Мой чёртов Дарси (СИ) - Сакру Ана - Страница 49

— Мисс Касински, спокойно. Все хорошо. Вы находитесь в госпитале Святой Магдалины на отделении нейрохирургии. Вы упали с лестницы, помните?

Я судорожно киваю. А Дарси криво улыбается одним уголком рта. От этой знакомой улыбки на меня опять начинает накатывать паника, но мужчина сильнее сжимает мои плечи и продолжает.

— При падении вы ударились головой. Три дня были без сознания. Сейчас вы пришли в себя. Паника- это нормально. Вы помните ваше имя?

— Анна, — сиплю я. И Дарси удовлетворенно кивает.

— Какой сейчас год?

— 2020,- едва шевелю губами я.

И снова кивок. А я все смотрю на него во все глаза, еще до конца не осознавая весь ужас моей ситуации. И с губ срывается самый главный вопрос.

— А вы кто?

— Я? — Дарси изгибает бровь. И этот его жест я тоже до боли помню. Боже…неужели все неправда. Все бред…Нет!

— Я — ваш лечащий врач. Доктор Арчибальд Дэрси.

И тут я чувствую, как мир снова плывет перед глазами, стремительно темнея.

66

В клинике я уже пять дней. Пять дней ощущения пустоты и растерянности. Это был всего лишь дурацкий сон. Я не могу поверить. Я никогда не чувствовала себя настолько живой, как в той больной фантазии. Реальность кажется холодной и колючей по сравнению с ней. Ненужной. Я хочу обратно. Отчаянно хочу к своему виконту, а не к этому равнодушному доктору с профессиональным взглядом и его равнодушным "Доброе утро, мисс Касински. Как вы сегодня себя чувствуете?" на обходе. А я даже ответить не могу, так как к горлу моментально подкатывает слезливый ком. Я не могу на него смотреть. В эти холодные нечитаемые голубые глаза. Это ведь он! Все жесты его, мимика, голос, даже запах! Я все забрала в свой сон из реальности. Кроме одного: во сне Арчи смотрел на меня совсем по — другому. И это больно.

С каждым днем меня все больше поглощает депрессия. Чем лучше мне становится физически, тем хуже мое душевное состояние. Апатия накрывает с головой. Первое время в больнице я еще развлекалась тем, что узнавала других героев своего сна в обслуживающем персонале. Радовалась, как ребенок, собравший ребус, видя нового.

Миссис Дурслей оказалась старшей медсестрой, Майлз — интерном, которого доктор Дэрси постоянно нещадно гонял, горничные- медсестрами и нянечками. Леди Сеттей была на самом деле еще одним нейрохирургом отделения. И с Дэрси у них с виду были и правда дружеские отношения на грани фола. Я видела их пару раз вместе, когда шла по коридору на физиотерапию. Видела, как они весело болтают, и она, облокотившись на ресепшн и выставив грудь, призывно улыбается ему. Как Дэрси упорно делает вид, что смотрит только на ее лицо. Но он-мужчина, конечно он всё замечает. Всё, кроме меня. Он даже голову не поворачивал, когда я проходила мимо. Всего лишь еще одна безликая пациентка в блеклом больничном халате. Никто.

А насчет нейрохирурга Сеттей… Забавно, что и с "герцогом", а на самом деле рентгенологом Вустером, я видела ее тоже. И там все было гораздо очевидней. Они целовались на пожарной лестнице, куда я случайно завернула, перепутав двери. Меня даже не заметили. Я быстро прикрыла за собой дверь, удивляясь тому, откуда я вообще, лежа без сознания, могла узнать все эти любовные перипетии на отделении. Впрочем, возможно при мне сплетничали медсестры. Кто обращает внимание на пациента в отключке. А я каким-то образом переносила все это в свой невероятный сон. Наверно.

И доктор Дэрси был в нем главным героем просто потому, что его я видела чаще всех. Ощущала, находясь в небытие. И иногда казалось, что лучше бы я из этого небытия не выходила. Реальность никак не хотела становиться главной для меня. Каждый раз, встречая безразличного, по профессиональному вежливого доктора, я мечтала вновь заснуть. Было чувство, что Дарси меня предал, прикрывшись двадцать первым веком и белым халатом. Как это глупо.

Но…время если не лечит, то примиряет нас со многим. Мне каждый день звонили родители, спрашивая, как у меня дела и нужно ли приехать. Я каждый раз отвечала отрицательно. Здоровью моему ничего не угрожало. Анализы, рентген, УЗИ- все было в норме, и меня уже должны были со дня на день выписать. Так же со мной плотно держал связь мистер Риддл. Он уже нашел заинтересованных инвесторов для восстановления Мадерли- Хаус и превращения его в элитную гостиницу. И теперь моему юристу не терпелось начать действовать, а заодно и получить свой процент. Мне, признаться, тоже.

Я так живо помнила этот дом из своего сна, мечтала восстановить каждую мелочь, каждую деталь. Вновь почувствовать себя в девятнадцатом веке. Ничего не зная о гостиничном бизнесе, я нашла несколько онлайн курсов и развлекала себя в больнице бесконечным их просмотром. Это хоть как-то отвлекало.

После очередного УЗИ ко мне заглянул доктор Дэрси, и сердце тут же предательски быстрее забилось. Не могла ничего с собой поделать, не могла остановить эту реакцию на него. И кажется доктор замечал, но виду не показывал. Лишь держался еще отстраненней. Это оскорбляло и больно ранило. Он наверно считает меня влюблённой дурочкой. От этой мысли я еще и покраснела. Ну полный набор для идеального унижения.

— Мисс Касински, — произносит Дэрси, здороваясь, и располагается напротив. В руках у него моя карта. Я сажусь на кровати, откладывая ноутбук с очередным онлайн-уроком, и стараюсь смотреть прямо в голубые глаза, подавляя жгучее смущение.

Дэрси молча просматривает последние анализы и переводит внимательный взгляд на меня. На его лице появляется блеклая улыбка.

— Поздравляю, мисс Касински. Вы совершенно здоровы. Завтра утром еще нужно получить заключение терапевта, и после обеда мы вас выпишем.

Он замолкает, ожидая от меня хоть какой-то реакции, но я молчу. Все, что я хочу сказать, это то, что неужели я вас больше никогда не увижу? В носу начинает предательски щипать, и я отвожу глаза. Не хватало разреветься. Повисает напряженная тишина. Которую через несколько секунд нарушает, вздохнув, доктор Дэрси.

— У меня завтра выходной, мисс Касинки, так что выпишет вас дежурный врач, — зачем-то говорит он.

— Хорошо, — киваю я, думая о том, что значит я вижу его в последний раз именно сейчас.

Нос начинает щипать еще сильнее. Наверно у меня заблестели глаза. Это глупо, глупо! Я совсем не знаю этого человека. У него наверно жена есть и трое детей… собака. Да, Дэрси не носит кольцо. Но ведь он практикующий хирург, кольцо ему может просто мешать.

Снова тишина. Я не знаю, что ему сказать. И Дэрси почему-то не уходит.

— Вас есть кому забрать, мисс Касински? К вам никто не приходил.

— Я из Австралии, — торопливо поясняю я.

— Я знаю, — криво улыбается доктор, перебивая меня и помахав моей историей. Ну конечно, там все про меня написано.

— Мистер Риддл отвезет меня в город, — глухо продолжаю я.

— Это тот джентльмен, который привез вас сюда? Ваш юрист? — уточняет Дэрси.

— Да, — я с любопытством поглядываю на Арчи. Зачем он это спрашивает? Это имеет какое-то значение? Обычная вежливость? Скорее всего второе…

Опять тишина. И через несколько секунд Дэрси встает.

— Что ж, мисс Касински, до свидания. Берегите себя и больше не падайте с лестниц, — он улыбается мне одним уголком губ, открывая дверь.

— До свидания, Дарси, — хрипло шепчу я ему вслед. Перед глазами все-таки расплывается все от выступивших слез.

67

Выписывает меня Маргарет Сеттей. Просто отдает необходимые документы, объясняет, как пройти к страховой и велит через пятнадцать минут освободить палату. Я молча киваю, в последний раз рассматривая ее. Она другая и такая же. Короткая модная стрижка, сдержанный удачный макияж, отсутствие украшений, стильный лавандовый костюм медработника, кроксы, ведь на каблуках целый день не побегаешь. И все та же царственная осанка и надменный взгляд. Даже с ней мне расставаться жаль. Но я уже проплакала всю ночь, прощаясь со своей странной сказкой. И сейчас на душе было легко и пустынно. Лишь едва осязаемая томительная грусть как послевкусие ощущалась на языке. Я приняла.