В плену предсказаний (СИ) - Гордеева Евгения Александровна - Страница 47

— Возможно, — уклончиво ответил Трам. — Похоже на нее. Но сами мы не видели эту девушку, а полагаться на свидетельские показания, дело ненадежное, — выкрутился рыцарь.

— Ты прав… А Кондор?

— Кондор… Если он выжил, то мог присоединиться к рыцарям, но…

— Что "но", Уил?

— Почему он скрыл от тебя, что жив? Что ему угрожало?

При этих словах Кассий едва заметно вздрогнул.

— Ему ничего не угрожало, — поспешил он заверить Уила. Не хватало еще, чтобы поползли по городу слухи. Трам, это вам не глупый Скай, и даже не дотошный Федэр. Этот может наделать таких выводов… если еще не наделал. — Он был вправе вернуться и занять свое законное место Первого рыцаря. Если только… не потерял память. Я слышал о таких случаях. Люди забывают все, вплоть до собственного имени!

— Вот ты сам и придумал оправдание Кондору, — усмехнулся про себя Уил, а вслух произнес. — Если распустить этот слух по городу, то Дэниэл даже в город вернуться сможет…

— Так ты думаешь, что Кондор мог потерять память и поэтому уехал из города? — сам себя загнал в капкан Кассий.

— Думаю, такое могло произойти.

— Не хочешь съездить в Жевр?

— Один?

— С Федэром.

— С Федэром можно, — усмехнулся Уил, — лишь бы не со Скаем.

— Настолько глуп?

— Не только глуп, а еще и тщеславен. Мы его от необдуманных поступков с трудом удерживали. Тайно проникнуть в дом мог додуматься только он! Я даже не знал об этом.

— Я заметил. Решено, поедешь только с Федэром.

— Когда?

— Отдохните пару дней и вперед!

— Слушаюсь, господин канцлер!

Уил с легким сердцем покинул кабинет совещаний. Искать Кондора в Жевре можно хоть до старости. След Ланы тоже затерялся между Бризальскими прериями и Большим трактом, соединяющим вольные города. Но напрасно Трам поверил в мягкосердие канцлера. Зум Зоммер, занявший его место в кабинете, получил приказ арестовать Стэна, отца Ланы.

Коренные жители Бризалии — веселый кочевой народ. Их песни, пляски, карнавалы, факельные шествия славились на весь мир, обрастали слухами и легендами. Те иноземцы, кому довелось присутствовать на зимнем карнавале в Вира — Понте, столице Бризалии, рассказывали о том, что это самое грандиозное зрелище, которое они видели в своей жизни. Бризальцы, как и все кочевые народы, были не особенно привязанные к одному месту обитания, и ценили совсем другие вещи, в отличие от оседлых племен. Они не понимали ценности золота и камней, разве что в качестве мены, практически не строили каменных домов, обходясь переносными легкими войлочными шатрами. Их города напоминали огромный военный лагерь, готовый в течение пары часов сняться с места и идти туда, куда в данный момент позвала их душа или суровая необходимость. Они, превыше всего ценили дружбу, верность, доброту, благородство, любовь…

Табор Радгара покинул Вира — Понт почти четыре месяца назад.

Кассандра, родовая ведьма, позвала их в дорогу. И они свернули свои шатры, погрузили их в походные кибитки и отправились к самым границам Бризалии, встречать тех, кого приведет к ним Эол, вольный ветер прерий.

Кочевье! Оно всегда доставляет бризальцам огромное удовольствие. Соединение с природой, огромное небо над головой, не скованное каменными стенами, ветра, приносившие то запахи моря, то ароматы цветущего дикотравья, то запахи хвойных лесов… Трудяги волы не спеша тянут повозки. Быстроногие кони соревнуются с ветром, подгоняемые юными, но уже весьма умелыми наездниками. Ночные костры взметают в черное небо мириады искр. И песни… То грустные, то удалые, то безудержно веселые, как сам бризальский народ.

Табор Радгара обосновался в десяти милях от Большого тракта. Так сказала Кассандра. Глава рода привык доверять ведьме, умеющей заглядывать в будущее. Она уже много лет хранила спокойствие их клана, уберегая от не в меру разошедшихся ветров, от степных пожаров, от немногочисленных, но вовсе не безопасных врагов. Сегодня она сказала, что они уже близко.

Люди занимались своими делами, не имея представления, с какой стороны и как появятся те, кого предсказала ведьма. Но многие поглядывали в сторону Большого тракта, полагая, что недаром Кассандра привела их сюда. День клонился к вечеру, но тех, кого они ждали, все еще не было. Не доверять ведьме, такого даже в мыслях ни у кого не было, и они терпеливо ждали. И дождались! Не совсем оттуда, откуда надеялись…

Голубой шар плавно скользил над землей, влекомый к табору трудолюбивым ветром. В корзине, подвешенной к шару, находились люди. Сколько их, пока разглядеть было трудно, но то, что больше двух, было очевидно. Кассандра же говорила о двух пришельцах, но, до поры до времени, сомневаться в словах ведьмы никто не решался. Уж больно фантастическим было появление тех, кого ждали. Шар стал снижаться, не долетев до стоянки людей полмили. Бризальцы, даже не подумав об осторожности, бросились к нему. Молодые мужчина и женщина, юноша и ребенок, с любопытством разглядывали встречающих. На приветственные крики людей они только улыбались. Бризальского языка из них не знал ни кто. Жители вольных городов общались на едином, так называемом языке рыцарей. Лана знала еще свой родной язык годсов. В ущелье они с Дэниэлом немного изучили певучий саэрский язык. В походах Кондор свободно общался с жителями Южного каганата. Но бризальский…

Вежливо растолкав соплеменников, к корзине пробрался крепкий, бородатый мужчина и обратился к гостям на языке рыцарей с забавным акцентом.

— Вы йесть те, которы-х жде-от мир?! — полуутвердительно, полувопросительно произнес он.

— ???

Гости только переглянулись между собой.

— Йя-а думай — ю, вам надо поговори-ть с наше-эй ведьмо-ой.

— Конечно, поговорим, — согласилась женщина. Только отсюда выберемся.

Мужчина легко, одним махом выпрыгнул из корзины, вытащил маленького мальчика и стал помогать выбираться женщине. Юноша помогал ему с другой стороны. Осторожность, с которой мужчина поставил женщину на землю, расположила бризальцев к гостям лучше, чем любые слова. Они прекрасно поняли, какие чувства связывают этих молодых людей. А опытные глаза многих женщин обнаружили едва округлившийся животик, что незамедлительно отразилось на их расплывшихся улыбками лицах. Юноша тоже решил повторить зрелищный прыжок из корзины, подражая мужчине, но ему не повезло. То ли Эол на него за что-то обиделся, то ли неудачное стечение обстоятельств, но в тот момент, когда Тьен уже красиво перелетал через борт корзины, воздушный шар дернулся и стал опрокидывать корзину на бок. Юноша потерял равновесие и упал на землю. Ко всему прочему, его придавило повалившейся корзиной. Дикая боль прострелила левую руку Тьена и он вскрикнул. Корзину убрали мгновенно подбежавшие бризальские мужчины. Дэниэл принялся усмирять воздушный шар, а Лана и Тэо бросились к нему.

— Что, Тьен?

— Рука.

— Так больно? — парень дернулся и зашипел сквозь зубы. — Понятно. Перелома вроде нет, — ощупывала его конечность Лана, — но может быть трещина. На всякий случай наложим лубки, а через два дня, если болеть перестанет, снимем. Дэниэл, дай, пожалуйста, мой мешок!

— Что-нибудь серьезное? — подошел к ним с сумкой Дэн.

— Руку повредил, но страшного ничего нет, — Лана густо намазала руку Тьена мазью с резким запахом и охлаждающим эффектом, покрыла чистой тряпицей и стала привязывать деревянные дощечки.

— Лева-йя рука, — сказал бородач, внимательно наблюдавший за действиями Ланы, — не страш-но.

— Не скажите, — взглянул на него Тьен, — я левша.

— О! — почему-то радостно отреагировал на этот факт мужчина. — Лев-ша, йесть редки-й йявлени-йе. Ты, йесть тура-к!

— Кто? — обиделся Тьен.

— Тура-к! — снова повторил мужчина, а все окружающие согласно закивали. — Оче-нь ценны-й челове-к! Уни-кум!

— Да-а-а? Тэо, ты слышал, — возгордился юноша, забыв про боль в руке.

— Для них — ты уникум, — спокойно согласился малыш, — а для меня… дура-к!

— Тэо, — еле сдерживая улыбку, укоризненно посмотрела на мальчика Лана, — не дразни брата. Ему опять досталось!