За границами легенд (СИ) - Свительская Елена Юрьевна - Страница 44

Син задумчиво опустил взгляд на мои ноги.

— Кстати, ваш отец предлагал такой план: я вас якобы соблазняю — и в неловкий момент является он. Он возмущается, что я вас скомпрометировал — и вынуждает меня жениться на вас.

Мне захотелось догнать папашу и плюнуть ему в лицо повторно. Но, стараясь не выдавать, насколько меня это сообщение зацепило, проворчала:

— Что-то не похоже было, что его это зацепило.

— Возможно, идея уговорить вас остаться в Эльфийском лесу в обмен на помилование Акара занимает нашего короля больше.

— Вашего короля, — вздохнула.

— Но вы всё-таки подумайте насчёт Акара, — мужчина поднялся, протянул мне руку.

Я встала без его помощи.

— Акар, конечно, бывает дерзок, но его благодарность в будущем может вам пригодится. Да, он — неоднозначная фигура на сцене отношений людей и других Основных народов, но весьма могущественная.

Стратег, блин! Или… это он нарочно выкладывает планы отца сам или даже придумывает их, да позаковыристее, чтоб войти ко мне в доверие?.. Якобы он честный — и короля сдал. Якобы я должна ему верить после этого. А что? Никто другой мне планов папани не раскроет, есть только он один такой. Но он своим стремлением выдать «план короля» уже вызывает нехилые подозрения в его личной незаинтересованности вопросом в целом и в наличии у него бескорыстности и человеческой симпатии ко мне в частности.

С усмешкою спросила:

— Не боитесь, что пойду и соблазню Акара? Раз он так полезен?

— Боюсь, вашему отцу эта идея не понравится. Впрочем, если вам уже приглянулся Акар, как мужчина, то воля ваша, — Син тоже усмехнулся, — Кстати, если не хотите, чтобы ваш отец подумал чего-то лишнего про глубину моих с вами отношений, советую вам всё же прийти к завтраку с ним. Тем более, что он второй завтрак устроил ради вас.

— Ради того, чтоб прийти с приглашением и застать меня с вами в каком-нибудь компрометирующем виде.

Мужчина расхохотался. Звонкий, чистый смех. Без резкости или грубости.

— Кажется, вы смышленая. Вы мне всё больше нравитесь.

— Слушайте, ну хватит уже! Прицениваетесь, будто я курица на базаре! Жирный ли выйдет ли из меня бульон, мясистая ли у меня будет нога…

Он с непроницаемым лицом заметил:

— Если вы курица, то курица весьма симпатичная.

— Вы!..

— Но заметьте, курицей вы себя назвали сами, а не я.

— Вы!..

— И я безмерно благодарен вам, что вы для меня соизволили вспомнить про этикет.

— С какой такой стороны? — нахмурилась.

— Вы теперь обращаетесь ко мне на «вы».

— В знак того, что возвожу между мною и вами стену как можно толще.

— О, вы меня так боитесь? Вы считаете что я… — он вдруг ступил ко мне и шепнул мне в ухо, обдавая тёплым дыханием: — …Опасный?..

— В нашу первую встречу я и не думала, что вы способны любую базарную бабу переспорить!

Син снова засмеялся. И спросил, лукаво улыбаясь:

— А вы когда-нибудь продавали на базаре?

Он не только поступками заставлял меня следовать его воле, но так же мог и направить куда-то словами. Мерзкий тип. Мне не нравилось ощущение, что со мной играют.

— Ну, так как? Я вам нужен в роли фаворита вашего внимания, дабы служить щитом от прочих кандидатов? Или вы без моей помощи обойдётесь?

— Пожалуй, обойдусь.

— Ну, как хотите.

Син подошёл к комоду, раскрыл.

— Если вы не торопитесь, давайте поговорим, какие украшения наиболее сочетаются с какими нарядами?

У меня рот открылся, когда увидела, что лежало в верхнем ящике, на бархатной ткани. Син, усмехаясь, открыл второй ящик — оттуда на меня сверкало последующее великолепие. И он взялся за третий.

Возмутилась:

— Нет, пойдёмте уж завтракать! Дайте мне любое — и я его одену.

— Вообще-то, мне велено научить вас самой подбирать что-то, — он притворился, будто нахмурился. Кажется, именно притворился.

— Да дайте что угодно! И я оденусь и пойду есть!

— Ну, раз вы хотите снова поступить как мне угодно, то я только могу быть вам благодарен за такую расположенность к моей скромной персоне.

От следующего удара он увернулся. И поймав меня за запястье, осторожно поцеловал во внутреннюю сторону ладони. Потом — в запястье.

— Хватит! Отстаньте!

— Как вам угодно, — мужчина усмехнулся.

Когда я вышла из комнаты, в алом платье, в выбранном им колье, серебряном, простом, но изящном, из переплетения трёх стеблей с редкими листками и с тремя каплями рубинов, он серьёзно протянул мне серебряный гребень. Зануда. Жуткий зануда.

Когда я, одетая, расчёсанная и обутая — обуви, к счастью, успели мне приготовить намного меньше пар — вышла на улицу, то, разумеется, посмотрела на здание. И, видимо, лицо моё очень разочарованно вытянулось.

— Это… легендарный эльфийский дворец?

Син вздохнул.

— Увы, это лишь временный дом.

— То есть, ваш хвалённый дворец мне покажут не сразу?

— Разве что на картинах или иллюзии.

— Чтоб я ещё какую-нибудь часть себя продала за возможность взглянуть на настоящий?

— Нет, — эльф заметно погрустнел, — Увы, но нашего легендарного дворца больше нет.

— Э… а куда он делся?

Остроухий грустно посмотрел куда-то в сад. Видимо туда, где когда-то был оный.

— Некий маг его разрушил. Незадолго до вашего появления у нас. Дворец стоял не одну сотню лет, но пылью рассыпался меньше чем за час.

— Ого! Это здорово!

Он так сердито на меня посмотрел, что смутилась и пробурчала:

— То есть, это ужасно!

Мы пошли вдоль стен временного строения.

— А… кто это был?

— Пока не выяснили. Собственно, как и то, зачем он это сделал.

Не удержалась, чтоб не съязвить:

— И это хвалёные эльфийские маги?.. Дворец не уберегли, разрушителя не нашли. Даже неясно, почему мишенью стал именно дворец.

— Увы, но разрушитель оказался хитрее нас, — грустно заметил Син, — Впрочем, мы надеемся, что долго ему не удастся сопротивляться.

Я вновь посмотрела на длинную и высокую белоснежную стену одноэтажного дома с высокими и просторными окнами, закруглёнными сверху, без ставен. Здание как здание. Разве что стены камнями аккуратно выложены, овальными. И камни похожих оттенков, но разных фактур, сплетаются в узоры, наподобие инея. Из-за того, что камни отделки были разных видов, узор интересно смотрелся, поблёскивал, когда к нему прикасались солнечные лучи. Стена уходила куда-то далеко вперёд и далеко назад.

Я немного прошлась вдоль неё, заглядывая в окна — в коридорах никого не увидела — и разглядывая узоры. Переплетения инея, казалось, двигались. И, если идя смотреть на стену чуть впереди, то из-за танца солнца на камнях разных фактур казалось, будто ветки и перья инея танцуют вокруг кустов с белоснежными розами и какими-то маленькими цветами, сероватыми, как пушистые шарики. А, нет, они вблизи как будто из серебра выплавлены! Но, вот, ветку потёрла, листик — и на пальцах остался сок, значит, живые. Земля под кустами роз и цветами не успела вся зарасти травой, видимо, их пересадили недавно.

Огляделась. Сад, окружавший временное королевское жилище, садом назвать я погорячилась. Ожидала у этих чистоплюев остроухих увидеть ровно выкошенные лужайки и аккуратно подрезанные кусты, деревья, как в парке близ королевского дворца Связьгорода, но нет. Здесь всё росло хаотично, как будто в лесу. Плодовые деревья вперемешку с обычными. Нагнувшись, сорвала земляничную ягоду. Душистая… Хотя вкус немного лучше лесной. И с клубникой, которую повадились разводить некоторые селяне и горожане на небольших участках вокруг городских домов, не сравнить. О, этот запах! И этот вкус, мм!.. Ага, разве что в обычном лесу намного меньше таких цветов. И в цветочных зарослях, небрежно растущих, если присмотреться, всё же можно разглядеть гармонию, выведенную искусственным путём. Хотя бы потому, что здесь не было цветочной пестроты, свойственной человеческим клумбам или даже свободным лугам. Здесь оттенки цветов разных видов гармонировали друг с другом. Преимущественно, росли рядом или, если смотреть в одном направлении, росли разных оттенков одного цвета. Местами с похожими по форме, росту и листьям цветами, местами — разными. Цветочное кружево аккуратно и изящно оплетала лесосад.