Стрелок (СИ) - Черная Лана - Страница 32

— Это она? — прорычал падший. И небеса дрогнули громом от мощи его голоса.

Светловолосый кивнул, не отрывая взгляд от дымчатых глаз с вертикальными зрачками.

— Покажи!

Клим покорно склонился над Милой, стянул с неё тонкую футболку и повернул девушку спиной к Гостю.

Под лопатками виднелись следы, напоминающие шрамы.

Мёртвое лицо Гостя внезапно преобразилось, ожило диким наслаждением от собственного превосходства.

Бледные губы исказило подобие улыбки, а тусклые глаза засияли белым.

Взмахом руки он отбросил в сторону Клима. Тот отлетел к машине, спиной ударился о холодный металл. В ушах зазвенело, а в лёгких закончился воздух от силы невидимого удара. Сознание его помутилось.

Избавившись от человека, Гость резко склонился над зачарованной. Длинными пальцами со звериными когтями провел по её щеке, шее. От прикосновения на бархатной коже жертвы остались узкие полосы, из рваных краёв которых плескался огонь, смешиваясь с невинной кровью. Из носа, из-под сомкнутых век потекла тёмная вязкая жидкость, пропитанная ядом смерти. Она просачивалась в пылающие раны, отравляла юное тело, очерняла невинную душу.

Подхватив обмякшее тело, демон неторопливым шагом пересёк плато и остановился у края. Его лицо, обезображенное нечеловеческим оскалом, начало вытягиваться, покрываясь светлыми перьями; рот и нос сливались воедино, пока не обратились в сжатый с боков клюв, изогнутый книзу. Элегантный костюм разлетелся на миллионы серебристых перьев. Ноги укоротились, а удлинившиеся пальцы на них увенчали острые когти. И, наконец, за широкой спиной раскрылось два чёрных оперённых крыла.

Клим пришёл в себя как раз в тот момент, когда Гость грациозно воспарил над долиной. Морщась от запаха гнили и ноющей боли в спине, мужчина с трудом поднялся на ноги и тут же замер, поражённый увиденным.

Над бухтой на горе, горящей красным глазом маяка, стоял человек. Неизвестный наблюдал за существом, плавно рассекающим дождевое небо. Но едва крылатый демон поравнялся с вершиной горы, созерцатель изменил позу, превратившись в готового к атаке лучника.

Клим не видел, но слышал, как стрелок спустил тетиву, как длинная стрела со свистом разрезала толщу дождя и вонзилась в тело Гостя.

Высокий, режущий слух, голос боли донесся до хранителя. Он покачнулся от задрожавшей почвы под ногами.

Громадная птица взвилась в небе, содрогаясь от судорог, сковывающих тело. Хищные лапы выпустили опутанную чарами жертву, и массивное тело падшего камнем полетело вниз. Но в какой-то момент над водой вспыхнул яркий свет, и существо исчезло в голубом сиянии.

А Мила падала в морскую пучину. Не колеблясь, стрелок стремглав бросился вниз. Он подхватил невесомое тело у самой кромки воды и тут же взмыл ввысь, распоров ночное небо ослепительно белыми крыльями.

И только когда летающий человек скрылся в грозовом огне, Клим смог облегчённо выдохнуть.

Мила.

Сонный лес.

Мила проснулась от холода, которого не ощущала, пока спала. Не открывая глаз, она пошарила рукой в поисках одеяла. Но тонкие пальчики нащупали грубую шелестящую ткань, отличную от её любимого пухового одеяла. Сквозь дрёму пытаясь вспомнить, где она уснула прошлым вечером, девушка перевернулась на спину, сведя вместе лопатки и прогнувшись в пояснице. Мокрая одежда прилипла к телу. Резкая непривычная боль во всем теле заставила ее прикусить губу и распахнуть глаза. Прямо над головой висело ночное небо, утыканное звёздными точками и подёрнутое зеленоватой дымкой.

Мила села, охнув от боли, и лихорадочно натянула покрывало, оказавшееся плащом, почти до шеи. Глаза забегали по абсолютно незнакомому месту — небольшой поляне, устланной мягкой, словно бархат, травой. Всюду стрекотали кузнечики. В светящемся воздухе мелькали яркие живые огоньки.

Дикий первобытный страх сковал тело, всё глубже запуская колючие лапы в незащищённое девичье сознание. Дрожь пробирала до костей даже от шороха деревьев, окружающих поляну тёмной, непроглядной стеной. И в каждом шелесте листьев, в каждой новой трели сверчков Миле чудилась какая-то невыразимая обреченность.

— Эй… — неуверенно прошептала она. — Кто-нибудь, помо…

Но договорить не успела. Прямо перед ней из непроходимой лесной чащи легко и непринуждённо вышел человек.

— Клим?.. — она прищурилась и присмотрелась к приближающемуся силуэту. — Ма-маааа… — жалобно протянула она, разглядев за широкими плечами человекоподобного существа белые крылья. Мила, зажав рот рукой, зажмурилась и попятилась. Прямо так, как сидела. Сердце выскакивало из груди от страха,

громко пульсировало у горла, словно вот-вот вылетит наружу. И единственное, чего хотела темноволосая девочка, чтобы всё происходящее оказалось сном. Руки и ноги скользили по влажной траве, пока спина не упёрлась в шершавый ствол дерева. Мила что было силы ущипнула себя за запястье. Вскрикнув и потирая руку, она приоткрыла один глаз, затем другой. Ничего не изменилось — всё та же поляна и странное существо, расположившееся в паре метров от Милы.

— Я тебе не снюсь, — насмешливый хрипловатый голос эхом разлетелся по неожиданно затихшей местности и вызвал у Милы новую волну страха, проступившую холодным потом по телу.

— Кто…Кто вы? — запнувшись, спросила она, натягивая на влажную футболку съехавший плащ. — Где я? Как сюда попала?

— Ты всё узнаешь, когда придёт время, — отвечал незнакомец. Сидя, по-турецки скрестив ноги, и опустив на плечи необъятные взлохмаченные крылья, мужчина напомнил Миле ангелов, какими их рисуют во многих книгах о небесных битвах. Дивное сияние окутывало его рельефное от мускул тело и играло в растрёпанных белых перьях. Вылитый ангел. Только от этого жителя неба хотелось бежать без оглядки. Знать бы куда? Мила глянула по сторонам в надежде отыскать хоть какой-нибудь выход из этой глуши, но на травяном покрывале не было и намёка на тропинку. Придётся через чащу. Она напряглась, готовая в любую минуту сорваться с места, но вдруг обнаружила, что не может пошевелиться. Она сцепила зубы и попыталась оторвать босые ноги от земли. Тщетно — ступни словно приклеили. Выхода не осталось.

— Ту-пик… — пробормотала она, обречённо выдохнув. На этот раз ей не спастись. Лавина воспоминаний о дождливой осенней ночи накрыла с головой. О той ночи, когда она убегала по незнакомым переулкам, чувствуя за спиной дыхание смерти. Тогда ей повезло, а теперь? Губы дрогнули, по щекам потекли предательские слёзы. Она не хотела умирать. Уткнувшись лицом в похолодевшие ладони, Мила тихонько всхлипнула.

— Не нужно меня бояться, — говорил тихий голос. Мила вздрогнула от осторожного прикосновения и подняла голову. Рядом сидел незнакомец, гладя её короткие спутавшиеся волосы. И как он переместился, что она не услышала? Может, перелетел? На смуглом лице мужчины, с левой стороны рассечённом косым шрамом, появилась теплая улыбка. — Я не причиню тебе вреда, поверь, — тихий бархатный голос странным образом успокаивал Милу, ещё мгновение назад дрожащую от страха; он гипнотизировал, принуждая верить незнакомцу, и только обострённое чувство самосохранения не позволяло девушке слепо довериться ангелу.

— Верить? — неожиданно осмелев, переспросила Мила. Все равно терять ей было нечего, кроме жизни. Однако почему-то казалось, что опасность ей не угрожает. — С чего вдруг, если я даже не знаю, кто ты и что это за место?

— Ну, коль это так важно знать именно сейчас, — он вздохнул, встряхнув крыльями, которые стали несколько меньше. Или может, показалось? Мила присмотрелась. Переливающиеся сиреневыми бликами широкие крылья действительно исчезали за спиной ангела. Неужели растворялись, становились невидимыми? Или врастали в спину? — Моё имя тебе ничего не скажет, — произнес тот, усмехнувшись, словно знал, о чём думает девушка. — Но если тебе так проще — можешь называть меня Стрелком. Это Сонный Лес. Остальное — позже. Сейчас нужно идти, — он поднялся, бросив беглый взгляд в небо, и протянул девушке руку.