Сингулярность (СИ) - Бергер Евгений - Страница 107

– Неужели всё так плохо?

– Такова природа. От этого просто так не уйти. – пожав плечами, ответил Контролёр: – В критической ситуации, человек в большинстве случаев выбирает себя.

– В большинстве случаев.

– И?

– Это значит, что есть и меньшинство.

– Я бы на твоем месте не был так уверен насчёт себя. – усмехнулся он: – Но, кто я такой, чтобы судить? Моя задача в этом мире проста – найти и наказать преступника. Увы, Орион уже слишком глубоко внедрился и испортил всё, что только можно. Ваш мир в бутылке балансирует на острие ножа…

– Ладно… Тогда, что за шторм, который предстоит?

– О… ты же прекрасно знаешь, на чём всегда строилась история?

– На крови и войне?

– Ммм… Дай руку. – Контролёр протянул ладонь.

– Зачем?

– Хочу, кое-что показать. Это быстро.

– Окей. – я взял его за руку, и тут мой разум словно провалился сквозь темное облако вниз, а затем прямо под воду. Я совершенно не ощущал своего тела… Ничего не чувствовал, кроме приятной прохлады.

– Зачем, что-либо рассказывать, если можно просто показать. – голос Контролёра доносился, как будто из далека. Он не кричал, но я отчётливо слышал каждое его слово.

Сперва я видел лишь слабое сияние в воде, но чуть позже, перед моими глазами начали на дикой скорости пролетать картинки. Их было очень много… На одной из них солдаты в странной форме бежали в атаку. На второй танк ехал прямо по трупам, и судя по всему мирных жителей. Потом огромный самолёт сбрасывающий бомбы… Непонятные существа, очень похожие на осьминогов поглощали огромный космический корабль. Дирижабль на полном ходу врезался в высокий небоскреб. Армада космических кораблей уничтожает планету. А затем яркий ядерный взрыв больно ударил по глазам…

– Разум – вне всяких сомнений великий дар, но одновременно и самое страшное проклятие Вселенной.

Подводные лодки запускают ракеты. Странного вида самолеты расстреливают город. Жуткий бородатый солдат поджигает амбар с пленниками. Огромный космический корабль выжигает планету. И опять огромная армия солдат в незнакомой форме идёт, судя по всему, на фронт.

– Эгоизм и бесконечное отрицание чужих идей. Огромное эго. Тяжелый характер, сформированный комплексами прошлого. Отсутствие опыта. Нежелание разговаривать. Неприятие компромиссов. И, конечно же, желание забраться на гору. Вы никогда не поймете этого. Поэтому – твой мир обречен. В прочем… Как и многие другие. Человечество всегда будет в крови. Таков ваш путь. Такова ваша природа. Тебе ли не знать?

Последняя картина шокировала меня больше всего. В разбитом окне огромного небоскреба стоял Виктор Климов… В своём потрепанном черном костюмчике и с пистолетом в руках.

– Ты сам олицетворение жестокости и неприятия. И хочешь я скажу тебе правду? Не общество породило тебя, в отличие от многих подобных личностей. Ты сам сделал себя таким. Отрицание, что ТАМ другого выбора не было – очередное доказательство твоей слабости, Ичиро. А вот придя сюда, ты был обречен стать тем, кто ты сейчас.

Картинка сменилась… Теперь на ней был Мотидзуки Ичиро, замерший в комнате с блокиратором и кучей синтетиков. Затем я вновь увидел себя, но уже разрывающего Явлений сразу после смерти Мэлл. Ни за чтобы не подумал, что со стороны это настолько жуткое зрелище…

– Удивлен? – усмехнулся Контролёр: – Глазами убийцы всё выглядит иначе, правда? Как здорово, наверное, рассказывать Княжне о том, что убивать легко. О том, что кто-то способен, а кто-то нет, и быть при этом – бесконечно правым? Если ты один способен привнести в мир столько страданий и боли… Так почему же ты думаешь, что другие на это не способны? Вас много. И вы, словно зараза, порабощаете каждый мир… Заражаете его бесконечной жестокостью. Пинаете в сторону заката, придумав себе оправдание. Я ни в коем случае не осуждаю… Да, ты защищаешься. Спору нет. Но те, от кого ты защищаешься подобны тебе. И породили их подобные тебе. Это никогда не закончится, Ичиро. Просто прими свою судьбу! Либо добиться цели, к которой ты так долго шёл. Либо спасти тех, кого ты любишь… Которые вскоре о тебе забудут. Ведь людям свойственно не помнить плохие моменты из своей жизни. Зачем? Это неприятно… Поэтому ты канешь в лету, но сделаешь правильный поступок. Правда… Мне искренне не верится в это.

– А ты бы, к примеру, смог оставить операцию по поимке Ориона, если бы от этого зависели жизни твоих близких?

– У меня нет близких.

– Вот! – я наконец-то вернулся в своё тело и увидел озадаченный взгляд Контролёра: – Да, ты видел множество миров. Видел множество людей. Задвигаешь про нашу природу, но совсем нас не понимаешь. Ты обычный надменный тип, который думает, что всё знает. Запомни одну важную вещь – не решай за меня. Понял? Моя жизнь – мой выбор!

– Как самонадеянно… Что же, в таком случае я желаю тебе успеха во всех твоих начинаниях. Не расстраивайся, когда поймёшь, что я был прав.

– Готовь ладони. – усмехнувшись, ответил я и направился к двери.

– Зачем это?

– Я люблю громкие аплодисменты.

Эксперименты со свежими вакцинами всегда выходят боком! Лу это прекрасно знал, но предпочитал выбросить из головы некоторые свои косяки из прошлого.

Да, времени нет. Да, ситуация может быть критической. НО без надлежащих испытаний и клинических исследований инъекцию делать нельзя.

В очередной раз ударив себя по лбу, учёный тяжко вздохнул и плюхнувшись в кресло, взял телефон. Связь уже восстановили, и по идее можно было попробовать выпросить номер у Ичиро, но он точно опять начнёт подозревать. В последнее время его паранойя вышла на новый уровень.

Хотя, можно сделать скидку на то, что все вокруг пытаются его поймать или убить. Да и Лу понимал, что их сотрудничество – крайне опасная вещь. Если кто-нибудь узнает, чем они занимаются на территории Японии, то будет слишком много шума! А это значит, что придется опять переезжать и искать покровителей. Увы, Клан Кицуне не имеет власть по всей Земле, так что с жильём и лабораторией могут быть проблемы, а Милорд пока слишком занят разборками, чтобы вывезти учёного, куда-нибудь подальше.

К тому же младший Фудзита явно начал, что-то подозревать… Наверняка расскажет отцу. Хорошо хоть тот в курсе и попытается объяснить сыну, что в такие дела лезть не стоит.

Занеся новые показания в таблицу, Лу устало потер переносицу, а затем хотел пойти немного вздремнуть, но его тут же отвлекла сигнализация. Датчики движения что-то засекли рядом со входом в его бункер.

Быстро напялив очки, ученый подбежал к мониторам, которые транслировали видео с камер наружного наблюдения, и внимательно всё осмотрел. Вроде, никого нет… Однако сигнализация вновь запищала.

Вытащив дробовик из сейфа, Лу подошёл к затвору и посмотрел в камеру домофона. Перед входом стояла маленькая девочка европейской наружности.

– Это что ещё за чертовщина? – удивился он. Откуда тут вообще могут быть дети, если все взрослые на прощальной церемонии? Странно… Однако, она могла просто заблудиться.

Лу, хоть и был параноиком, но ребенка на холоде оставить не мог. Воспитание не позволяло.

Открыв затвор, ученый аккуратно вышел в коридор, и сняв ружье с предохранителя, медленно направился к входной двери. В Токио у Лу практически не было врагов. Да и плюсом до сих пор действовала имперская неприкосновенность. Однако после смерти Фусаваши всё могло измениться. Черт знает, что там у этой Принцессы на уме.

Аккуратно открыв дверь, ученый выглянул на улицу. Девочка обрадованно улыбнулась и подбежала к нему:

– Лу! Ты живой!

– Не понял… Девочка, ты кто? – удивился англичанин, и оторвав маленькую незнакомку от себя, отошёл на два шага назад: – Откуда меня знаешь?

– Да это же я! Венера. Неужели не узнал?

– Это шутка, да? Кто тебя прислал?

– Ой, ну хорош уже! Иллюзионист, мне не хочется вспоминать этот идиотский пароль про чайные листья. Видно же, что тело моей дочери.