хочу туда проникнуть языком и выпить эту влагу всю до капли!

Но пока Лена расслабилась и лежит на моей груди, я осторожно просовываю руку между ее ног и надавливаю, охреневая от влажности трусиков. Лена дёргается, на мгновение широко открывая глаза, тут же со стоном закрывает их и я улыбаюсь, обнимая дрожащее тело.

Ей нравится, я могу потрогать еще. И не торможу себя, только прикусываю губы, от нетерпения скинуть всю одежду с нее и с себя. Но после её «нет» очень боюсь еще одного отказа. Лучше так — не торопить, приручить, чтобы она сама попросила

Гладить её там приятно из-за получаемой реакции, приятно сжимать ее дрожащую, чем дрожать самому. Моё нетерпение частично гасится её нетерпением. Но всё меняется, когда она хватает меня за волосы на затылке и бесстыдно начинает тереться о мой пах, насаживаясь на пальцы, скользкие от её же влаги. Нереально трудно сдерживать себя. А её сдерживать не хочу. Я вижу, как в ее взгляде что-то меняется, внутри загорается огонь, дыхание частое и тяжелое, словно она пытается остудить жар внутри, но у нее это плохо выходит.

И вдруг она выгибается и кричит. Я все еще держу ее в руках, не давая вырваться, все еще прижимаю к себе, сходя с ума от всего происходящего, и загибаясь от потребности излиться, пока не лопнула налившаяся головка.

Не понимаю, сколько продолжается эта сладкая пытка, но не хочу отпускать отстраняющуюся от меня Лену.

— Тай, пусти.

— Не могу, — хриплю я. — Прости, не могу. Мне Я

— Это ты прости, я не собиралась доводить до такого.

Не сдержался и хохотнул. Со мной ничего восхитительнее еще не происходило! И я уверен, что это не стриптиз. Наблюдал я за нашими парнями и зрительницами. Да, жарко, да, бесстыдно, но ни разу не волшебно, совершенно не так, как сейчас с ней.

— Тебе больно?

Теперь рассмеялась она:

— Мне? Нет, конечно! Мне здорово!.. А ты тебе?..

Ага, кажется, она догадалась. Да, мне чертовски больно и неудобно и не думал, что буду хотеть этого, но мне бы взорваться к чертям! Я хочу трахаться. Мне пофиг на гордость и принципы. Голова вообще не может включиться, а тело требует только одного — соединиться и вылить все накопленное напряжение.

Я долбанный дракон- осеменитель!

— Тай?

— М?

— Может в душ?

— Не поможет.

— Виагра, да? Гена вас всех пичкает без дозировки?

— Что?!

Лена обняла меня за шею и приблизила губы к уху:

— Никакого секса, понял? Я тебе помогу, но не рассчитывай, что потом тебе всё можно. Усёк?

Нихрена не понял, от уха по телу побежали мурашки, я уже искал губами ее губы, а руки снова обнимали и прижимали её теснее к груди.

Маленькая, сладкая Черт, надо осторожнее, слишком хрупкая

И тут её пальцы обхватили член и сжали. Вот примерно этого мне не хватало, чтобы слететь с катушек! Я зарычал, пытаясь скинуть ее с колен и уложить на пол, подмять, овладеть. Но маленькая зараза, снова обхватила пальцами мой пульт управления и провела по всей длине прямо через ткань треников. Зараза!

Весь мой мир сосредоточился на ее пальчиках, то мягко сжимающих член, то скользящих к кончику. Эта грань блаженства и недостаточности. Край между взрывом и все еще скручивающимся напряжением. Пытка. Удовольствие. Безумие и похмелье

Не знаю, может я стонал, может, заговаривался, но ни на миг не закрывал глаза, впитывая её лицо, её эмоции, когда она водила рукой у меня в штанах, дотрагиваясь до обнаженного члена.

Если именно это и есть соитие с человеком, то я совсем не против соединяться с ней каждый день. Чтобы держать в руках её дрожащее тело, чтобы дрожать самому в ее руках. И вот так взорваться, подкинув её на бёдрах, поймать, прижать и не отпускать. Оглохнуть от стука сердца в ушах, ослепнуть от фейерверка в глазах, дышать только ее воздухом и принадлежать ей до последней капли