Разница в росте (СИ) - Нежная Анастасия - Страница 14

- Я посещала школу и знаю техники, многие, но это что-то иное, - замямлила Вика.

- Так попробуйте разобраться, если Вы так желаете постичь мою технику, - зло ухмыльнулся Фест, но улыбка не коснулась его глаз. – А , пока мы будем работать по учебниках от министерства образования.

- Вот в чем дело! Вас заставляют учить по книгам, что Вы не признаете! – воскликнула Тоня, подходя к ним.

- Вы решили свести меня с ума?- заговорил цинично Даниил. – Расстрою, девушки. Зря старайтесь. Вы кажется здесь для конкретной цели? Нет, проваливайте!

Девушки шарахнулись, как от пощечины.

- Даниил, девушкам, что Вы нравитесь, явно не хватает хребта, поголовно мазохистки, - прошипела Тоня.

- Уповаю, что хоть такие умницы как вы, не из их числа. Было бы очень прискорбно. Идите, - мужчина поставил точку.

Антонина попрощалась с обоими и покинула аудиторию, кинув напоследок.

- Вика, я тоже нарисую картину для твоей выставки.

Вика же решила не сдаваться и попробовать воскресить ту технику, чьей невольной свидетельницей стала. Это не было легко, но двое в студии хранили молчание, занятый каждый своим делом.

12

В четверг пошел дождь. Утром Вика вышла на яркое солнце в своем зеленом платье, что купила в одном магазинчике рядом с домом. Поверх платья легло бежевое пальто. В руках была вместительная сумка и на ногах ботильоны черного цвета на платформе. Выглядела изящно, но из-за своего комплекса и спасительно платформы в ней все-таки угадывалась совсем молоденькая девушка.

Доехав на трамвае до нужной остановки Белова вышла, пройдя по милому скверику столкнулась с Тоней, которой строил глазки парень с направления «хареография». Парень был худощав и высок, чем-то напоминал журавля, даже нос на его аристократичном лице был длинным, как у птиц клюв. Маслова замялась и поспешила с ним попрощаться, парень понимающе ухмыльнулся и вежливо попрощался с обоими девушками.

- Так, Маслова, и кто он? – тон Вики был неумолим.

- Да, так, знакомый, - быстро протораторила Тоня.

- Вы пока не встречаетесь?

- Вика! Напридумывала! Мы просто общались, я раньше ходила в танцевальную школу. У них там несколько танцев готовится, вот он и предложил, - засмущалась впервые Тоня.

- То есть из своего потока он никого не нашел для танца, а тут знакомая с «Живописи»? – Белова ни на грамм не верила подруге.

- Я не знаю мотивов, но я согласилась, - потупила взгляд подруга, поправляя на плече свою сумочку.

- Это замечательно, но как же картина к посвящению?

- Я совсем забыла про неё, Вики! – глаза девушки забегали в поисках решения. – Что же делать?

- «Утереть нос гениальному куратору» отменяется? – хохотнула Виктория.

Антонина осуждающе на неё посмотрела:

- Ещё скажи, что в тот раз он поступил правильно, нахамив нам.

- Ну, мы не можем его заставить идти против требований и правил. Кто мы такие? Две девчонки, которые пустили слюни, при виде чего-то очень классного? – урезонила свою подругу блондинка.

- Он может это делать, - упрямилась Тоня.

- Может, потом, но не сейчас. Мы только на первом курсе, а уже поступаем некрасиво, наезжая на Даниила. В союзниках с ним будет проще, если это слово вообще применимо к этому хмурому преподу, - говорила Вика, когда девушки продолжили свой путь до колледжа.

- Именно, к нему вообще не применимо дружелюбность, открытость и отзывчивость. Ему плевать на нас с высокой колокольни.

- Чего ты взъелась так?

- Он раздражает своей высокомерностью! Такой же как и мы две руки две ноги. Нечего цену себе набивать! – разговор смолк, когда девушки зашли в корпус. – Что у нас первой парой, староста?

- Идем, у нас аудитория 3.05. Не пробовала расписание изучать?

- Зачем, у меня же есть ты, - улыбнулась Тоня и приобняла Вику.

Девушки отправились на занятия.

Так вышло, что посреди занятия по «Истории искусств» Викторию попросили сходить за редкими экземплярами книг по искусству древнего времени. Всего три на группу, но проходя мимо их студии, девушка замерла услышав резкий и злой голос своего куратора. Дверь аудитории не была закрыта, сквозь щель в створке правой двери она увидела, как молоденькая девушка села на стол Даниила. Сам же мужчина в уже привычной черном одеянии стоял у стола, но девушки не касался. Сказать можно была, что девушка была соблазнительна. Каштановые волосы блестящим потом прямых волос лежали по стройной спине, стройные ноги в юбке-тюльпане с кружевным черным краем были разведены , так что при желании ДанИ не нужно было даже их разводить.

Вики практически не дышала, поглощенная этой картиной. У девушки был очень низкий вырез в блузке цвета бордо, такого же цвета была и помада на девичьих губах. Белова не знала эту девушку.

- Слезла со стола, - раздался рычащий голос мужчины.

- Даниил, - прошептала она потянувшись вперед к нему, так что прядки словно веер подались вперед за своей обладательницей, скрывая грудь той.

- Ты меня не поняла? Для особо борзых повторяю, - мужчина наклонился так, что их лбы чуть ли не соприкоснулись. – Пошла. Отсюда. Вон!

Виктория вздрогнула, но успела зажать рот книжками.

- Не кричи, ты же не хочешь, чтобы нас застукали? Ты ведь не хочешь это афишировать? – мурлыкала соблазнительница.

- Ты совсем из ума выжила, Кристина? – отшатнулся в презрении от нее Фест. – Нам нечего афишировать. Я к тебе и пальцем не прикоснулся.

- Пальцами, ты как раз меня и касался, - выдохнула зазывно красотка, словно кошка отойдя от стола и приближаясь к куратору. Рука нежно легла на плечо.

- Ты по-моему тронулась мозгами, если считаешь наши репетиторские занятия прелюдиями к чему-то большему. Я сказал тебе давно, я учебу и личную жизнь не мешаю. Иди на занятия, по-хорошему прошу тебя, - вымученно произнес Фест.

- А-то что? Опять меня накажешь? Так я готова позировать тебе часами могу даже в стиле «Ню», - напирала распаленная желанием девушка. – А потом я могу дать тебе всё, что пожелаешь?

- И как я не заметил, что из девочки с неплохим талантом, ты превратилась в чудовище, - как-то горько произнес мужчина, коснувшись виска Кристины.

Лицо Феста отражало сожаление и боль. Сильный мужчина, которого ничто не могло прошибить, сейчас был как оголенный провод, приложи к питанию и его закоротит, выпуская его бурю. Такое аристократичный и печальный словно «Демон сидящий» Врубеля, по мотивам стихотворения Лермонтова «Демон».