Я выбираю быть твоей (СИ) - Островская Ольга - Страница 8

А потом внезапно подхватывает на руки. Испуганно выдохнув, я хватаюсь вялыми руками за широкие плечи. И наконец оглядываюсь по сторонам. Мужчина несёт меня к огромному чёрному и жуткому… ну коню, наверное. Клыкастому такому. И, кажется, даже шипастому, как дракон, по крайней мере на морде. Ещё трое мужчин в тёмных странных одеждах, обвешанные холодным оружием тоже вскакивают на таких же монструозных скакунов, как и тот, на которого, не спрашивая, водружают меня. Всё ещё пребывая в состоянии заторможённого оцепенения, я сначала даже не могу сообразить, за что хвататься, чтобы не упасть. Высоко же до чёртиков. Зачем меня на эту жуткую махину? Животного моё наличие у него на спине тоже не вызывает радости. «Конь» как-то рычаще всхрапнув, поворачивает голову, кося на меня багряным глазом, и клацает у моей ноги теми самыми клыками. Острыми такими. Длинными. Мама! Тут же раздаётся резкий угрожающий окрик моего энергетического донора, и демонический конь испугано вздрагивает, разом прекращая меня замечать. Дисциплина, однако. А мужчина взлетает в седло позади меня, притягивая к себе. Приказывает что-то остальным на своём языке, и трогает коня с места.

Всё, что произошло со мной за последнее время, настолько не укладывается в голове, что мозг сбоит пытаясь хоть как-то переварить данные, а мысли упорно ускользают, отказываясь выстраиваться в чёткую общую картину. Но я упорно пытаюсь, сражаясь с дикой усталостью. И то, что начинает вырисовываться пугает до дрожи.

— Куда вы меня везёте? — задаю один из самых волнующих меня вопросов и поднимаю голову, чтобы посмотреть мужчине в лицо.

— К себе домой. Название тебе всё равно ничего не скажет, — произносит он ровным тоном.

Что это значит? Он знает, кто я и откуда? Радует, что хотя бы на вопросы отвечает. Хоть и дозированно.

— Кто вы? — спрашиваю уже чуточку увереннее. — И как меня нашли в лесу?

Вот не верю, что случайно. А если не случайно, то пугает как-то.

— Почувствовал, что на моей земле открылся стихийный портал и кто-то из него пришёл. Решил проверить, вот и нашёл, — с понимающим смешком сообщает мужчина, проигнорировав первый вопрос. Хотя… Кое-какую информацию всё же выдал. Если на его земле, значит этот лес, выходит, собственность этого человека. Правда, дыхание вдруг сбивает новое опасение. Человека ли? Конь у него и то на коня лишь общей конеобразной формой смахивает. И этот сеанс моего внутреннего сгорания. Что за силу я чувствовала?

— А на вашей земле, это где?

Он бросает на меня задумчивый взгляд, словно просчитывая, сколько мне нужно сказать.

— Ты ведь понимаешь, что не в своём мире? — спрашивает мужчина, одновременно избавляя меня и от необходимости выуживать информацию и от последних надежд, что я ошиблась в своих безумных догадках.

И смотрит так выжидающе, оценивающе. Истерики ждёт, что ли? Я бы может и поистерила, если бы могла, но сейчас даже шок осознания получается какой-то вялый, мне почему-то спать хочется немилосердно, а эмоции, схлынув, всё больше становятся слишком тусклыми, утягивая меня в состояние полудрёмы. Но спать нельзя. Надо разобраться.

— У меня возникли такие подозрения, — признаюсь, осторожно кивая. — Это правда?

— Да, — пожимает широкими плечами, устремив взгляд вперёд. Вокруг начинают сгущаться сумерки. И радость, что я не одна сейчас в этом тёмном, пугающем лесу мешается с опасением, а не встретила ли я уже самого опасного здесь хищника.

— Как вы узнали, что я из другого мира? Таких, как я много?

Ответа я жду, затаив дыхание. Если хождения между мирами возможны, значит я смогу вернуться. Надо только разобраться как.

— Таких как ты, единицы. И узнать не было проблемой после того, чем мы занимались, — криво усмехнувшись, произносит он, лишь мельком на меня взглянув. От такой двусмысленности я невольно вспыхиваю снова. И слышу новый ответный вопрос: — Как тебя зовут?

— Соломия, — называю имя, так и не разобравшись, стоит ли мне бояться этого человека.

С одной стороны он помог. Действительно помог, это невозможно не почувствовать. С другой… Его прикосновение я до сих пор помню. Ещё и домой к себе везёт. Настораживает это всё.

— Может не надо меня к вам домой? Я бы предпочла встретиться с кем-то, кто представляет местную власть и объяснил мне, как вернуться в родной мир? Моё появление ведь не нарушает ваши законы?

— Ещё как нарушает, — заявляет мне этот тип, заставляя сердце испуганно сжаться.

— Меня посчитают преступницей? — обмирая, выдыхаю, и сама не замечаю, как снова хватаюсь за его руки. На меня снова обращается взгляд чёрных глаз.

— Нет, но рекомендую тебе всё же принять моё приглашение. На моей земле я и есть… представитель власти, — и снова умолкает. Нет, ну сколько можно?

— Вы и дальше будете дозировать информацию чайными ложками? — не выдерживаю я. Неужели так тяжело мне объяснить ситуацию, не вынуждая вытягивать информацию по крупицам? Я же не спрашиваю какие-то местные государственные тайны, а всего лишь то, что касается меня напрямую. — Я очень благодарна вам за помощь и приглашение, но мне нужно узнать путь домой.

— Для тебя его нет, пока что, — в очередной раз оглушает меня мой «многословный» собеседник.

— То есть… как?!! Почему?!! Пока это сколько? Пожалуйста, объясните!!! — умоляюще заглядываю в прищуренные глаза. Он с минуту на меня смотрит, взвешивая свой ответ. А я прошу с тихим отчаянием: — Пожалуйста.

— Чтобы ходить через грань между нашими мирами, нужно иметь определённый уровень силы. Люди этого не могут, — наконец произносит мужчина, но каждое его слово словно гвоздь в гроб моих надежд. — Ты смогла благодаря ребёнку. И вы двое чуть не умерли. Пока ты беременна, путь закрыт, потому что это смертельно-опасно для твоего сына. Он принадлежит миру Ильмондар и должен остаться здесь. По закону. Никто не поможет тебе в обратном. Когда ты родишь, первые годы будешь нужна ребёнку, чтобы его энергетические каналы полноценно сформировались и раскрылись. Потом сможешь уйти.

Когда до меня доходит смысл его слов, тяжёлая удушающая волна страха накрывает с головой, заставляя хватать ртом воздух. То есть как смогу уйти? Одна?

— У меня отберут ребёнка? — срывается с немеющих губ, и я инстинктивно обхватываю себя руками, пытаясь защититься от такой правды.

— Нет. Если не будешь дурить. Дети нашей расы огромная ценность этого мира. И крайне редко они рождаются от человеческих женщин. Но став матерью куарда, ты вполне сможешь прижиться здесь.

— Куарда? — ошеломлённо переспрашиваю, пытаясь осознать, что теоретически я беременна не человеком.

Вместо ответа мужчина поднимает руку, и на его ладони начинает закручиваться что-то похожее на сгусток тьмы, опутанной маленькими молниями.

— Наша суть — энергия и управление ею.

Ох, мамочки. Даже не прикасаясь к этой жуткой штуковине, я чувствую, как шевелятся на теле волоски, словно электризуясь. Вот это я попала.

— И мой ребёнок… он такой же? Но как?

— Это я у тебя хотел спросить, правда сначала думал дать тебе отдохнуть после перестройки каналов. Но раз уж ты так настойчиво добиваешься разговора, то расскажи мне, кто отец твоего ребёнка? — тоном, не терпящим возражений, приказывает незнакомец.

— Я не знаю, — уставившись прямо перед собой и сжав кулаки, признаю неприглядную правду. Понимаю, что солгать всё равно не смогу. Если тот неизвестный куард, или как их там, сделавший мне ребёнка так качественно вынес мой мозг, что я два месяца чумная ходила, то вполне возможно, что все они так могут. И заведомо настраивать против себя ложью того, кто мне пока только помогал, по меньшей мере глупо.

Жёсткие пальцы хватают меня за подбородок и заставляют снова посмотреть в чёрные глаза.

— Покажи мне! — приказывает мужчина.

— Ч-что? — с этими… куардами и заикой стать недолго.

— Как это случилось?

— Я не помню…

— Не важно. Впусти меня в свой разум… добровольно.

Что? Это как? Разрешить ему копаться в моей голове? Бр-р-р… А с другой стороны… Он ведь просит — ну ладно, требует — а мог бы и насильно вломиться, как… тот. Который не просто меня поимел, но и, получается, бросил умирать вместе с его ребёнком. Нет, МОИМ ребёнком. Этот урод обрёк нас на смерть. Я должна знать, кто он. И ради этого знания даже позволю незнакомцу заглянуть в мою голову. Ну пока ещё незнакомцу.