Долгая Ночь (СИ) - Толбери Рост - Страница 1

Рост Толбери

ДОЛГАЯ НОЧЬ

ПРОЛОГ

… Арья ждала, что её соперник рассыплется на тысячи льдинок или хотя бы падёт на колени, раненный, чтобы она смогла довершить дело.

«Шли-и-инь», — прошептал её кинжал, туго входя в тело Короля Ночи. Но больше ничего не произошло. Глаза его так и горели спокойным голубым огнём. Рука Арьи всё ещё стискивала кинжал, вдавливала в свою цель, проворачивала и рвала. В ледяном взгляде напротив не было ни боли, ни страха, ни превосходства, ни радости. Вообще ничего не было.

Мысли в голове Арьи неслись сплошным потоком, она всё не понимала, почему же ничего не происходит? Ведь Многоликий Бог вёл её к этому моменту всю её жизнь, через все испытания, через все жертвы… сейчас она на своём месте. Она должна закрыть синие глаза.

Впервые за долгое время, где-то в глубине её сердца зарождались страх и неуверенность. Губы Короля Ночи искривились. Арья вытащила клинок и хотела ударить ещё раз, в горло, и…

Раздался хруст. Но не разбившегося льда, а её шеи, и безвольное тело её отбросили прочь.

Суровый буран, стоявший стеной во весь горизонт, вдруг застыл. Снежинки больше не метались в воздухе, их движенье стало медленным, величественным танцем. Крона чардрева побелела от бесконечных их тел. Волосы и плечи Брана так же стали белыми.

Король Ночи развернулся к нему, задержал ледяной взгляд на чардреве, вынул свой клинок и приставил к груди Брана. Бран пришёл в себя, посмотрел на него снизу вверх, сказал что-то, так тихо, что слова его тут же утонули в танце снежинок.

МЕЛИСАНДРА

Звуки битвы и крики снаружи стихли. Треск огня в камине и лампадах прерывался тяжелым дыханием Пса.

— Ну что там ведьма? — недовольно прорычал он.

Красная жрица не ответила, она сосредоточенно всматривалась в огонь. Правая её рука зарылась в глубокий вырез халата и скребла кожу в том месте, где было её сердце.

— Мы проиграли… — прошептала она, — Нам нужно найти Джона. Ещё есть шанс. Всё это не может быть зря…

— Какой в этом смысл? — прохрипел Пёс, он и не ждал, что ему ответят на этот вопрос. — Я сваливаю отсюда. Не хочу умирать тут… с тобой… И на морозе не хочу. Пошла ты к чёрту!

Зубы Пса клацнули, проскрипели друг об друга, широким шагом он подошёл к окну, охнул, перелез на подоконник и застучал сапогами по крыше.

Мелисандра очнулась и выглянула на улицу. Пёс уже скрылся. Замок горел, и в этом зареве темнейшая из ночей казалась не такой уж и тёмной. Но это пока горит огонь…

Битва закончилась. Если это вообще можно было назвать битвой… Мёртвые замерли и потеряли интерес к происходящему. Словно вышедшая из берегов река, они снесли всё на своём пути и теперь спокойно растекались по углам и низинкам на едва видимом горизонте. Оставшиеся в живых редкие защитники воспользовались паузой и отступили в глубину строений. Сопротивление не имеет смысла. Суровый ветер стих.

Что-то происходило в этот самый момент. Мелисандра слышала в огне хруст, Владыка Света не показал ей, но она знала, что означал этот звук. В огне она видела очертания чардрева и танец двух теней — чёрной, как крыло ворона и большой, совсем уж непроглядной. Они проносились мимо, сталкивались и растворялись друг в друге. Огонь больше не отбрасывал их, это они обступали его со всех сторон… и это он теперь плясал… от взмахов тени…

Она опять поняла неправильно. Всё не может закончится так. Глупо было рассчитывать, что девочка сможет убить воплощение Ледяной Души.

Нет. Нужно что-то иное. Есть же легенда. Она должна найти Джона и исполнить то, что ей было предначертано. Джон — избранный, нет в этом сомнений и не может быть. Сегодня наступит рассвет.

В её груди снова запульсировало. Будто подтверждая догадку, сердце её кольнуло и от него пахнуло жаром, который растёкся по всему телу. Огонь внутри неё бесновался и просился наружу. И скоро он найдёт выход.

Тёмные небеса пронзил громоподобный визг, затем ещё один и ещё. Крылатая тень у холодной и бледной луны заметалась, забилась в небе. И вдруг распрямилась, и камнем ринулась вниз, в сторону от осаждаемых стен. От рычания, глубокого и низкого, по стеклам прошла рябь. Снова визг, затем грохот, скрип и… вдалеке громадным цветком разрослось пламя, перемахнуло через стену, устремилось в стороны и ввысь, до самого неба и окрасило, его словно предзакатное солнце. Дрогон и Рейгаль сошлись в смертельной схватке. Нет больше драконов у Владыки Света.

Мелисандру качнуло, она побледнела и оперлась на подоконник, кулаки её сжались, лицо скривилось, мгновение она собиралась, выдохнула, оттолкнулась и скрылась в проходе.

— Джон! — крикнула она.

Азор Ахай брёл ей навстречу, смотрел прямо перед собой и не видел её. Он был бледен как мел, нетвёрдая рука едва сжимала меч и взгляд его был полон безумия. Она остановила его движение, схватила за плечи и тряхнула. Взгляд Джона сфокусировался, на ватных ногах он оттолкнулся, упёрся спиной в стену и чуть осел. Его голова почти безвольно опустилась на грудь.

— Джон! — снова крикнула она. — У нас нет на это времени, Джон!

— Дракон не дал мне пройти… — пробормотал он. — Там была Арья…

— У неё не вышло. Это должен сделать ты, Джон, — Мелисандра положила руки на его лицо, и ей так захотелось подарить ему поцелуй полный огня. — Слушай меня внимательно, Джон. Ты должен взять свой меч и ударить им меня в самое сердце. А потом ты пойдёшь за Королём Ночи. Давай, Джон, у нас совсем нет времени!

Азор Ахай медлил. Смотрел на неё потёрянным взглядом и весь обмяк в её руках. Как же она его понимала сейчас… Как же сильно ей самой хотелось упасть на колени и зарыдать. Столько лет борьбы, столько потерь, столько ошибок… Столько боли…

Она притянула его к себе и поцеловала. Как очень давно целовала того мужчину, имя которого время выжгло из её памяти много… много жизней назад. Единственного, которого она любила по-настоящему, пока Владыка Света не призвал его и её не забрали в рабство.

Ты должен, Азор Ахай. Обещанный принц. Свет во тьме. Спаситель рода людей.

Не отрывая губ, она обняла его за шею, утянула вниз, на колени, обнажила свою грудь, нащупала лезвие в его безвольных руках и хотела направить куда нужно.

Джон вдруг встрепенулся, вырвался из объятий, оттолкнул её, рванул вверх и перерубил ходока. Только сейчас Мелисандра услышала их шипение и стоны. Они были всюду.

— Нет! — крикнула она, вскочила на ноги и вжалась в стену.

От кроткого и застенчивого мальчишки, которого она целовала мгновенье назад, не осталось и следа. Азор Ахай разил врагов яростно, метался между ними беспощадным, неукротимым лесным пожаром, с которым нельзя совладать.

Ей оставалось только отойти от стены и подставится под клинок. Когда кровь её коснется клинка, а сердце остановиться… она станет кузницей, где будет снова выкован Светозарый. Она шагнула вперёд, но меч вдруг замер в руках Джона.

— Нет… — прошептал он.

Бесконечная атака мертвецов прекратилась. Переступая упокоенных уже навеки, сквозь пробитую стену в полуразрушенный барак вошла процессия. Во главе её встала невысокая, но статная фигура, украшенная короной из ледяных рогов. Король Ночи.

Воплощение Тьмы было маленьким и совсем не таким страшным, как видела в огне Мелисандра. И хотя от создания и его свиты веяло чуждой и мощной магией, оно не казалось непобедимым. Король Ночи смотрел на Джона, и сквозь лёд его взгляда читался интерес. Две вечные силы снова напротив друг друга.

Но Азор Ахай не смотрел на своего врага. Всё его внимание было приковано к маленькой фигурке в белой-серой шубке, стоящей по левую руку от Владыки Ночи. Ни мертвенно-бледная кожа, ни синие глаза, ни отсутствующее выражение лица, ни горло, перерезанное с хирургической точностью умелой убийцей, не смогли полностью испортить её красоту. Дейнерис Таргариен. Матерь Драконов.