Пасьянс в колыбели Зоны (СИ) - Пащенко Илья - Страница 20

— По рёву это не бюрер, а значит…. — Не успел я договорить, как в голову ударило невыносимой болью. — Ааааа….. — Проорал я, отходя за угол.

— Контролёр… Что же мне сегодня так не везёт… Что ж… Мне это порядком всё надоело, так что изволь словить пару гранат…

Я достал две гранаты, выдернул из обоих по чеке и кинул их контролёру. Взрыв. Ещё один. Я выглянул из-за угла, чтобы посмотреть результат. Контролёр сидел возле стены с поникшей головой. Я решил подойти и собрать трофеи. Надеюсь, мозг остался цел, я получу не мало бабла с него, а ещё же есть сердце. Хе-хе. Смогу купить, что-нибудь дельное. Я подошёл к контролёру и бегло осмотрел его. Да его не сильно и помяло, всего несколько не глубоко воткнутых осколков. Странно, что он сдох. Если вообще сдох…. Подумал я и тут же снова словил пси-удар в голову. Хренов телепат… Я схватился за голову и отстранился на несколько шагов. На этот раз он хотел меня подчинить. Мозги так и плавились от этой боли. Нельзя давать слабину, нужно держаться до конца… Он хочет затмить мой разум? Так пускай одолеет волю… Я так просто не сдохну, тем более в этой дыре… Я собрался с силами, сильно прикусив губу, для ослабления гипнотического влияния и кинул в его морду камень, валявшийся возле ног. Попал прям в переносицу. Контролёр заревел, закрывая морду рукой и теряя со мной контакт. Пользуясь моментом, я сорвался с места, обнажая клинок "Кукрей" и снося его голову с плеч. Голова отлетела на полтора метра, а тело упало на пол. Я подобрал голову с бетонного пола и сказал: —В итоге твои мозги теперь у меня. Ахахах, какая ирония… — Я положил голову в специальный мешок, после чего, в такой же мешок положил вырезанное сердце. Сердце контролёра имеет отличительную особенность, биться даже после изъятия из мёртвого тела. Стоит оно, конечно, дорого, но всё же это мерзко… Закончив, я отправился дальше. Голова побаливала, как и всё тело. Слишком много случилось за этот день… И постоянно я от кого-то огребал… Вскоре я добрался до выломанной двери, за которой находилась настенная лестница наверх. Недолго думая, я поднялся по ней и вылез наружу. Как оказалось я вылез неподалёку от завода на янтаре. Ох как же мне свезло… Далеко идти не придётся… Пока я блуждал по подземке, уже стемнело. Как же долго я там пролазил… Видел я всё также хорошо, поэтому обойти все места скопления зомбированных мне удалось очень даже легко. Наконец, подойдя к лагерю, я из всех оставшихся сил, начал орать, что Котяра вернулся с прогулки…, откликнулся, как не удивительно, Аким.

— Вернулся, любитель походить по… — на его лице проступило удивление, но фразу он закончил, уже тише — кошкам…это… Кот… А какого хрена у тебя глаза светятся? — добавил он.

— Что? Светятся? В смысле?

В ответ мне, Ваня достал выключенный КПК и показал мое же отражение на чёрном экране. Глаза и правда светились ярко-бирюзовым цветом. Следующие два дня я провел в лазарете. Мне сказали, что радиацию из меня вывели и подлатали все мои раны, но эффект от того странного радиационного облака неисцелим. Наш же кэп Инквизитор на это сказал, что это дар зоны и бороться с ним не нужно. Вот так и стал я ходить в защитных очках с тёмными линзами, чтобы ночью не палиться. Хехех. Ну, а так я даже научился контролировать их свечение, но с такими очками я и правда первое время ходил. Теперь у меня были настоящие "Кошачьи глаза".

Глава 5.

Неожиданное возвращение.

Перед моим ошарашенным взглядом предстал Янтарь, вертолет стоял позади, в паре метров от меня. Ближе всего у стола стояли мои бойцы в форме полумесяца, спинами ко мне, опустив головы. И я не спеша, тихо пошел к ним, после этих вспышек голова немного кружилась.

— Хоть мы и не долго его знали, но он был хорошим товарищем. — говорил тихо Стас, держа в руках стопку, — Я его знал немного дольше, и он был хорошим другом. Помянем.

Все выпили, а я тем временем, положив руку на плечо другу, непринужденно сказал:

— Кого поминаем?

Макар тут же поперхнулся, Февраль с Котом сделали пару шагов назад, и упершись ногами в скамейку сели, Гильза сразу потеряла сознание. И только Барни не без удивления ответил:

— Вообще-то…тебя.

— Скучно у вас в гробу, лучше в баре посидеть, там хоть девки красивые есть. А если серьезно, я же живой, какие поминки?

— Тебя неделю не было, — ответил наконец откашлявшийся Стас, — и сегодня военные сказали, что видели, как тебя в аномалию засосало.

— Попал в пространственную аномалию, подумаешь. Я же живой.

Стас хотел что-то сказать, но ему не дали. Сбежавшиеся бойцы смотрели на меня, похудевшего, с помятым комбинезоном и лицом, быстро набравшимся мужественности и растерявшим юношеские черты за неделю, даже пара седых волос появилась. Ничего не понимающего Сухарика положили на землю, подбежали медики, снявшие бронежилет с груди, на недавно чистом от шрамов теле виднелись шрамы от бывших пулевых ранений, множественные синяки от удара о дерево, все это сильно поразило людей. Меня истощило не столько пребывание в пространственном пузыре, сколько перенесенные ранения.

Рома посмотрел на КПК Сухова, оставшийся в руке, на его экране высветилось: "Обновление данных сталкера. Загрузка. Прозвище: Варяг. Ранг: Мастер.

***

Через три часа, два из которых проспал, я более-менее пришел в себя. На лагерь медленно наплывали сумерки, а товарищи грелись у костра, возле которого меня и уложили после всех процедур осмотра. Сел на спальник и осмотрел товарищей, замолчавших, и смотревших на меня, как на другого человека. Глаза наткнулись на выделяющиеся на фоне остальных, и тотчас невольно отшатнулся.

— Котяра! Какого хрена, что у тебя с глазами?!

— Я думал вся Зона уже знает.

— Так что с ними?!

Глаза парня, днем выделяющиеся яркостью и чистотой, сейчас слабо светились зеленым светом.

— Что ты так всполошился? — удивилась Гильза, — он не опасен, это нам стоило бояться, когда он два дня назад пришел, радиоактивный и с этими глазами.

— Откуда?

— Да успокойся ты, пока тебя не было, я случайно угодил в радиоактивное место, хапнул немного радиации, т. к. был без противогаза и после этого мои глаза стали такими.

— Почему именно твои? — я успокоился, и проявилось любопытство, — радиацию ведь многие ловят.

— Мы думаем, что из-за их природной яркости, и что это Зона ему подарила. — сказал Макс, так звали по имени Февраля, — хватит о Котяре, ему и так плохо, колись, что с тобой произошло?

— Да ничего особенного.

— Ничего особенного?! — вспылил Стасян, — тебя не было целую неделю! Сначала мы узнали о том, что ты перебил бандитов, а сам с поля боя пропал! Потом, не успел ты дойти по безопасной территории Кордона до блокпоста, как угодил в аномалию нас вояки сегодня оповестили о твоей смерти, у тебя ранг с опытного поднялся на мастера, изменилось прозвище, на теле появились шрамы и синяки…и это ты называешь "ничего особенного"?!

— Ну, раз так хотите, то слушайте…

За костром мы просидели пару часов, увлеченно рассказывая истории и обсуждая разные вещи. Примерно в десять вечера подкинули в костер дров и легли спать вокруг него в спальниках, пока что лучших условий не было, только для командного состава. Но все равно уснул мгновенно, как в самой теплой и уютной постели.

— Эй, Варяг, — кто-то тряс меня за плечо, это был Барни, — просыпайся, твоя очередь дежурить, через два часа разбуди Кота, он следующий.

— Ладно, подежурю.

Часы на КПК показали, что сейчас ровно полночь. Луна просвечивала через облака, тусклым светом освещая мрачные окрестности. Подсознание услужливо дорисовывало тени, делая их пугающими и опасными, главное, чтобы все было спокойно, ведь на этой земле можно увидеть то, что не нарисует даже самая изощренная фантазия боящихся темноты детей. Благо, никто не собирался выскакивать из тьмы, и не хотел меня съесть. Тем временем костер начал затухать, и я подбросил дров. В отдалении хруснула ветка, в том месте, где постовых быть не должно, в леске, западнее лагеря, возле упавшего грузового вертолета. Пододвинув автомат, я встал, другие, из следящих за кострами, сидели спокойно, ничего не заметив.