Менталист. Эмансипация (СИ) - Еслер Андрей - Страница 37

На кухне встречаю бабушку. Она стоит за плитой, что-то готовит. Дед возвышается за столом, перед ним ароматная кружка кофе. Он смотрит что-то на голограмме с сеферона. Какой-то новостной сайт.

В порыве хорошего настроения подлетаю к бабуле, целуя её в щёку.

— Фёдор? — бабушка смеётся, оборачиваясь ко мне, вытирает руки и забрасывает полотенце на плечо. — Кто вы такой мистер? Где мой вечно надутый внучёк? Или простое питание так действует на тебя, делает проще?

— Наверняка, — улыбаюсь в ответ. — Просто хотел сказать, что люблю тебя.

Не знаю, что на меня нашло. Может наконец-то, отпустило напряжение, которое копилось несколько дней нашего пути по разрушенному миру. Меня будто обновили, я стал по другому смотреть на мир. Он мне стал нравится, таким, какой есть. Ведь он ещё живой, ему можно помочь.

Город молит меня. Он жалобно стонет, просит помочь. Его избивают и рушат, поджигают.

— Я тоже тебя люблю милый. — говорит бабушка. — Ты знаешь, что очень изменился? Я читала отчёты твоего отца, ты повеселился на славу, на меня с этих страниц смотрел совсем другой человек.

— А теперь я снова другой, в этом прелесть жизни, у тебя есть возможность выбирать.

— Слова не мальчика, но мужа. — ухмыляется дед.

— Ты бы видел его чуть раньше. — рассказывала бабушка. — Из поместья только целым эскортом выбирался, наряды на дню пять раз менял. Постоянно со своими дружками сидел в Альтамеде. А теперь уже неделю ни разу не попросил денег. Или ты Федя думаешь, что бонусы суммируются? Боюсь это не так.

— Да не нужны мне пока деньги ба, у меня свои остались.

Я вспомнил про Светлану. А на сеферон мне пришло сообщение от Петра. Он писал, что стоит под окнами с другой стороны дома.

Быстро закинув в себя еду, я похрустел хлебным тостом и побежал на второй этаж.

— Стоять! Раз, два! Разворот.

Собравшись было смыться, думал избежать разговора с дедом.

Но он так не думал. Половицы жалобно поскрипывали, когда старик начал подниматься.

— Объясни ка мне Федя вот что. — хитро прищурившись начал дед. — Куда ты пропадаешь, каждый день?

Тем временем мы шли по коридору, прямо к террасе, выходившей своими окнами на рукотворный прудик.

Я стал лихорадочно соображать. Выкрутится не удасться, кого-кого, а вот деда не обмануть. Да и не стоит рисковать, лучше заручится его поддержкой.

Откуда такие прагматичные мысли?

Не успел я удивится, как почувствовал настроение деда. Ментально он мне напоминал каменную глыбу, но эта глыба источала немалый интерес, а направлен он был на меня. Что же, начнём разыгрывать партию.

— Ты же знаешь, что я поругался с отцом. — осторожно начал я.

— Ага, а трава зелёная, небо голубое, твари лезут из врат. — дед иронизировал. — Долго запрягаешь Федя. Я эти словесные игры не люблю. Поэтому кланом занимается Костик, давай к делу.

— Обидел он меня. — выдохнул я. — Маму предал, начал вводить в род Радищевых. Меня перестал слушать, я будто пустое место стал.

— Дальше.

— Я переехал к бабушке. Инициация прошла тут. Бабушка не знала, а я не знал, как сказать. Способности стали сильнее, я лучше почувствовал дар.

— Оно и понятно, связь стала крепче. — дед задумался, а я в своют очередь почувствовал, как в нём зародилась настороженность. — Чем дальше стал заниматся?

— Пробовал способности. Устроился в вольные отряды. — увидев задранную бровь деда, поспешно пояснил. — Ничего серьёзного, просто патрули.

— Как только другие кланы узнают, что ты теперь не слабосилок, ты покойник. Понимаешь это Федя?

— Конечно понимаю, дед. Я маску ношу, в отряде имя сменил. Мне популярность не нужна, с силами разобраться надо.

— Я рад, что ты здраво мыслишь. Неожиданно, порадовал старика. — дед обнял меня. — Скоро мне предстоит вернутся, на службу. Но ты должен мне пообещать кое-что.

— Всё что в моих силах. — серьёзно кивнул я.

— Ты должен управлять родом, стать наследником.

— Это всё? — дождавшись кивка, продолжил. — Тогда я согласен. Пусть будет так.

— Хорошо. Я буду в городе ещё несколько дней, преподам тебе пару уроков.

— А потом куда?

— Туда, где тебе лучше никогда не оказываться. — дед что-то поискал в кармане, а затем протянул мне, на ладонь упал маленький металлический предмет. — Вот держи, захватил тебе напоминание, помню ты долго с ним в детстве носился. Занятная безделица.

У меня в руке лежал металлический свисток, поблёскивая латунными боками. Точно такой же был у одного моего знакомого в будущем. Дед давно ушёл, а я так и стоял, словно поражённый громом.

Мне вспомнились слова Метелицы. Вспомнилась история Свистка. Прорыв в черте города, мальчик, что вытаскивал своих друзей.

Вот оно значит как должно получится. Время — это страшная вещь, не знаешь где найдёшь, а где потеряешь.

Придя в себя, помог Петру подняться. Провожая его к комнате Светланы. Девушка открыла дверь, едва заметно помрачнев. Красивые глаза многообещающе прищурились.

Я пожал плечами, за спиной Петра, сделав виноватое лицо.

Но мне было всё равно.

Мыслями я уже был в другом месте. До встречи с отрядом оставалось ещё много времени. Я снова спустился вниз, пробегая по прихожей. Мой взгляд наткнулся на обувающуюся бабушку. Чуть не споткнувшись, встал рядом, начиная издалека.

— Ба, а вот скажи. Может, что-то интересное у вас в больнице произошло?

Бабушка задумалась, а я тем временем галантно помог ей надеть пальто.

— Да, ничего, наверное. Это же обычная больница, а что?

— Да, просто думал, наверняка, много раненых героев после прорыва у вас отдыхает.

— Да нет, геройствуют в основном клановые, а их свои быстро на ноги поднимают.

— Скучно у тебя. — закинул провокацию я.

— Обычная работа, даже странно, что такой сиятельный господин как вы, справляется о делах земных. — иронично ответила бабушка.

— Вам кажется, на работу пора, сударыня. — я не остался в долгу.

Бабушка уже почти вышла, а я стоял и ждал её ухода, чтобы отправится по своим делам, как она повернулась ко мне, подняв палец.

— А знаешь, есть у нас один герой! Да ещё какой… — она загадочно сверкнула глазами из под очков. — Мальчишка, маленький совсем, без семьи…

— Вытаскивал из пожарища своих друзей?! — я подбежал к бабушке, от чего она сделала шаг назад.

— Откуда ты узнал? — но быстро пришла в себя. — А, наверное, в новостях показывали.

— Да, бабуль. Показывали. А можешь меня с ним познакомить? Хочу на него посмотреть, может какие сладости захвачу.

— Можно то можно, но это так неожиданно. — бабушка смутилась. — Поехали тогда, представлю вас.

В больнице было много народу. Настолько много, что некоторые койки стояли в коридорах. В воздухе пахло спиртом, парами наркоза, хлоркой.

Бабушка облачилась в халат, стянула волосы на затылке и обула лёгкие кроссовки. Разом стала строже, но и легче, будто скинула пару десятков лет. Было видно, что работа ей нравится.

Каждый сотрудник больницы, при виде Марии Захаровны, улыбался. Многие здоровались и спрашивали, как дела. Бабушка уверенно отвечала в ответ, шутила на какие-то общие темы, смеялась.

Я шёл рядом, перебирая ногами в бахилах, нетерпеливо теребя в пальцах свисток. Время не просто так свело нас, оно дало подсказку. Всё взаимосвязано.

На входе в палату бабушку остановил какой-то врач. Она махнула в сторону помещения, а сама остановилась, чтобы решить вопрос.

Я вошёл в белоснежную палату, вдыхая запах недавно побеленых стен. В палате находились трое больных. Один был практически весь замотан в бинты, одна голова торчит. Взгляд его был отстранён, а при моём появлении он вовсе вздрогнул. Не наш случай, те кто вытаскивают из огня других людей, не вздрагивают от каждого шороха.