Новый мир для лиловой Кошки (СИ) - Островская Ольга - Страница 59

— Тоня, девочка наша, прости нас. — на плечи легли подрагивающие большие ладони, и она как-то разом ощутила, как перегорело что-то внутри. Пресыщенное чужой агрессивной магией, тело начало оседать на пол, не в состоянии справиться с новым потрясением.

Её подхватили, прижали к твёрдой груди и она наконец-то смогла увидеть лицо своего мужа, который совсем недавно и целую вечность назад умер у неё на глазах. Поднесла к его щеке ладонь, чувствуя колючую щетину, наслаждаясь этим ощущением, словно без него не смогла бы поверить. И расплакалась. Он жив. Тут же ударило под дых другим именем и она вскинулась, ища глазами второго брата.

— Я здесь, маленькая. Я тоже здесь. С тобой. — Кас появился рядом и прижался с другой стороны, обхватывая руками их с Заком.

И она окончательно сорвалась, рыдания захлестнули, сотрясая тело, руки уцепились в рубашки любимых мужчин, без которых умирала её душа, которых оплакивало её истекающее кровью сердце. Кажется, они что-то говорили ей, сжимая всё сильнее, в чём-то убеждали и ласково просили, но смысл слов не долетал до её сознания. Единственное, что сейчас имело для неё сейчас значение, это ощущение тепла двух тел рядом и биение двух любимых сердец под чуткими ладонями.

— Как она? — Зак присел на кровать рядом со спящей Тоней, тогда как Кас с другой стороны сосредоточенно изучал её ауру.

— Истощенна. На физическом уровне восстанавливается поразительно быстро. Но это как раз и не странно, если учесть сколько магии на неё обрушили. Эмоции… Нам с тобой придётся очень постараться, чтобы наша девочка смогла забыть всё, что произошло.

— Там Таша просится увидеть маму.

— Позови, я уже заканчиваю. Правда будить пока не буду, пускай отдохнёт. Но, думаю, ребёнку главное, что Тоня здесь.

Зак согласно кивнул и отправился за их приёмной дочерью. Кас как раз закончил деликатно востанавливать пострадавшие энергетические потоки, когда в их спальню несмело вошла маленькая кошка в сопровождении его близнеца.

— Заходи. Извини, поговорить пока с мамой не сможешь, она спит. Но тебе ведь хотелось убедиться, что с ней всё в порядке?

— Да. — кивнула девочка, жадно рассматривая лицо спящей. — Как она?

— Не переживай. Всё будет в порядке. Тоня очень сильная. — успокоил её Зак, легонько сжав опущенное плечико.

— Я знаю. Она самая лучшая. — Таша вдруг моргнула и в глазах заблестели слёзы. И вся её фигурка теперь выражала полное отчаянье. — Жаль, что я её подвела. Из меня вышла не самая лучшая дочь.

Кас удивлённо вскинул брови и уже хотел было возразить, но его опередил брат. Мужчина присел рядом на корточки, заглядывая в глаза.

— Малыш, почему ты так считаешь?

— Её из-за меня схватили. И потом этот страшный мужчина, Ассавирг, он ведь моей смертью ей угрожал, заставляя делать то что ему было нужно. Она не хотела.

— Скажи Таша, а что было, когда Тоня думала, что мы мертвы? — севшим голосом спросил Зак, бережно обхватывая тонкие плечи.

Девочка зажмурилась и тихо всхлипнула.

— Было очень страшно. Она рвалась из цепей, я слышала, как выворачиваются её руки, как трещат кости, а мама всё плакала, кричала, выла. Я думала, что она убьёт себя, так плохо ей было.

Мужчины слушали ребёнка молча, лишь побледневшие лица, напряжённые фигуры и подозрительный блеск глаз выдавал их эмоции.

— А потом Ассавирг сказал, что если она хочет, чтобы я не умерла от их клятвы, то мама должна её выполнить.

— Вот видишь, Таша. — хрипло произнёс Зак, едва справляясь со своими эмоциями. — Если бы не ты, она бы сдалась, а так ей было для кого жить. И благодаря тебе, мы всё-таки успели.

— Правда? — с надеждой спросила девочка, несмело открывая глаза. — И Тоня от меня не откажется?

— Ну что за глупости тебе лезут в голову. Ты уже наша. И никто из нас, ни мы, ни твоя мама от тебя не откажется. — мужчина бережно обнял маленькую девочку, утешая. — Ты мне веришь?

— Да. — шепнула она.

— Вот и хорошо. А теперь беги к себе. Мы позовём тебя завтра, когда она проснётся.

Когда Таша ушла, братья ещё некоторое время молча переваривали услышанное.

— Мне сейчас очень хочется снова убить Ассавирга и на этот раз его смерть будет долгой и мучительной. — в голосе Зака вибрировали нотки едва контролируемой ярости.

— Знаешь, мне не даёт покоя тот факт, что его тело просто исчезло. Я никогда с таким не сталкивался. — Кас уже успел взять себя в руки и теперь задумчиво глядел на языки пламени в камине.

— Ты ведь не намекаешь мне таким образом, что он может быть жив?

— Не знаю, Зак. После "Острия смерти" не выживают. Так говорил нам отец, а ему я верю, больше чем себе. Просто странно это.

Зак некоторое время помолчал, а потом решительно произнёс.

— Давай все эти разговоры перенесём на завтра. Сейчас я безумно устал и мечтаю уснуть рядом с Тоней.

— Ты прав, брат. Всё это подождёт. Главное она с нами.

Привычный страх появился стоило её сознанию вынырнуть из забития. Она уже успела привыкнуть просыпаться с этим чувством, которое предшествовало удушающей боли. Тело рефлекторно согнулось, сворачиваясь в позу эмбриона и Тоня жалобно застонала, мечтая вернуться в тот сон, где её любимые пришли за ней живые. Остаться бы в нём. На талию, знакомым до боли жестом, скользнула мужская рука. И прежде, чем она успела задуматься о том, что происходит, тело привычно расслабилось прижимаясь спиной к твёрдой груди. Ещё не веря, девушка почувствовала, как прогнулась постель рядом и спереди её тоже обняли. Волос коснулись нежные губы, а лёгкие наполнились родным запахом.

— Тоня. Просыпайся. Ты дома, малыш. — нежно шепнул на ухо Зак.

Девушка не сдержала пробежавшую телом дрожь и распахнула глаза, встретившись взглядом с Касом, чьё лицо было прямо напротив неё. Это не сон. Не сон.

— Тшшш. Не плачь, любимая. Мы с тобой. — она и не заметила, что действительно снова плачет, молча, вздрагивая всем телом.

— Я до сих пор не могу поверить. Я же видела собственными глазами, как он убил тебя. — всхлипнула она и развернулась к Заку, чтобы найти ладонью то место, куда вонзился кинжал Ассавирга. На гладкой коже груди остался лишь красный рубец, обжигающий подушечки её пальцев. — Я считала вас мёртвыми, я оплакивала вас каждый день.

— Мы — оборотни, Тоня. Нас убить очень сложно. А мне ещё и повезло иметь рядом лучшего целителя, какого я только знаю. — Зак обхватил ладонью её кисть, поднял к губам. Кас возле её затылка смущённо хмыкнул и прижался всем телом. Очень соскучившимся телом. — Подонок лишь выбросил нас в другой мир. К демонам. Всё это время мы искали возможность вернуться. Даже с дедом познакомились.

Череда нежных поцелуев на шее погнала толпу обжигающих мурашек по её телу. И мужские ладони, накрывшие груди сорвали с губ тихий стон. Всё это время Зак смотрел не отрываясь, не отпуская её взгляд и в его глазах Тоня видела столько любви и нежности, что готова была снова расплакаться. Стараясь сдержаться, она попыталась отвлечься и спросила.

— Как же вы вернулись?

— Это длинная история. Расскажем обязательно, но не сейчас. Скажу лишь, что мы шли, ориентируясь на наш якорь в этом мире. Ты притягиваешь нас даже через мира, Тоня.

Наверное, эти слова что-то перевернули в её душе окончательно. Девушка, всхлипнула, подалась вперёд и впилась поцелуем в губы одного из своих мужей. Целовала, облизывала, прикусывала, утопая в совершенстве этих ощущений, пока не почувствовала в волосах руку второго, послушно обернулась и всю ту же иступлённую любовь и пережитую тоску вложила в ласку губ Каса. Жадные руки на её теле, сводили с ума. Она сама гладила, сжимала, скользила ладонями, прижимаясь всё сильнее к обоим, насколько это у неё получалось, пытаясь врости, впитаться в них и вобрать в себя, эти запахи, этот жар их кожи, эти по-животному жаркие поцелуи везде, это скольжение пальцев внутри неё. Они уже брали её полностью, распаляя и готовя, кусая распахнутые припухшие губы, вторя по очереди языками другим движениям, от которых Тоня уже откровенно стонала, поддаваясь навстречу, прося большего. И когда Зак лёг на спину, притягивая её к себе, она с готовностью опустилась на большое сильное тело, такое любимое, такое её. Приподнялась и, смотря в грозовые глаза, полные пламени, медленно опустилась на твёрдую плоть, вбирая его без остатка, прогибаясь и гортанно выдыхая стон от этого сладкого чувства вторжения. К спине прижался Кас, огладил ноющие жаждой ласки груди, перекатил и сжал до обжигающих искр перед её глазами торчащие соски и скользнул ладонью по животу. Пальцы развели влажные скользкие губки и нашли клитор, продолжая сводящую с ума игру. Тоня качнулась, откидывая голову ему на плечо и тут же почувствовала на ягодицах жёсткий захват. Зак приподнял её и начал вколачиваться членом в тугое нутро, вместе с братом доводя её до первого уносящего разум взрыва. Оргазм накрыл дрожащее тело огненной волной, и девушка вскрикнула тонко выгибаясь в их руках, а потом, повинуясь им, опустилась на грудь Заку, прижалась животом, прогибаясь, как никогда желая чувствовать их обоих. И зажмурилась от острого чувства наполненности, когда Кас тоже скользнул внутрь. Чувства переполняли её, сбивая дыхание, расцветая лихорадочным румянцем на щеках, срываясь с губ тихими стонами в такт движениям мужских тел. Тоня отдавалась и брала одновременно, обретая вновь, и было в их единении что-то неизмеримо большее чем сплетение тел и физическая близость, чем их толчки и её всхлипы. И тягучее, как патока наслаждение, затопившее её с головой, и хриплые рычащие стоны их удовольствия, были лишь отражением той бури чувств, что сжигала всех троих.