Миттельшпиль (СИ) - Логинов Анатолий Анатольевич - Страница 26

— Спасибо, Григорий Александрович, — император, поблагодарив докладчика, посмотрел на профессора Горбова. — А вы что скажете, Александр Иванович?

— Ваше Императорское Величество, Ваше Императорское Высочество господа. Опыты, проводимые с конца девятьсот третьего года, позволили выработать приемлемую технологию. Печь, сконструированная мною и инженером Миткевичем, уже в этом году дала богатый опытный материал. Пока еще трудно судить, имеются ли какие-нибудь серьезные преимущества у иностранных способов добывания азота из воздуха. В промышленном масштабе постановка этого производства требует прежде всего ассигнования небольших средств на окончание опытов, а одновременно — немедленного проведения изысканий гидроэнергетических ресурсов в бассейне реки Суны вблизи Кондопоги, севернее Петрозаводска. Постройка завода, по моим предварительным расчетам, потребует бы четырех — пяти миллионов рублей и займет не менее четырех лет.

— Александр Иванович, я же просил — без церемоний, — сделал замечание профессору Николай и повернулся к Графтио. Все дружно перевели взгляд на Генриха Осиповича. — А что нам скажет Генрих Осипович?

— К сожалению, … государь, я не ожидал, что приглашение во дворец будет связано с каким-либо конкретным вопросом. К тому же предмет обсуждения… несколько далек от моих профессиональных занятий. Посему дать точного ответа не могу. Но что касается постройки гидроэлектростанции на реке Суна, то никаких препятствий к этому не вижу. Конечно, необходимо будет провести более тщательные исследования на месте, но, полагаю, если начать изыскания в этом году и не откладывать с началом строительства, а также при полноценном выделении ассигнований на сей предмет … то срок в не менее чем в четыре, а максимум пять-шесть лет, является вполне реальным, — Генрих даже пожалел, что не догадался посмотреть сведения о ближайших реках и их потенциальных возможностях в гидроэнергетике перед совещанием.

— Очень хорошо, Генрих Осипович, — улыбнулся Николай. — Мы поняли вашу точку зрения. Как считаете, господа, может быть, в целях ускорения строительства и облегчения бремени государственной казны, стоит передать сей вопрос в частные руки.

— Государь, — на этот раз первым высказался Великий Князь Павел. — Опыт показывает мне, что частный подряд при такового рода строительстве обходится не дешевле, а скорее дороже, нежели казенный.

— Если будет признано возможным временно отдать производство азотной кислоты для военного ведомства в частные руки, это будет равносильно, по-моему, передаче в руки частных лиц дела государственной обороны, Государь, — высказал свою точку зрения Редигер. — Полагаю к тому, что работы надо разворачивать срочно. Так как иначе может оказаться, что в конце концов завод запоздает и что в течение ближайшей войны мы принуждены будем экономить ружейный и артиллерийский огонь.

— А как вы полагаете, Генрих Осипович? — спросил император у Графтио.

— При любом решении вашем, государь и этого совещания желательно принять во внимание необходимость долговременных предварительных изысканий и обширность гидротехнических работ, — честно ответил инженер.

— Государь, считаю важным отметить при этом, — добавил Горбов, — что если на Суне найдется больше двадцати тысяч лошадиных сил, то они получат применение для нужд того же военного ведомства, так как они необходимы для электрометаллургии… а также для электрохимического добывания алюминия, водорода и тому подобных целей.

— Убедили, — согласился, подводя тем самым итоги совещания, Николай. — Гидроэлектростанции и заводу быть. Постройкой назначаю заведовать Павла Николаевича, в комиссию по выработке плана полагаю необходимым включить господ инженеров Графтио и Миткевича. На сем совещание закончим, и я приглашаю вас всех, господа, на пятичасовой чай.

Российская империя. Желтороссия, Харбин. Июнь 1905 г.

Александр проснулся, услышав, как изменился стук колес поезда, въехавшего на железный мост через Сунгари. Привычно быстро одевшись, словно по водяной или пожарной тревоге, он выглянул в окно, рассмотрев среди ритмичного мелькания косых ферм моста мутные коричневые воды реки. Пока он глазел в окно, проснулся и сосед. Молодой, ненамного старше Беляева, поручик 21-го Сибирского стрелкового полка Янковский сонно осмотрелся и быстро поднялся.

— Извините, Александр, что-то я заспался. Осталось всего семь-восемь минут.

— Ничего, Михаил, — улыбнулся Белов. — Мы с вами по-фронтовому, за три минуты управимся.

Выбритый с вечера, Александр быстро ополоснулся после сна и уступил место в умывальной комнате Янковскому. Поезд неторопливо, сбавив ход до малого, шел по сунгарийскому мосту и присевшему на полочку Белову удалось разглядеть город, набережную и стоящее на набережной похожее на белый корабль здание.

— Что это на набережной за строение появилось? Белое, на кораблик похожее? — спросил он закончившего утренний моцион поручика.

— А, это у нас теперь собственный Яхт-клуб[9] имеется, — ответил, улыбаясь и продолжая одеваться, Михаил.

— Да? Не ожидал, право слово, — удивился Белов.

— Вы же в здесь с самой японской не были? — уточнил Янковский. И дождавшись утвердительного ответа Белова, пояснил. — Харбин ныне — столица всей Желтороссии. А бывший военный министр Куропаткин хорошим хозяином оказался. Так что вас еще немало сюрпризов ожидает…

Они вышли на перрон и быстро прошли в большой, с высокими сводами зал. Белов с интересом рассматривал обновленное здание вокзала, с нетерпением устремился вперед. Они вышли из-под козырька крыльца на привокзальную площадь и к ним тотчас устремилось несколько лихачей. Вот тут-то Белов и застыл от неожиданности, разглядывая знакомо-незнакомый пейзаж.

По площади в разные стороны двигались, кто быстро, а кто и неспешно, запряженные сытыми, лоснящимися лошадями рессорные коляски. Медленно, по мере загрузки, разъезжались ломовики с поклажей из огромных ящиков и перевязанных шпагатами тюков. С левой стороны, рядом с главным входом в вокзал, стояли, в ожидании седоков из выходящих пассажиров, как минимум десяток самых настоящих лихачей.

— Ничего себе, — только и смог выговорить Александр. — Разве ж это Китай? Россия-матушка. Калуга… Тверь, бы даже не Москва.

— Да-с, господин лейтенант, вот так-с и живем. — с гордостью заметил поручик. — До Петербурга не дотягиваем, но на Москву уже походим. — и спросил, жестом придерживая лихача. — Вы сейчас куда? — вспомнив, что вчера лейтенант упоминал про один день в Харбине, поскольку ехать ему в Порт-Артур на корабль.

— Мне…, — на секунду замялся Белов. Говорить правду было нельзя, а обманывать почему-то не хотелось. Служба конечно тайная и даже лицедейская, но не настолько же. С другой стороны, не будешь же рассказывать первому встречному, что прибывшему с отпуска, даже проездом, сотруднику необходимо отметиться на конспиративной квартире где-то на улице Почтовой… — Мне знакомого навестить надо. Отставного моряка, с которым вместе на японской воевали…

— И далеко? — спросил поручик.

— На Почтовой, — машинально ответил Белов.

— Тогда вам лихача взять надо. Пешком не слишком далеко, но и не близко. А я в таком случае с вами прощаюсь. Мне тут недалеко, до дома Офицерского экономического общества. Пройдусь…

Распрощавшись с временным попутчиком, Александр сговорился с извозчиком и с ветерком проехал до начала Почтовой улицы. Там отпустил лихача и неторопливо, фланирующей походкой никуда не спешащего человека, прошелся вдоль улицы мимо явочной квартиры, точнее особняка. При этом, несколько выходя из образа, пару раз посмотрел на часы, в крышку которых было встроено небольшое зеркальце. Убедившись в отсутствии слежки, он уверенно подошел к парадному входу в особняк и позвонил, крутанув ручку механического звонка…

Российская империя. Нижний Новгород. Июль 1905 г.