Дорога за грань (СИ) - Талан Ольга - Страница 104

Моя легенда улыбнулась:

- Есть различия в воспитании солдата и наследной принцессы. То, что солдату нужно давать лишь за заслуги, принцессе дают по первому требованию. Потому что её мотивы должны быть в другом: не получить власть, а суметь эту власть нести. Для принцессы власть - не достижение, её достижения - это успех и счастье тех, кто ей подвластен. Я уже точно решила, что дам ей орден капитана, но после того, как вернётся Анжей. Пусть мужчины учат её управлять людьми, пусть внушают ответственность. Но пока я хотела бы дать ей ещё какой-нибудь знак, такой который она действительно заслужила. - Морок пожала плечами. - Им всем почему-то очень понравились эти даккарские ордена.

Да, молодые суани взрослели среди даккарцев и явно видят в этих орденах что-то большее, чем просто знаки. Они носили свои нарисованные тушью ордена с большой гордостью и, как я понимаю, простив указания старших. Я задумался:

- На Даккаре у каждого ордена есть такой же, но со знаком "высший". Высшим пауком обозначают офицера, чья основная деятельность спецслужбы. Высшим бобром - офицера бобра, старшего бобра на базе. Но есть ордена, которые не стыкуются с генеральскими. Например, генерал-десантник, или генерал-пилот это абсурд. Поэтому такие ордена с приставкой "высший" дают рядовым или капитанам, которых нужно выделить в данном направлении. Например, отряд десантников, и в нём большой крепкий парень с мобильной зениткой на спине. Он не умеет управлять людьми, не понимает в тактике и карты разбирает плохо, но в бою стоит десяти, и именно он чаще всего вытаскивает отряд из самых кровавых заварушек. Это и есть "высший десантник". Ретка ведь тоже очень эффективный член твоей команды, даже при своей посредственной подготовке.

Морок посмотрела на меня заинтересованно. Я продолжил:

- Или... Ещё один способ дать Ретке заслуженный орден, это придумать новый орден. У Ретки есть способности, которых больше нет ни у кого. Ты берёшь её на захваты кораблей, но не берёшь других учениц.

Морок расплылась в улыбке:

- Зов называет эту роль Штурмовик. В отряде Пустыня один стратег, один разведчик, один программист и два штурмовика. Это очень мало, и нам часто приходилось заменять друг друга, но заменить штурмовика труднее всего. Зов приходится очень сильно изворачиваться, чтобы штурм могли осуществить Очарование или Палма. Возможно, через год мы сможем обучить ещё и Акму, но пока она боится больших потоков силы.

В ауре моей легенды закрутились серебристые нотки счастья, подхватываемые горячей волной желания. Всё-таки удобная штука аура, когда умеешь её читать.

Анжей вернулся в хайм через четыре дня. Не то чтобы я считал что легендарный паук Ан Тойра способен на долго поддаться эмоциям, но даже я думал что он позволит себе отпуск подольше.

Анжей шёл по летному полю в окружении троих мальчишек лет 7 - 12, и ещё одного совсем маленького тащил на руках. Поравнявшись со мной, он остановился:

- Вот, привёз сыновей.

Паук улыбался. Улыбка эта была спокойная и сильная. Только хитрого огонька в глазах было чуть меньше.

Обсуждать важные вопросы сейчас вот так посреди взлётного поля на глазах нескольких парней, Аденина и Ктарго, было лишним. Но нужно было что-то сказать, разрядить ситуацию. Я улыбнулся:

- А что маленького без матери привёз?

Генерал поморщился:

- Да хлыщ, который их нашёл, не додумался забрать женщин там же. Я для улучшения памяти отбил ему печень, думаю, он будет внимательней в следующий раз. А для этих, - он с улыбкой посмотрел на детей, - у меня тут где-то много добрых баб было.

Ктарго смеялся, Адениан сдержанно улыбался. Я, наконец понял, что мальчишки чужие дети, просто купленные генералом у проезжавшего торговца, а не родные сыновья от какой-то далёкой женщины и тоже рассмеялся, пытаясь как-то оправдать свою растерянность:

- Просто я подумал, мальчишки твои из какого-то дальнего захолустья.

- А они и есть мои. - Анжей присел, сравнявшись ростом с двумя старшими мальчиками: - Ты посмотри, одно лицо! - Мальчишки были похожи на него не больше, чем на любого другого даккарца - Просто природа такая даккарская, не помнить, где сыновей оставил.

Обстановка была разряжена. Никто никаких вопросов больше не задавал. Анжей спокойно и уверенно зашагал с детьми в сторону базы.

Через час он зашёл ко мне в кабинет, аккуратно прикрывая за собой дверь, улыбнувшись, плюхнулся в кресло. Он был спокоен и дружелюбен:

- Ты вернулся?

Он пожал плечами:

- А куда нам ещё ехать? К Роджеру, что ли, сдаваться? Возложить клинки перед новым лидером и похоронить Ан Тойра? Да и братство моё теперь тут. Прости, что уехал так. Это было слабостью.

Я понимающе кивнул. Даккар порой поражал меня ещё одним своим качеством: он умел честно признавать ошибки. Умел прийти вот так вот, спокойный и сильный, и открыто сказать: "Это было слабостью, я ошибся". Ведь Анжей мог ничего не объяснять. У генерала паука могли быть причины улететь так внезапно, одному. У него могли быть дела. И никто ничего бы никогда не спросил.

- Прости за побег, мне нужно было подумать. - Анжей ухмыльнулся: - И, наверное, я должен извиниться, я был не прав.- он опустил голову. - Твои методы далеки от принятых на Даккаре, но другие в нашей ситуации и не сработали бы. Ты по-свински поступил с братом, но ты хороший генерал-командор, я был не прав, сомневаясь в этом.

У меня не было слов, чтобы что-то возразить или поблагодарить. Честность Даккара порой обезоруживает. Думал ли я когда-нибудь что Анжей признает мои таланты командира? Придёт к выводам что я полезен не только способностью налаживать связи с отцом? Я достал из бара коньяк, жестом предлагая генералу. Он кивнул. Я решил ничего не говорить, я просто слушал.

- По поводу этого происшествия... Знаешь, я такого стыда не переживал уже лет 30. Даже можно сказать, что настолько стыдно мне было лишь однажды, когда я как мальчишка дал окрутить себя Вестнице, изначально собираясь вытянуть из неё нужную мне информацию. Тогда из передряги меня вытащил твой отец. Юнец как сопляка взял меня за шкирку и притащил к своим!

Он сжал кулаки:

- То, что она заставила меня стоять на коленях, я сам виноват. Я знал про этот блок. Просто почему-то решил, что держу себя в руках. Дело в самой краже. Она предала меня!

Я помотал головой:

- Она защищалась. Ты просто не заметил, что у неё была необходимость защищаться. У любого человека есть предел гибкости. Ты привык, что она подстраивается под тебя. Но здесь это было выше её сил. Она защищала свои принципы, как могла.

Анжей поднял на меня удивлённый взгляд и на некоторое время замолчал:

- Знаешь, неолетанки уникальные существа, только им в этом мире удавалось несколько раз кардинально менять мои планы, принципы, взгляды, жизнь. Три года назад я был уверен, что знаю их уже, как облупленных. Я был лично знаком с сотней авторитетных мастеров, вёл дела с Великими, устраивал переговоры между ними и даккарцами. Я был уверен, что защищён от неожиданностей с их стороны. Что чётко вписался в их систему... - он усмехнулся, - пока один из моих людей, мальчишка, не удивился вслух, почему это я не проверил прошлое и настоящее "кошки", с которой сплю уже два месяца. Я всегда был очень осторожен... а тут и сам ведь не понял, что не проверил, только когда носом ткнули, прозрел, бросился следить и сразу увидел, что вляпался по-крупному. Слишком организованны были те, с кем моя "кошка" встречалась, слишком хорошо прятали концы.

- Ты разгадал, что Ретка Суани, по организованности?

- Нет, просто понял, что она не из простых, и спросил в лоб. Она мне и выложила, что является сильным дистанционником и желает видеть меня своим мужем. Дальше логика была простой. Кто может с такой наглостью уводить мужика у Вестницы? Только Суани! В мужья... Не знаю, сможешь ли ты понять меня. Я получил генеральские ордена незадолго до гибели Даккара. На моих глазах миллионные армии благословением богов благополучно избежали гибели. У нас было всё, чтобы начать заново. Мы вывезли достаточно мужчин, а купить женщин в этом мире не проблема. Мы были сильны, космос вокруг был полон слабых и богатых врагов, пополнявших наши трюмы, мы должны были процветать. Но вместо этого я год за годом наблюдал, как Даккар истекает кровью, теряет миллион за миллионом своих солдат. Как год за годом боги не дают нам нового дома. А то, что нам удаётся завоевать, тут же отбирают, омывая нашей кровью. Когда я потерял свой род и братство, я был в отчаянье. Мир рушился, и я не видел причины. А тут... она сказала ещё одну вещь, фразу, которая, наверное, и заставила меня посмотреть на неё другими глазами: "Я хочу, чтобы ты был счастлив, чтобы у тебя снова были сыновья". Так же, как я не понимал, почему вымирают даккарцы, я никогда не понимал, почему так стремительно множатся неолетанки. Нет, в каждом отдельном случае, конечно, понятно, что произошло, но в целом... На нас как будто лежало проклятие, а на них благословение. И я сдался. Я не мог, физически не мог допустить наступления того момента, когда Даккар окончательно исчезнет, останутся лишь Об Хайя в Клинках, да и то, пока сильна Морена. Я должен был что-то предпринять... И я подумал: может, так боги дадут и нам часть дарованного им благословения.