По ту сторону пламени (СИ) - "Abaddon Raymond" - Страница 57

Ежусь после подвальной мерзлоты, растираю предплечья и бедра. Оживившийся Янни мелькает за стеллажами. Вот вертит статуэтку, бережно ставит на место: точно в незапыленный прямоугольник. Вот, зажмурившись, нюхает ароматическую свечку. Через секунду вихрастая макушка уже выныривает впереди, в отделе ковриков. Шлепают о плитку упавшие рулоны.

— Ой, — подходим и ждем, пока он бережно раскладывает их обратно.

— С чего вдруг? — смотрю в спины двоим магам у входа. Нам придется им поверить. Или убить.

— Не знаю. Эйса говорит, им просто сказали: тварь больше не проблема. Забудьте о ней.

— Странно.

— Да.

— Плохо.

— Возможно.

— Им можно верить?

Наас прослеживает мой взгляд:

— Я не знаю. Я бы сказал, да, но…

— Я верила Кану, — невыразительно говорит Айяка. — Ему тоже было, что терять.

— Да, — Наас сжимает ее безвольную ладонь. Я отворачиваюсь. Рики прав: мне не понять, я тут лишняя. Но я должна знать:

— Люди внизу. Кто они?

Янни рисует на пыльном зеркале в витой золотой раме. Подойдя ближе, разбираю: заклинание.

— С его братом ты познакомилась. Мария Хектор, второй блок. Пустой. Раньше был в администрации, потом перешел. Оба живут при лабораториях. Мария присматривает за Янни. Того накрыло после первого же ритуала. Иногда попускает, но… — Янни закончил узор и растерянно озирается в поисках новой поверхности для творчества. Порывшись в карманах, протягиваю ему мелок:

— Спасибо, — серьезно кивает и почти падает на колени, принимается за следующую формулу. В полумраке магазина мальчишке приходится склониться к самому полу, чтобы видеть белесые линии. Отхожу прочь: от него тонко пахнет рвотой и разложением. Точно так дышал знак из мертвых тварей в Университете. — Девушка — Сано Тхеви.

— Ты назвал ее Свидетелем.

Выпуская свет из коридора, хрипит дверь нашей квартиры. Эйсандей кричит из прихожей:

— Пойдемте!

— Сейчас! — отвечаю я. Парень скрывается в кухне.

— Она может видеть прошлое через предметы. Есть особые чары, но мало кто способен использовать их. В Университете таких трое. Второй — Советник Уэйр, слишком старый для приключений. Третий, наоборот, новичок, только нашли. Ни черта пока не умеет. Сано должна была разобраться в законах Отрезка и отследить связи с нашим миром. Понять, как твари попадают сюда, — Наас на секунду замолкает. Стискивает зубы, вздергивает подбородок. Под потолком зажигаются крохотные огоньки. Янни хмурится и выкручивает рукава куртки, но потом по-совиному смаргивает и возвращается к прерванному занятию. Теперь заклинание споро растет под его руками.

Шепчу:

— А как твари попадают в Отрезок? — глупо, но я понятия не имею.

Покосившись на увлеченного работой мальчишку, Наас притягивает к себе, обдает жарким дыханием ухо:

— Переходят из мест, тени которых есть здесь. Осевых, или их еще называют местами силы. Твари чувствуют, где ось пробивает реальности, и используют ее как портал. По основной оси, наверное, и человек пройти может. Той, что завязана на фонтан.

Отстранившись, продолжает:

— …Сойта Роэна взяли в качестве телохранителя: тоже пустой, но отлично владеет оружием. Бывший полицейский. Выбился в искатели, а туда пустых обычно не берут. Понимаешь, насколько он хорош? Опасней многих магов.

— Но он один. Если бы Рики отправил сигнал, что задание провалено, вместо искателя и пустых прислали бы целый отряд охотников, — отмирает девушка.

— Знаю. Прости, — говорю я. — Но Рики лучше пока остаться в подвале.

— Он близок к Максимилиану. А тот — представитель Совета, — озвучивает Наас. — Рики при нем чертову вечность, а почему? Должность, допустим, немудреная, но открывает доступ к секретной информации. И кто ее занимает? Какой-то пустой сопляк! Ему сколько, четырнадцать? Должна быть причина такому доверию со стороны Макса. Я ее не вижу.

— Ему шестнадцать…

— …и это все меняет.

— Заткнись! — вспыхивает Айяка. — Если Рики не захотел говорить, то и я не буду! Я тоже умею хранить секреты!

Янни натягивает капюшон куртки. Наас скрещивает руки на груди:

— О, вроде ты злишься из-за Рики! Скорее, что Тони не рассказал тебе о своем прошлом. Я видел твое лицо, когда Зарин спросила про татуировки, а я ответил. Но мы-то тут при чем? На Тони злись.

— А я и злюсь! Только ему я уже ничего не могу… — она всхлипывает, закрывая лицо. Выталкивает между рыданиями:

— Ничего… я даже не… сказала…

Рыжеволосый маг обнимает девушку:

— Извини.

— Я знаю заклинание, которое возвращает мертвых, — сообщает Янни разбитому вазону. Наас, гладя Айины спутанные волосы, мягко отвечает:

— Мы все его знаем. Но сейчас не время.

— Нет, давай сейчас, — задыхается девушка. — Мы можем умереть. Когда, если не сейчас?

— Я нарисую! — маг огня широко улыбается. Вскакивает и спешит на середину главного прохода. — Вот здесь! Здесь!

— Да. Молодец, — Наас вытирает покрасневший нос.

Мальчишка чертит формулу резкими, отточенными движениями техника. Почти нежно замыкает скелет и осторожно оплетает мышцами.

— Ты… ты знал его лучше всех. Выбери ты, — шепчет Айя.

— Готово, — Янни, пятится от знака, вспугнув сквозняком огоньки. Очень по- детски прячется за стендом, выглядывает из-за частокола садовых лопаток.

— Ты уверена?

— Да.

Наас опускается на корточки.

— Мы так прощаемся, — Айяка перехватывает мой взгляд. У нее дрожат губы. — Обычно перед тем, как повесить фотографию, но…

— Вернемся и повесим, — Наас смотрит через плечо. — Обещаю.

Отворачивается и замирает, прижав кулак к точке разрыва. Свет мигает и меркнет — словно ветер задул. Я подхожу и беру Айю за руку.

— Не знаю, почему, но я часто вспоминаю этот день. Ничего особенного, но именно он ассоциируется у меня с Тони.

Я все еще чувствую сухой запах птичьего помета и слышу крылья собирающейся на ночлег стаи, но вдруг в лицо бьет ароматом дождя. Хвои. Соли. Стены распадаются на стволы, возносящие к белому небу серебристо-зеленые игольчатые шапки. Вдалеке шумит море, а под ногами комкается серый влажный песок. Прохладный ветер забирается под одежду. Оглянувшись, вместо желтого прямоугольника двери нахожу покрытую стальной рябью поверхность озера.

— Я думал, что никогда сюда не вернусь, — говорит Тони. Стоит по колено в воде, подкатанные джинсы намокли от набегающих волн, светлая футболка вздувается на спине, на животе — когда парень поворачивается. Выглядит непривычно открытым: наголо обритый и без оплетающих левую руку острых граней. Черной линии тоже нет, вместо нее — кляксы кровоподтеков. Тони криво улыбается:

— Точно не чистым.

— Знаю. Я тоже, если честно, — мой-Нааса голос звучит смущенно. — Извини.

— Нет. Все в порядке, — зеленые глаза несут след отгремевшей бури. — Я не дурак, и понимаю. Я ведь столько раз обманывал. И тебя тоже, — нервно смеется. — Может, еще буду.

— Не говори так.

— Я серьезно. Ты не должен верить мне. Но ты поверил в меня. Это разные вещи. И второе — причина, из-за которой я сейчас здесь. Спасибо.

— Не только я в тебя верил.

— Неправда, — качает головой, улыбается. — Иди сюда.

— В воду?

— Давай.

— Холодно. Не хочу.

— В тебе достаточно огня, чтобы не мерзнуть и не ныть по пустякам, — Тони лукаво щурится.

— Я маг воздуха.

— И воды. И земли. Их нельзя разделять.

— Но они не особенно смешиваются.

— Идиот. Они едины. Ты постоянно забываешь. Разувайся.

— … ненавижу тебя.

Странно одновременно ощущать мокрый песок между пальцами, тугой холод прибоя — и твердый пол под подошвами ботинок.

— И что? — а теперь еще тепло его тела. — Лучше бы тебе сказать что-то реально стоящее, — стучит моими зубами Наас.

Тони смотрит на далекий, поросший лесом берег за колкими волнами:

— Красиво, правда?

— Я убью тебя.

Парень рядом смеется. Ветер прокатывается в соснах. Вода перестает казаться ледяной. И я соглашаюсь с Наасом: