Я не ваша, мой лорд (СИ) - Островская Ольга - Страница 54

Не веря в такое везение, я отстраняюсь от герцога, приложив палец к губам, и осторожно прикладываю руку к перегородке, знакомясь с силой, пульсирующей в нитях заклинаний. Сколько тут народу потрудилось. Сколько магии вложено. Но тем легче мне вмешаться, осторожно прощупывая пальцами тонкое живое кружево, деликатно раздвигая, вплетаясь в него своим даром.

— Чего ты хочешь от меня, Гедаш? — голос Корима внезапно раздаётся в ночной тишине очень отчётливо. Мы с Севастьеном замираем, не дыша, вслушиваясь.

— Ты знаешь, брат, — вкрадчиво отвечает ему старший принц.

— Мой ответ прежний. Всё будет так, как решит отец.

— Ой ли? А ты так уверен в его решении? Или тебе всё-таки известно, что он опять за сети плетёт? Тебе ведь наш старик доверяет, да?

— О чём ты? — равнодушным голосом интересуется Корим.

— Не разыгрывай меня, брат. И не становись на пути, — холодно произносит Гедаш.

— Ты угрожаешь? — насмешливо тянет средний принц.

— Что ты? Пока что прошу по-хорошему, — не знаю почему, но мне кажется, что старший принц сейчас едва сдерживает ярость. — Кто этот Торрайа? Откуда он взялся и зачем вам с отцом понадобился?

О как. Интереса к своей персоне Севастьен добился однозначно.

— Понятия не имею, о чём ты, — отвечает Корим, но его тон далёк от искреннего, как плошка с водой от неба. Играет ведь, нарочно провоцируя.

— Именно поэтому ты его лично встречал на причале?

— О, тогда я тоже могу поинтересоваться, зачем твой верный отмороженный пёс к ним подходил? Какой у тебя интерес?

Это о Рифате что ли? Всё интересней и интересней. На некоторое время на соседнем балконе воцаряется молчание, и я буквально представляю, как принцы буравят друг друга изучающими взглядами, пытаясь разгадать, кто в чём врёт и где чья выгода. А нас, кажется, втягивают между наковальней и целым трио молотов. Тишину прерывает деликатный стук. Затем звук открываемой двери.

— Прошу прощения, ваше высочество, принц Гедаш. Вас ищет его величество.

— Иду, — бросает тот коротко и, судя по звукам шагов, действительно выходит.

Я осторожно возвращаю всё на свои места, приглаживая нити заклинаний, чтобы скрыть следы своего вмешательства, стараясь делать это, как можно плавнее, чтобы даже малейшего возмущения общего магического фона не возникло. А затем так же осторожно отнимаю руку и в тот же миг оказываюсь в объятиях Севастьена, который всё это время заслонял меня собой.

— Пойдём, нам тоже пора, — произносит он.

Мы выходим с балкона, и я на всякий случай бросаю короткий взгляд на двери соседнего. Сквозь искажающее окошко видно намёк на мужскую спину, но не разобрать, кто это, значит и нас с коридора рассмотреть не могли, что позволяет мне вздохнуть свободно. Интересное стёклышко, кстати. Надо будет изучить, почему в одну сторону видно, а в другую нет. Магия это, или свойства материала?

В большой зал мы возвращаемся как раз вовремя. Стоит нам отыскать хали Тимара, как ко мне подходит женщина в серебристой карилье.

— Хоаль Кариля Торрайа, её величество приглашает вас присоединиться к ней в праздновании на женской половине, — склоняется она.

— Для меня это честь, — склоняю я голову в ответ.

— Будь осторожна, душа моя, — на миг прижимается губами к моему уху Севастьен. — Я люблю тебя. Ты справишься, как всегда, самым лучшим образом.

Его напутствие и похвала звучат в моей голове всё то время, что я следую за посланницей королевы, а потом и за самой супругой Ардораша и её свитой. Вот вроде бы иду на задание, сложное и потенциально опасное, а на сердце птички поют. И улыбаться хочется от уха до уха так, что пора вознести благодарность этой тряпке на лице, что меня за блаженную идиотку никто не принимает.

Вслед за королевой мы проходим в просторное помещение с фонтанами, красивыми растениями в высоких горшках и живописно расставленными диванчиками, пуфиками и столиками. В уголочке примостились сравнительно скромно одетые девушки, играющие на музыкальных инструментах что-то нежное и ненавязчивое. Её величество направляется к самому примечательному креслу, напоминающему трон, а я, следуя примеру большинства, замираю, склонив голову и ожидая действий жены Ардораша.

Зальфия садится, поднимает унизанные многочисленными кольцами и перстнями руки к вискам и снимает карилью с лица.

— Приветствую вас, благородные хоаль на моём празднике. Да будет этот вечер для вас радостным и приятным.

А дальше опять церемонии, поклоны, приветствия. Правда пафоса поменьше и атмосфера в общем-то менее напряжённая, частично благодаря музыке. Помимо тех, кто присутствовал на официальном приёме, в зале как-то незаметно появляются ещё и незамужние халиты, приглашённые королевой. Женщины открывают лица, усаживаются на диванчиках, разговаривая, хихикая и вполне ожидаемо образуя большие и маленькие компании, скорее всего, согласно какой-то своей внутренней иерархии в которой хали Тимар просветить меня никак не мог. Придётся самой разбираться. Диванчики возле её величества занимают те хоаль и халиты, которых я определила, как относящихся к королевской семье. Некоторых гостий королева подзывает к себе пообщаться. Удостаиваюсь такого приглашения и я, что тоже было вполне ожидаемо.

— Хоаль Кариля, прошу составьте компанию мне и моим родственницам, — благосклонно улыбается Зальфия. Красивая она. Очень. Васир на неё похож. Гораздо больше, чем старшие принцы.

— Благодарю за оказанную честь, — кланяюсь я и занимаю предложенное место, которое оказывается на отдельном диванчике рядом с красивой голубоглазой и улыбчивой халитой.

— Мы с вами не знакомы, хоаль Кариля, — приветливо улыбается девушка. — Меня зовут Аниша, я воспитанница её величества. Вы уже бывали на праздниках во дворце?

— Нет, халита, — улыбаюсь ей. — Я только вчера вместе с супругом приехала из Арганды, а из Босварии меня родители увезли ещё совсем маленькой.

Эти слова сразу же привлекают ко мне внимание всех, кто достаточно близко сидит, чтобы слышать. А моя собеседница и вовсе округляет удивлённо и даже восторженно свои тонко подведённые краской глаза.

— Не расскажете ли вы нам свою историю, хоаль Кариля? Признаться, мне очень интересно, её услышать, — слышу я вопрос от королевы.

— Разве я могу вам отказать, ваше величество? — скромно опускаю глаза. — Что же вас интересует?

— Ну самый интересный вопрос — кто же ваш супруг? Он сегодня во время беседы с его величеством умудрился заинтриговать весь двор, и я не исключение, — вскидывает бровь Зальфия.

— Мой Севар — учёный и очень талантливый артефактор.

— Артефактор? — удивлённо переспрашивает королева. — Чем же так мог не угодить артефактор королю Гельмуту, что пришлось просить справедливости у моего супруга?

— Он всего лишь изобрёл кое-что… очень нужное его величеству Гельмуту, — осторожно произношу я, словно подбирая слова. — Простите, я не могу открыть вам подробностей его работы без разрешения. Скажу лишь, что король посчитал себя вправе отнять это изобретение и принудить моего мужа к труду на благо Арганды на невыполнимых условиях. А когда Севар отказался, ему намекнули, что может пострадать его жена. Вот он и увёз меня в Босварию, защищая.

Все разговоры стихли и меня слушают абсолютно все, разве что кроме музыкантш.

— Бедненькая. Получается, вы вынуждены были бежать из дому? — с сочувствием сжимает руки Аниша.

— Получается так, — горько улыбаюсь я. — Могу я спросить, ваше величество?

— Спрашивайте, хоаль, — кивает Зальфия, изучающе меня рассматривая.

— Есть ли шанс… возможно ли такое, что его величество даст нам с мужем подданство?

— Шанс есть всегда, — обтекаемо отвечает королева. Большего я и не ждала. Но, как обеспокоенная будущим беглянка, должна была спросить.

— Спасибо, что даёте надежду, — благодарно киваю я ей.

Как раз в этот момент служанки вносят угощения, отвлекая тем самым внимание от моей персоны. И это мне на руку. Нужно осмотреться и определиться, кто тут есть кто. На помощь в этом нелёгком деле мне приходит моя соседка Аниша. Девушка с удовольствием принимается тихонько на ушко просвещать не знакомую со здешними гостью с Арганды, попутно вываливая на мою голову кучу сплетен о присутствующих здесь дамах. Притом делает это она с таким энтузиазмом, что уже очень скоро у меня глаза на лоб непроизвольно лезут. Похоже, жизнь благородных босвариек далеко не такая ограниченная правилами, как я себе представляла. Нет, правила существуют, конечно, и жёсткий уклад тоже. Но это лишь сподвигает женщин быть более хитрыми и изобретательными. Ох, чувствую, в этой командировке я очень много интересного узнаю.