Первая любовь (СИ) - Зайцева Мария - Страница 1

Мария Зайцева

Первая любовь

Глава 1

Кристина бежала в общежитие после смены в кафешке, не обращая внимания на снег, по-мартовски холодный и липучий.

Он забивался за шиворот, лез в глаза, ослепляя. Ветер пронизывал до костей, куртка совершенно не спасала.

Девушка вся продрогла, зуб на зуб не попадал, губы посинели.

Чертов март! Чертова работа! Опять задержаться пришлось!

Чертов вечер встречи выпускников в колледже!

Из-за этого она должна нестись в общагу, как испуганный кролик, преодолевая препятствия из сугробов, луж и льда!

Кристина даже умудрилась упасть пару раз, хорошо, что не в лужу, хоть в этом везло.

Хотя… Какое может быть везение, когда тебя задерживают на работе именно в тот день, когда тебе позарез необходимо быть у себя в комнате пораньше?

Желательно в шесть.

Максимум в семь.

Но уж никак не в десятом часу!

В этот гребанный день даже в семь можно было нарваться, а уж в это время, когда комендант предусмотрительно сваливал, оставляя общагу на разгром выпускников, без приключений пробраться в свою комнату было нереально.

Выпускники отделения физической культуры собирались раз в год, в конце марта, и гудели всю ночь, ставя общагу на уши.

На это  время девчоночье отделение на третьем этаже запиралось на замок. И не отпиралось ни при каких условиях.

На третьем этаже жили филологи.

Они были старше всех в общаге, потому что поступали после одиннадцатого класса, а не как отделение начальных классов и физкультурное, после девятого, и были на редкость продуманными.

В первый же дикий вечер встречи выпускников, вдоволь наслушавшись воплей, разнузданных песен, веселых визгов не особо сопротивлявшихся девочек с физкультурного и начальных классов,и настойчивых стуков в двери своих комнат, филологи повесили на свою часть этажа нехилый замок, и с тех пор спали относительно спокойно.

Пару раз только к ним пытались влезть со второго этажа особо любвеобильные ребята, но попытки проваливались.

На втором этаже в отделении девчонок замка не было. Там были в основном не против компании.

Те, кто были против, убегали на эту ночь к филологам.

Но сделать это надо было до восьми часов, пока прибывшие в гости веселые бывшие студенты, среди которых, между прочим, и директора фирм водились, и бывшие зеки, и мастера спорта, и бандиты всех мастей, и даже учителя физкультуры встречались, не закончат учить нынешних студентов правильному пониманию жизни, и не займутся поиском приключений.

Кристина, несмотря на то, что училась на филологическом, жила на втором этаже, потому что койку в общаге она получила позже всех, и на третьем мест уже не было.

Ко второму курсу колледжа она уже  прочувствовала атмосферу бесконечного веселья второго этажа общаги, а вечер встреч в прошлом году вообще оставил неизгладимые, незаживающие воспоминания, поэтому в этот раз она твердо намеревалась пересидеть у однокурсниц на третьем.

Жаль, что хозяину забегаловки, где она подрабатывала по вечерам после колледжа, Ашоту, было глубоко фиолетово на планы официантки. Работы в пятницу было завались, даже днем, пришлось задержаться.

Кристина, проклиная все на свете, бежала по грязным улицам так называемой автомобильной столицы страны, щурясь от липучего снега, поскальзываясь на ледяных лужах, и не успевала, катастрофически не успевала!

Общага встретила вонью курева и перегара. Уже, значит, на всю катушку веселье.

Тетя Галя, обычно монументом почившему социализму  сидящая на вахте, само собой , отсутствовала. Что она, дура что ли?

Естественно, коменданта сегодня тоже можно было не искать.

Учась на первом курсе, наивная тогда еще Кристина, в ужасе прислушиваясь к разгульным веселым голосам, раздающимся в коридоре общаги, спросила у своей соседки, веселой девахи с физкультурного, подкрашивающейся у зеркала, перед тем, как пойти в гости в другую комнату:

- А как же правила общаги? И вообще… Посторонние взрослые мужики…

- Ты дура что ли?- соседка взяла иголочку и принялась разделять слипшиеся от туши ресницы, превращая их в мохнатые паучьи лапки, - кто сюда полезет? Ты хоть знаешь, кто эту шарагу заканчивал? В прошлом году здесь Вася Питерский был. Ни одного мента за километр не возникло. Кроме тех, что сами здесь отвисали с ним вместе.

- Но как же так? А если?- Кристина поежилась, опасливо глядя на довольно хлипкую дверь комнаты.

- Не, они не ломятся. Стучатся. Все-таки понятия есть. - Успокоила ее соседка, - Ты, главное, дверь запри, и не открывай никому до утра. Даже мне, - подмигнула она, брызнулась ядовитыми Руби Роуз, и умотала.

Кристина закрыла дверь, подперла ее тумбочкой и всю ночь тряслась от страха.

В этом году она заранее договорилась с однокурсницей, даже перетащила в ее комнату матрас. Но судьба в виде пузатого азербайджанца Ашота обломала ее намерения.

Кристина тихонько поднималась по лестнице, стараясь издавать как можно меньше шума, и вообще слиться со стеной. Пока что ей это вполне удавалось: маленькая, хрупкая, она выглядела скорее школьницей, чем студенткой. К тому же серая куртка, вся в потеках мартовской грязи и разваленные старые мамины сапоги не добавляли шарма.

Еще один пролет, затем короткими перебежками до своей комнаты.

О том, чтоб подняться на третий, даже речи не шло, ей в такое время никто уже не откроет.

Хоть волком вой под дверью.

Кристина почти дошла.

Она уже видела цель, и поэтому потеряла осторожность.

Ее перехватили буквально на последнем переходе.

Дверь в соседней комнате резко открылась, отлетев в стену с грохотом, одуряюще мерзко потянуло дешевым алкоголем и куревом, а троица парней, вывалившаяся в коридор , как по команде, замолчала, уставившись на маленькую серую фигурку, сжавшуюся в страхе.

- Это че за мышь?- веселый разгульный голос одного из парней не оставил шанса, что ее не заметили. - А ну иди сюда!

Кристина выдохнула, выпрямилась. Как бы там дальше ни было, надо вести себя достойно. Папа ей всегда это говорил. К тому же оставался небольшой  шанс, что отболтается все-таки.

Она маленькая, незаметная, зачем она им? Что с нее взять? Поглумятся и пойдут дальше.

- Ну, че встала, Мышь? - парень двинулся к ней, покачиваясь. Остальные пошли следом.

Так. Держать лицо. Смотреть прямо. Не бояться!

Папа говорил, что всегда надо смотреть в лицо опасности. И не показывать страха. Потому что хищники чуют ужас жертвы.

Кристина усилием воли заставила себя не отшатываться к стене, стоять прямо, смотреть в глаза подошедшего парня.

Синие. Холодные до жути. Завораживающие до ужаса.

Где-то в отдаленном уголке мозга, не скованного страхом, мелькнула картинка удава Каа и бандерлогов. Кристина никогда не понимала эту сцену.

Теперь поняла. Прочувствовала на себе.

Парень тоже смотрел на нее , не отрываясь.

Ехидная усмешка, с которой он подходил к ней, сползла с лица, синие невозможные глаза жадно до неприличия оглядели тонкую фигурку, закутанную в огромную грязную куртку, тонкие, синие от холода пальчики, вцепившиеся в сумку, выставленную перед собой в нелепом защитном жесте, бледные искусанные губы, сжатые крепко, упрямо вскинувшийся подбородок.

- Ты кто? - почему-то тихо, без прежней пьяной бравады спросил он.

Он спрашивает? Он спросил что-то?

Кристина усилием воли заставила себя очнуться от гипноза.

Надо отвечать что-то.

Не надо стоять, трясясь как овца.

Надо поддерживать разговор. Спокойно. Спокойно.

Тогда, может быть, отпустят.

- Кристина, - она разлепила пересохшие губы, быстро облизнула, и опять замерла в ужасе, потому что гипнотически страшный синий взгляд уперся в ее полуоткрытый рот и выше не поднимался.

- Митяй, ты че? - один из приятелей парня хлопнул его по плечу, - пошли уже, в двести пятой девки ждут.