Сингулярность (СИ) - Бергер Евгений - Страница 41

– Было бы не плохо. И что там?

– О! Момент… – Гренвиль с весьма задумчивым видом порылся в кармане, и вытащил флешку: – Вот! Гляньте на досуге… Я слышал, что вы сотрудничаете с Иллюзионистом. А он специалист очень узкого профиля! И если вы вдруг подумаете о том, чтобы заняться крайне выгодным бизнесом, пока ниша пуста – милости просим в наши круги! И Содружество, оставшись без руководителя, явно будет искать все возможные выходы из кризисного положения. Так что, куйте железо, пока горячо.

– Благодарю. – я спрятал флешку в специальный отсек на поясе: – Но не рановато ли вы начинаете вести переговоры? Не думаю, что в Союзе работают люди, которые любят делить шкуру неубитого медведя.

– А зачем его убивать? Медведь может быть полезен и для охраны дома. Если правильно выдрессировать. Но я слышал, что вы у нас обожаете мотивацию. Только взаимная выгода, или как там?

– Нечто вроде того. И всё же, я ещё даже не приступил.

– Знаете… – он подошел ближе и в полголоса произнес: – У меня нюх на перспективных людей, Господин Мотидзуки. А ещё я знаю, что именно вы заказывали для своего «ручного учёного». Это опасная затея, которая без поддержки с крыши не проживёт и недели.

– Очень самонадеянно, Господин Гренвиль. Однако, я подумаю над вашим предложением. – усмехнувшись, ответил я: – Но, а вообще, мне бы хотелось узнать ответы на несколько вопросов.

– Думаю, ещё минуту я для вас выделю. – глянув на часы, ответил Советник.

– Понимаю, что это не совсем моё дело, но… проигнорировать тоже не могу. Что в итоге будет с Республикой?

– Хороший вопрос… – мужчина слегка задумался: – В наших планах – помочь Князю Витолду стать полноправным правителем. Новая страна, новые возможности. Но что будет на самом деле – сложно сказать. Народ ещё не отошел от гнета Бржевича, так что сперва их ждет очень и очень долгая адаптация. Тоталитарный режим оттеснил их в начало двадцатого века! Оглянитесь вокруг… Ни обновления города. Ни новых технологий… Всё, что они смогли построить в сороковых годах, буквально замерло! Пожалуй, единственное, чем Республика действительно могла гордится – так это своими рациями. Оборудование расходилось по всему миру, а потом… Потом всё испортилось. Когда идейный человек уходит, на его место, как правило, приходят капиталисты. А для них, сами понимаете, главное – заработать побольше. С одной стороны, я поддерживаю такой метод мышления и мотивации… Но с другой – где их рации сейчас? Напоминает одну американскую корпорацию, которая производит компьютеры и телефоны… Сперва была идея, а сейчас – безумный конвейер штамповок. Одно и тоже… Но под обложкой чего-то, якобы свежего! Накрутки, новые фишечки, изобретенные ещё десять лет назад… В общем – рай для потребителей.

– Насколько мне известно, эта компания процветает?

– Но надолго ли? В этом мире нет ничего вечного. Да и люди с каждым годом становятся умнее! Ваше поколение информации вот-вот взорвется и захватит этот мир. А нам, старикам, только и остается, что жамкать вставными челюстями, да бормотать что-то про экспансию Солнечной системы и квантовый компьютер… Эх… Ладно! Приятно было поболтать, Господин Мотидзуки! Кстати… Вы намереваетесь вернуться в Токио?

– Не сейчас. У нас с Витолдом уговор, поэтому мне необходимо отловить оставшихся Явлений. – ответил я, глядя на то, как Ноир несет обожжённый труп в сторону разрушенных врат.

– Ммм… Понятно. Что же, а я надеялся, что вы меня подбросите. Император Фусаваши не ответил на моё сообщение четыре часа назад, и меня это немного тревожит. Мы пытаемся избежать конфликта между Великобританией и Японией, который возник из-за Маргарет. И такое поведение со стороны Фусаваши… Кхм… Оскорбляет Священный Союз!

– Да уж… Кто знает, что у старого паука в голове? – улыбнулся я.

– И последний момент… Извиняюсь за столь долгое прощание, но что вы будете делать вот с этим приятелем? – Гренвиль указал на Хранителя, который уже перелезал через обломки.

– Ноир? Не уверен, что он опасен… Но я попытаюсь поговорить.

– Обрастаете мышцами не по дням, а по часам. Что же… Удачи вам, Господин Мотидзуки! Рад был лично с вами познакомится. – Гренвиль поклонился и поспешил обратно к транспортнику.

Подняв в воздух большое облако пыли и пепла, служебный эспайдер, в сопровождении отряда Пилотов КАВ, направился в сторону гор.

– Мерзкие они… – подкурив сигарету от горящих обломков, произнес Палач: – При личной встрече все такие улыбчивые и добрые, а за спиной… Тьфу!

– К чему ты клонишь? – поинтересовался я.

– Посмотри вокруг! – он выпустил изо рта едкий дым и обвел взглядом руины: – Сколько бы раз я в это не ввязывался, а суть всегда одинаковая. Есть личная трагедия, а есть статистика смертей, которой руководствуются политики…

Сперва я не совсем понял, к чему он про это заговорил, однако потом мой взгляд уперся в маленькую девочку, которая сидела на коленках возле трупа молодого мужчины и плакала навзрыд. Солдаты сопротивления лишь молчаливо стояли рядом, с грустью опустив глаза.

– Гренвилю, как и всем власть имущим, наплевать на них. Но ирония заключается в том, что без таких, как он, мир остановится. Нам нужны ублюдки, которые будут хотя бы пытаться поддерживать порядок.

– Порядок? – я взглянул на полуразрушенный дом, и сухо усмехнувшись, направился к транспортнику, который уже поджидал меня на перекрестке.

«Очень относительный…» – ответила на мой риторический вопрос Бабуля: – «Возможно, сейчас они и правда смогут вылезти из этой трясины. Кто там разберет? Но одно я знаю точно – война слишком страшный катаклизм. Лучше держатся от этого дерьма подальше!»

– Не могу не согласится.

Явления и армия Бржевича забрали у нас в общей сложности 48 бойцов, 13 КАВ (2 всё же ещё можно было эксплуатировать), 3 танка, 5 шагоходов и один Ми-6. Черт побери, даже БТР не пострадали! Каким образом умудрились сбить один из вертолетов, я до сих пор теряюсь в догадках. Ладно, что хоть экипаж остался в живых.

Зато, как доложила Куколка, потери Бржевича на данный момент, не считая двухсот пятидесяти Явлений уже подходили почти к трем тысячам человек. Про технику я, пожалуй, промолчу.

– Людоед! Прием.

– Слушаю, Босс.

– Мы сможем расплатиться с Уроборосом захваченной техникой и ресурсами? – спросил я, взглядом окинув брошенный вражеский шагоход.

– Можем.

– Проследи, чтобы из Столицы отбуксировали, как можно больше! И не трогайте технику сопротивления.

– Принял, Босс! – ответил Людоед.

Подойдя к трапу, я почувствовал, что Бабуля заёрзала. Её грустный взгляд был сосредоточен на Грейс, которая помогала грузить раненых гражданских. Ну, тех самых, которые героически вышли с красными флажками на вражеские шагоходы и танки. Идиоты… Если японцам подобное поведение простительно из-за дикого патриотизма, то эти-то куда полезли? Ну, да ладно. Это их выбор… который превратился в наш геморрой. А вообще забавно получилось. Я что-то ни разу не встречал наемных убийц, которые бы спасали гражданских. Может быть, мы новый вид?

– Чего так смотришь? – спросил я, опустив кошку на ящик с боеприпасами.

«Я предала её. Бросила одну в этом ужасном мире! Учила, что надо жить, по совести. Что вера в человечество ещё не погасла… А сама – вытерла об неё ноги, обманула и вышвырнула из дома.»

– Бабушка, а как же я? – нет, ну такой момент для стеба нельзя упускать.

«Милый, ты думаешь я ничего не знаю? Ты убийца из другого мира. Мы же скачивали информацию со всех душ-аномалий, которые были пойманы «Амальгамой». Да, мне было безмерно жаль тебя… Умирала от тоски и переживания, понимая, что эта тварь может узнать о тебе! Но тем не менее, я верила в тебя. Знала, что ты выживешь. Потому что такой брутальный, крутой, тупорылый и очень злой. А она… Моя бедная и несчастная макофка!»

– Которая прожила на Земле полторы тысячи лет… Блин, Ба! Я считаю это несправедливым.

«И чего? Ты бы знал, как к ней относились! Ох… Мне больно. И за тебя, и за неё. Очень и очень больно…»