Заклинательница бури (СИ) - Вольная Мира - Страница 16

— Ты меня удивила.

— Алекс!

— Ты сама просила, — сжал я пальцами переносицу, — дай подумать. — На самом деле, думать-то особо было не над чем. Вот только вариант, который напрашивался сам собой, мне озвучивать очень не хотелось. Но судя по выражению лица "ледяной стервы", она пришла к тем же выводам. — Дождемся, когда Блэк проснется, — решил, наконец, создавая стрекозу. — Та гадость, что была на тебе, у дознавателя.

— Воспроизвести сейчас не сможешь? — скрестила на груди руки девушка.

— Я, что, по-твоему, должен запоминать каждую дрянь, которую с тебя снимаю?

— Обязательно припомню эти слова, когда буду избавляться от очередной твоей фаворитки.

— Ты никак напрашиваешься на очередной торт? — улыбнулся я.

— Возможно, — без зазрения совести кивнула Софи. — У тебя есть что-то срочное?

— Нет, все срочное уже отправил, остальным вполне может заняться Элиот.

— Отлично, — улыбнулась Заклинательница и пересела на диван. Она легко скинула туфли и обхватила руками колени, пытливо глядя на меня. — Тогда рассказывай.

— Что конкретно? — прикинулся я идиотом.

— Про вчерашний вечер…

— Нормальный был вечер, ты как всегда превзошла себя, — отвесил я поклон.

— Алекс, не заставляй применять к тебе меры, — покачала головой девушка, состроив грозную мордашку, — ты знаешь, о чем я спрашиваю.

— Не имею ни малейшего представления.

— Александр Гротери!

Я не смог сдержать улыбки, видя неприкрытые любопытство в карих глазах.

— Ты сама ее вчера видела, — улыбка не желала покидать моего лица. — Сама разговаривала, даже дотронуться разрешила, она милая…

— И?

— И маленькая!

— Эта значит маленькая? — сощурилась Софи, поджав губы.

— Она не просто маленькая, она — дитя наивное. Я рядом с ней чувствую себя стариком.

Какие вообще женихи? Ей в куклы еще играть, пони выбирать, понятно теперь отчего ее отослали.

— Ты не дальновиден, Алекс. Это же хорошо, что Амелия такая, вылепишь из нее идеальную жену…

— Я с детьми не сплю!

— Ну вот, — закатила глаза Заклинательница, — кто о чем, а ты опять за старое.

— Секс неотъемлемая часть супружеской жизни, Софи, — нравоучительно сказал я, поднимаясь из кресла. — Я Амелию не хочу.

— Полдворца, значит, хочешь, а дроу не хочешь, чудная у тебя логика.

— Обижусь, — убрал я руки за спину.

— На правду? — вздернула подбородок ведьма.

— На мелкую язву, — в ладони за спиной набух снежок.

— Звучит заманчиво, — протянула Заклинательница, и мириады смешинок плясали в этот момент в теплых глазах, подрагивали уголки губ, от сдерживаемого смеха, магия искрилась вокруг. Не Зима, какая-то другая, незнакомая мне магия. — И сколько ты планируешь обижаться? Сколько времени я смогу от тебя отдохнуть?

— Ведьма, — грозно сдвинул я брови, Софи расхохоталась, откинув голову назад. Она откинула голову, зажала рот ладошками и хохотала. Снежок угодил ей точно в плечо, оставил на ткани платья мокрое пятно и сполз на пол, рассыпавшись. Заклинательница какое-то время не сводила с него пристального взгляда, потом все же поднялась, нарочито медленно отряхнула платье, подняла голову.

— Значит так? — я пожал плечами. — Ты сам напросился Алекс. — Маленький снежный мячик, запущенный Софи врезался мне в лоб, а она подхватила юбки, развернулась и выскочила за дверь. — Догоняй, старикашка! — крикнула девушка, я хмыкнул и бросился следом.

Софи забежала в малый бальный зал и остановилась у дальней стены, держа руки за спиной, и недобро улыбаясь.

— И? — этот взгляд был мне знаком, очень хорошо знаком. Дверь закрылась абсолютно бесшумно.

— Защищайся! — крикнула Заклинательница, окончательно растеряв свою обычную строгость, и в меня полетели снежки. Один за другим, не давая времени не то что на достойный ответ — на раздумья.

Снежная крепость, совсем как в детстве, получилась сама собой, выросла из пола так, будто всегда здесь была, неровная, кособокая, зато надежная. Ведьма склонила голову на бок, пока я, пригнувшись, готовил снаряды, и через вдох ее окружил частокол из снежных толстых столбов.

— Ну и что это, по-твоему, такое?

— У тебя одна стратегия, у меня — другая.

От очередного снежка, запущенного Заклинательницей, меня спасла только быстрая реакция.

— Какой счет? — крикнул из своего укрытия, прицеливаясь.

— До десяти.

— Всего то? — мой снежный мячик лишь слегка задел юбку и вмазался в стену.

— Дотяни хотя бы до пяти, потом поговорим, — а вот снаряд ведьмы угодил мне в плечо. — Один-ноль.

— Два-один, — не согласился я.

— Да, пожалуйста!

И целый град обрушился на мое укрытие, в воздухе разлился запах свежевыпавшего снега, а щеки защипало, изо рта вырывались облачка пара. Я сбросил камзол, который надел в кабинете, и закатал рукава рубашки. Софи была настроена серьезно.

А уже через двадцать лучей под ногами поскрипывал снег, весь пол был укрыт белым ковром, с люстр свисали сосульки, окна затянул иней. Мы носились по залу около оборота, намели хрустящие сугробы, раскатали ледяные дорожки, разбили несколько зеркал, наверное, полностью уничтожили музыкальные инструменты, толпящиеся в левом углу, и, совершенно точно, безвозвратно испортили парочку картин великих политических деятелей прошлых лет. Но все это не имело абсолютно никакого значения, потому что сила Софи действительно заметно увеличилась.

Я затеял эту игру в снежки не ради удовольствия или развлечения, хотя сполна получил и то, и второе. Нет. Мне важно было понять, насколько хорошо ведьма теперь чувствует стихию, насколько дольше она сможет продержаться. И результат превзошел все мои ожидания — почти оборот. Целый оборот по сравнению с жалкими пятнадцатью лучами, что были раньше.

Да, сейчас девушка выглядела немного уставшей, едва заметно побледнела, но потоки магии внутри нее по-прежнему оставались ровными и сильными, достаточно мощными.

Я отвлекся и пропустил очередной снежок, попавший в живот.

— Десять-семь, Алекс. Моя взяла! — радостно захлопала ведьма в ладоши, чуть ли не подпрыгивая на месте.

— Ты молодец, растешь.

— Еще бы, — девушка легко крутанулась на месте, подхватила юбки и, разбежавшись, проехалась по ледяной дорожке.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — замерла Заклинательница напротив. — Что? У меня снова что-то с лицом?

Я опять ледяная?

— Нет, — тряхнул я головой, — просто…

— Ах, ты… Александр Гротери! Да ты хитрожопый интриган! — ткнула Софи пальчиком мне в грудь, ткнула сильно, пришлось даже отступить на шаг. — И что ты увидел?

— Ничего, — продолжая отступать, сказал правду.

— Врешь. Ты поэтому пропустил мой последний снежок, и вчера… — судя по интонации и тону, Заклинательница снова вернулась к своему обычному идеально-сдержанному поведению. Выверенному и точному до зубного скрежета, до оскомины. — Тебя ведь что-то насторожило, обеспокоило настолько, что ты приставил ко мне Лероя.

— По-хорошему, к тебе давно надо было кого-нибудь приставить, — нахмурился я, но все равно сделал еще один шаг назад.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Тебе действительно нужен ответ? — не смог сдержаться я. Боль в позвоночнике окончательно доконала. Тупая, ноющая, она стала гораздо сильнее еще пол-оборота назад, я чувствовал, как сводит мышцы и ноют кости, скрипят, хрустят от каждого следующего шага. Как обычно, шилом, прошивает левую ногу. Но посмотреть на Софи было гораздо важнее.

— Да. Мне в кои-то веки нужен от тебя четкий ответ на четкий вопрос. Мне надоело разгадывать твои ребусы. Что произошло, Алекс? Почему ты так переполошился из-за обычного нападения? О чем я не знаю?

— Серьезно? Ты все еще считаешь, что нападение было обычным? Правда?

— Алекс!

— Да обо всем ты знаешь. О-бо-всем, — процедил я, едва сдерживаясь. — Это-то и бесит. — Ведьма действительно зала обо мне все. Ну, или почти все. Заклинательница полностью контролировала мое расписание, составляла распорядок дня, знала, что по утрам я вместо брусничного отвара пью черный кофе, что терпеть не могу вяленое мясо, поименно могла перечислить всех фавориток… Боги, да она даже знает, где я держу свое нижнее белье. А вот я… Я по-прежнему ничего о ней не знал. За все то время, что девушка провела во дворце, она не раскрылась ни на мизинец. Палые листья… Засохшие листья — лучший, мать его, букет!