Невеста на полчаса. Книга 2 (СИ) - Огненная Любовь - Страница 41

– Уже пришли, – остановился он у высоких двустворчатых дверей. – Закрывай глаза.

– Зачем это? – пытливо прищурилась я.

– Закрывай. Обещаю, тебе понравится.

     Невыносимо хотелось схитрить. Подсмотреть хоть одним глазком, но я честно выстояла несколько секунд, слушая, как мужчина открывает двери. Резко окутало холодом. Кожа покрылась мурашками от разительного контраста. Глаза я открыла раньше, чем мне разрешили, и… просто потеряла дар речи.

     Весь бальный зал от пола до потолка был покрыт льдом. Ледяные скульптуры, выточенные в колоннах по центру зала, выглядели будто живыми. С потолка, как и всюду в замке, неспешно падали снежные хлопья, а на возвышении у противоположной стены стояли два хрустальных трона, объятые голубым свечением. Того же цвета пламя подрагивало в настенных факелах, и я прекрасно знала, кому оно принадлежало.

– Потанцуем? – предложили мне снова, продолжая удивлять.

– Но здесь ведь нет музыки.

     Рирнару только пальцами стоило пошевелить, как легкий ветерок пробежался по залу и взметнул ввысь маленькие льдинки, которые ранее я не замечала. Они зазвучали перезвоном колокольчиков, замерцали, рассеивая по залу голубых светлячков.

     Положив руки на плечи мужчины, двигалась по залу вслед за ним. Медленно покачивалась в его объятиях. Чувствовала силу, жар, исходящий от Рирнара. Между нами едва ли оставалось хоть какое-то расстояние. Казалось, остро ощущала размеренный стук его сердца прямо через платье. Мое же билось как ненормальное, словно сломалось, захлебнулось волнением. Круг закончился, а мы остановились у подножия тронов, но черночешуйчатый не спешил меня выпускать из своих объятий. Так и замерла, как мышь перед удавом.

     Улыбок не было. Больше не было ни веселья, ни смеха. Склонялся медленно, едва ощутимо прикасаясь костяшками пальцев к моей щеке. Чувствовала его дыхание на своих губах, тонула в глазах, забываясь и забывая обо всем на свете.

     Поцелуй.

     Тягучий поцелуй лег на губы, опалил теплом, жаром. Неспешно открывалась навстречу его губам, задыхалась от нахлынувших эмоций. Веки закрылись непроизвольно, а я лишь крепче вцепилась в воротник его камзола, небезосновательно переживая, что могу свалиться. Несмотря ни на что пол был скользким, и дело совсем не во вмиг ослабевших коленках.

– Ты обещал меня покормить, – напомнила я, с трудом разрывая прикосновение.

     Чужие губы потянулись вслед за мной, но я вовремя увернулась и вообще вывернулась из его объятий. Воздуха не хватало. Щеки горели, да и сама я перестала чувствовать прохладу бального зала.

– Сюда, – легонько потянул он меня за руку, отодвигая тяжелую портьеру, за которой скрывался целый стол, уставленный креманками с мороженым. Разного цвета шарики были украшены печеньем, вафельными трубочками, шоколадом и другими сладостями. – Приятного аппетита.

     Сладкого много не бывает – закон моей жизни. По крайней мере, я свято верила, что все это добро можно есть ровно столько, сколько потребуется, чтобы слиплась попа. А так как пока в моей жизни ничего подобного не случалось, то и ограничений я перед собой не видела.

– Слушай, а зачем здесь два трона? – поинтересовалась я, бессовестно облизывая ложку.

– В этом зале мы объявим о нашей помолвке, – ответили мне после секундной паузы, подавая следующую креманку.

     Я чуть ложкой не подавилась от неожиданности. Закашлявшись, едва увернулась от руки мужчины, который явно собирался постучать по моей спине.

– Ты ведь пошутил?

– Нисколько. Его Величество щедро расплатился со мной, сделав предложение, от которого я не смог отказаться. У меня нет выбора, – проговорил он медленно, специально расставляя акценты на самых важных словах.

– А у меня, значит, есть? – усмехнулась я, припоминая полученный сегодня билет в один конец. – Ты думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? Думаешь, не вижу, как пытаешься манипулировать мной, подталкивая к правильным для тебя решениям?

– Дарини…

– Не перебивай меня! – вспылила я, осознавая масштаб проблемы. – Я отвечу на твой вопрос, который ты почему-то не решаешься задать напрямую. Нет, я не отправлюсь на Землю. Что бы ты ни сказал, что бы ты ни сделал, я не сбегу из этого мира, не облегчу тебе жизнь, как ты того хочешь. Но знаешь, а я ведь понимаю причины… Да-да… Я понимаю, – нервно рассмеялась я, по-новому взглянув на мужчину. – Ты боишься, Рирнар.

– Кого? – зло усмехнулся черночешуйчатый, снимая маску. Я свою сняла минутами ранее. – Тебя?

– О не-е-ет, – протянула я со злорадством. – Ты боишься своих чувств. Тех самых, что зарождаются, не считаясь с твоей волей, не считаясь с твоим желанием. Ты боишься стать зависимым, как и все драконы. Зависимым от слабой женщины!

     Если бы могла, я бы ему еще и пощечину влепила, но все изменилось в секунды. Рирнар схватил мою руку, опустился передо мной на одно колено и надел на мое запястье браслет. Точно такой же браслет болтался на его свободной руке. Лишь миг – и тонкое кружево металла сжалось, словно наручник.

– Ах! – раздалось всеобщее изумление от дверей, что до сих пор оставались открытыми.

     Повернув голову, я увидела гостей. Мама украдкой прикладывала платочек к глазам, отец светился, словно начищенный сервиз, а остальные гости просто радовались или недоуменно смотрели на нас. К последним относились обманутые женихи.

– Нет, – ответила я твердо, и тишина зазвенела, точно стала осязаемой, тяжелой.

     Я прекрасно знала магию этих браслетов. Даже ненароком раскладывала плетение на составляющие, выполняя домашнее задание. Возможно, Рирнар считал, что я не вспомню нюансы этой магии, соединяющей обязательствами двоих, но я никогда не жаловалась на память.

– Нет, – повторила я твердо, вложив в одно слово толику своей магии, и браслет ослаб, расширился, а потом и вовсе соскользнул с моей кисти, падая, со звоном ударяясь о ледяной пол.

     Ярость. Я видела ее так отчетливо в глазах черночешуйчатого, но сейчас злилась не меньше, чем он. Развернувшись, свободно прошла через толпу, разрезая ее, словно корабль волны. Нарядные коридоры сменялись такими же лестницами, а меня никто не пытался задержать. До своих комнат я добралась в рекордные сроки, и вот уже там позволила себе отыграться на платье, на украшениях, на ни в чем не повинной мебели и посуде.

     И как после такого я должна была бежать?

– Молча, – ответило мне мое отражение в зеркале. – Молча.

Глава 19: Значит, война

– Д-д-д-д-д-д-д… – стучали зубами бывшие невесты.

– Д-д-д-д-д-д-д… – отвечала им дарая Леонта.

– Апчхи! – резюмировала общую проблему Катина, шумно высморкавшись в белоснежный носовой платок.

     Шел восьмой час, как мы ютились в креслах, выставленных на дорожке перед водопадом. Были до самого носа укутаны теплыми пледами, забросаны мягкими декоративными подушками и напоены горячим отваром. Однако все эти средства плохо помогали продрогшим человеческим девушкам. Холодный ветер сегодня не щадил, а солнце и вовсе смылось с горизонта, не желая освящать хмурые морды драконов.

     Пора было прекращать это непотребство. Нет-нет, со мной все было нормально. Внутренний огонь отлично согревал меня, но мне было искренне жаль девчонок, которые нарядились сегодня, как на бал, а теперь мерзли, медленно, но верно превращаясь в снежные сосульки.

– Рирнар, и долго нам так еще сидеть? – спросила я недовольно, всем своим видом выказывая холодность к одному конкретному индивиду.

– До последнего участника, – отозвался главнокомандующий этим парадом, которого я успешно игнорировала весь день.

– Но еще никто не сошел с дистанции! – возмутилась, понимая, что стоять под холодными струями водопада эти чешуйчатые морды могут неделю. Да их же их собственная магия и греет! – Так!

– Вы куда, Ваше Высочество? – окликнула меня дарая Леонта.

– Усложнять им плевое задание!

     Скинув с себя плед, я решительно двинулась к краю рукотворного озера. Присев на корточки, опустила руку в ледяную воду. Кожу обожгло, но я лишь крепче стиснула зубы и направила собственную магию. Если бы я повлияла своим огнем на драконов, они могли бы расценить это как нападение. Именно поэтому влияла я на воду, которая с каждой секундой становилась все теплее, чтобы и вовсе минутами позднее забурлить, превращаясь в кипяток.