Я не ваша, мой лорд (СИ) - Островская Ольга - Страница 32

Чужая магия неохотно идёт на контакт, но в конце концов поддаётся, уступая мне, подчиняясь. И вот уже металлический кругляшок падает в ладонь, покалывая кожу ниточками пока активного заклинания. Отхожу от стеллажей подальше, чтобы уменьшить убытки и приступаю к более тщательному изучению

— И как ты не боишься эту гадость в руки брать? — слышу задумчивый голос Тоды.

— Вся штука в том, что я знаю, как с этой гадостью обращаться. — Высунув язык от усердия, поддеваю нужные узелки и наконец деактвирую вредную штучку. — Ну вот и всё, а ты кусалась.

Переключаю своё внимание на задержанного. Тода его, помимо магических кандалов, для надёжности ещё и ремнём связал. Чтоб уж наверняка.

— Я так понимаю, этот человек совсем не тот за кого себя выдавал? — напоминает о себе тётушка Золин. — По вашему делу пойдёт?

— По нашему, по нашему. Допускной у него подлинный? — поднимаю глаза на пожилую женщину, которая уже вышла из-за своего стола и теперь тоже с интересом рассматривает лже-Трэя.

— Обижаешь, милочка. Конечно, подлинный. Стала бы я его пускать? — поджимает губы для виду старушка. То, что я обязана это спросить, она прекрасно понимает.

— Значит, амулет они, скорее всего, взяли у настоящего агента Трэя Лодшарда, — резюмирую я, тяжело вздыхая. Не думать о том, что это может означать, не получается, да и права у меня нет. — Тода, переверни его, надо убедиться, что он не покончит с собой, как только очухается.

Рисовоё зёрнышко капсулы за щекой фальшивого следователя меня даже не удивляет. А вот артефакт Воплощения так сходу найти не получается.

— Вот пакость. Трэй, наверняка, даже не думал, при каких обстоятельствах я увижу его голым, — морщусь, понимая, что для полноценного обыска придётся этого молодчика раздевать.

И надо же такому случиться, что как раз в этот момент кто-то снимает снаружи блокирующие архив заклинания, и двери распахиваются настежь, являя нашим взорам страшного и стремительного в своей ярости герцога с мечом наголо в одной руке и чем-то сокрушительным по силе заклинания в другой. И конечно же, мои слова — это первое, что он слышит. Голубые глаза темнеют едва ли не до черноты, когда мужчина шагает к нам. Ой. Сейчас меня убивать, кажется, будут.

— Приветствую вас, лорд Гиерно. А я как раз к вам собиралась. А тут вот… — тычу носком сапога тело на полу. И делаю глаза невинные-невинные. — Пришлось диверсаната задерживать.

— Да что ты говоришь?!! Ко мне, значит?!! — щурится Севастьен, оглядывая помещение.

Следом за ним входят вооружённые оперативники, но, убедившись, что преступников на их долю не осталось, опускают руки, сворачивая неиспользованные заклинания.

— Так точно. Агент Тода Болари мне свидетель, — едва ли не каблуками щёлкаю перед начальником.

Напарник бросает на меня возмущённый взгляд, но как всегда поддерживает.

— Собиралась она, собиралась, ваша светлость. Пока не заметила, что с агентом Лодшардом что-то не так. Представляете, он ей улыбнулся. И вот результат, — теперь уже Тода тычет лже-Трэя носком под рёбра в подтверждение своих слов.

Когда у Севастьена начинает дёргаться глаз, а стоящая рядом Золин прыскает от смеха, как и часть оперативников, я понимаю, что убивать меня будут долго и с особым удовольствием.

Гиерно закрывает глаза, делает глубокий вдох и выдох, играя желваками, и наконец произносит, медленно выговаривая слова:

— Я хочу знать, что здесь происходит? Скар, слушаю тебя.

И почему сразу меня? Хотя, если учесть, что Тоду он вчера весь день слушал… Эх.

— Ваша светлость. Мы с агентом Болари находились в архиве, изучая материалы касающиеся нашего текущего дела. Когда уже собрались уходить, сюда пришёл агент Трэй Лодшард. Мне показалось немного странным его поведение, особенно после того, как он… мне улыбнулся, да. — Интересно, после этого мне хоть кто-нибудь в Департаменте улыбаться будет? — Причина моих подозрений заключается в том, что мы с Трэем находимся в крайне недружественных отношениях. Я заподозрила неладное и мы решили разобраться, что к чему. А когда вернулись, сработала сигнализация. Подозреваемый находился у стеллажей в это время и на подтверждающий личность вопрос Тоды ответить не смог, а потом и вовсе атаковал. В результате чего был задержан. В ходе задержания мною также было выявлено цель проникновения. — Демонстрирую герцогу артефакт на ладони. — Вот эта штучка способна разрушать магические плетения. Преступник пришёл сюда, чтобы уничтожить улики. Причинённый ущерб оценить мы пока не успели.

Вот. Чётко и по существу. Прям, как он любит.

— А голый Трэй Лодшард тебе зачем? — рассматривая меня со странным выражением, уточняет начальник.

— Для обыска, конечно, ваша светлость. Чтобы найти артефакт Воплощения. А вы для чего подумали? — подозрительно щурюсь теперь уже я.

Что это? Действительно ревность? Или играющее в одном месте чувство собственника? Уверена — второе.

— Обыщите его! — командует Севастьен, кивая столпившихся агентам на задержанного. Те приказу, не сказать чтобы рады, но кто ж их спрашивает? — И чтобы нашли этот проклятый артефакт, куда бы его ему не засунули. Уважаемая Золин, оцените ущерб нанесенный архиву этой диверсией. А вы, — мечущий молнии взгляд снова обращается на нас с напарником, — идите за мной. Разговор есть.

Разворачивается и выходит быстрым стремительным шагом прочь из архива, а нам не остаётся ничего другого, кроме как подчиниться и последовать за ним. Кто ж спорит со злым начальством?

Мы минуем коридор, лестницу, фойе на первом этаже, и начинаем подниматься на второй, когда я замечаю, что с Тодой что-то происходит. Напарник с каждым шагом всё больше бледнеет, на коже выступает испарина и движения становятся какими-то вялыми.

— Тода, что с тобой? — обеспокоенно останавливаю я его, заглядывая в лицо.

Рыжик осоловело моргает расфокусированными глазами и начинает крениться вперёд, угрожая свалиться. Испуганно выдохнув, подхватываю его и едва сама не падаю под весом огромного мужчины.

— Севастьен, помогите! — кричу герцогу, который, не заметив нашей заминки, существенно удалился вперёд.

— Что с ним? — услышав меня, Гиерно сразу же бросился назад и перехватил теряющего сознание Тоду.

— Не знаю. — Ощупываю горло друга, считывая пульс и тут натыкаюсь взглядом на тёмное пятно на плече. — Его ранили. Этот лже-Трэй бросил что-то, когда я его свалила. Сама увернулась, а в Тоду попало. Он ещё сказал, что просто царапина.

— Зови целителей, — командует герцог, стремительно сплетая диагностические заклинания.

Кивнув, вскакиваю и несусь вниз к стойке. Там можно экстренно вызвать лекарей прямо в фойе.

Только бы с Тодой было всё в порядке. Только бы не яд. От страха за родного и близкого человека трясутся поджилки и немеют руки, но я не позволяю себе терять время. Сейчас каждая секунда на счету.

К тому моменту, когда появляются целители, Севастьен уже успевает оказать первую помощь и замедлить действие яда. Всё-таки Рыжика отравили. А мне остаётся только исследовать рану, чтобы убедится в отсутствии в нём магического компонента. Друг дышит рвано и поверхностно, заставляя меня сжимать челюсти едва не до хруста, чтобы сдержать собственную панику. Он выживет. Должен.

А когда моего друга уносят в госпиталь, уверив, что состояние опасное, но вполне излечимое, я внезапно оказываюсь в крепких надёжных объятиях. Первым порывом пытаюсь вырваться, а потом эмоции побеждают и меня накрывает ими с головой. Тело сотрясается от нервного озноба, отчего зубы начинают выбивать дробную чечётку, и из горла вырывается судорожный всхлип. Тода мне, как брат. Я не смогу без него.

— Всё будет хорошо, Скар. Им займутся лучшие лекари. Его обязательно вытащат. Пойдём, — звучит над головой уверенный голос.

Потеряно киваю и позволяю Севастьену увлечь себя в его кабинет. А там меня усаживают на диванчик и вручают в руки стакан с какой-то жидкостью.

— Что это? — растерянно спрашиваю у нависшего надо мной начальника.