Я найду тебя (СИ) - Адамс Эмилия - Страница 59

Когда я поняла, что Макс уже выбежал из дома и возможно, что Кеша его не догонит, так плохо стало на душе.

Хотелось рвать и метать! Ну почему все так!? Почему я не смогла ему сказать? Я упала на колени и взвыла.

— Аааа…..

От боли, от отчаянья, что снова все повторяется. Недосказанность, недопонимание и как следствие, расставание.

Слезы брызнули из глаз нескончаемым потоком. Его ввели в заблуждение, как когда-то и меня. И теперь ушёл Он.

Нет, нет, нельзя сдаваться. Кеша его догонит, а если нет… Если не догонит, то …. Не знаю что, но что-нибудь придумаем. В конце концов, это его дом. Он сюда вернётся. Хоть через день, хоть через два.

Но как же не хотелось, что бы все это время он страдал, что бы переживал. Ведь это все пустое заблуждение. Не хотелось уже терять ни минуты, ни секунды.

Эти два года мне дались очень нелегко. Как бы я не загоняла свои чувства к нему далеко в угол, как бы не обзывала его и говорила сама себе, что он плохой, что с ним было бы хуже. Что он не способен любить, и быть хорошим семьянином. Но сердце не слушалось, и болело. Болело от безответной любви.

А за эти три дня, сколько бы я не сопротивлялась, но сердце радовалось снова. Забилось с новой силы, от понимания того, что это ОН! Рядом! От возможности снова его видеть и чувствовать.

А после его признание все зацвело новыми красками. И если я ещё немного сомневалась, то его расстроенное лицо от понимания, что Юлик не его сын, окончательно меня убедило в его искренности его чувств.

И вот, я сижу на коленях и реву. Почему я не могу быть счастливой!? Любящей и любимой!!!?? В груди почувствовала щемящую боль. Как будто между нами снова образовалась пропасть, и мы снова расстаёмся.

— Что происходит, почему ты орёшь и ревёшь? — услышала я возмущение Иры.

— Ира, зайди к себе. Мы тут сами разберёмся. — прозвучал рядом голос Валентина.

— Хорошо, но только не орите больше так. То на конной прогулке создаёт переполох, теперь развалилась на полу и ревёт. Что за женщина?! — продолжая возмущаться, она ушла.

— Ника, давай вставай. Ну, ты чего? Он остынет, и вернётся. И вы поговорите. — пытается меня успокоить Валя.

— Ты не понимаешь, — и снова в слезы.

— Ника, — рядом присела Лайма с Юликом на руках, — ну ты чего? Прости, пожалуйста, я хотела тебя защитить, поэтому сказала ему это все.

— Ты не виновата, честно, — всхлип, — Я тебя не виню. Это я, сама.

— Доминика! — услышала я издалека его голос. — Доминика!

И вот, наконец, я его увидела. Его глаза с тревогой смотрели на меня, как будто что-то искали.

Я встала и побежала к нему. Обняла и уткнулась в его грудь.

— Что произошло за эти пару минут, что меня не было рядом? Почему ты плачешь?

— Прости, прости. Я должна была тебе сказать сразу.

Он прижал меня к себе. Начал в успокаивающем жесте гладить по голове и спине.

— Тише, тише. Все хорошо. Давай зайдём в комнату и поговорим, хорошо.

Так же прижимая к себе, но уже с боку он повёл меня в комнату. Я не смотрела по сторонам. Я была поглощена чувством эйфории. Он не ушёл, он вернулся. Он рядом. И я сейчас ему все расскажу.

Глава 31

Д о м и н и к а

Примерно, полтора года назад

Мы с Лаймой, уже как пару месяцев, живём в тишине и покое. Мой живот увеличился и хорошо так округлился. Раньше, из-за плохого питания и депрессии от расставания с Максом, я очень сильно похудела. А теперь, быстро начала набирать вес, и животик стал соответствовать своему сроку.

Ребёнок меня не беспокоил, беременность проходила относительно спокойно.

Лайма, периодически, начинала разговор о том, что не стоит отдавать его в чужие руки. Что надо его воспитывать самой. Но я была непреклонна. Я не хотела видеть каждый день напоминание о Максе. Я хотела забыть его, а не помнить.

Планировала, встретить кого-нибудь, и создать нормальную семью. А довесок, в виде ребёнка Макса, я видеть не хотела рядом. Я ему не нужна, а мне не нужен был его ребёнок.

А так, я бы избавилась от бремени матери одиночки и осчастливила бы какую-нибудь пару, которая не может иметь детей. Здорово!

Лайма меня поддерживала, всегда была рядом. Мы совершали пешие прогулки, ходили в поликлинику вместе, сдавали анализы. Так как она только сменила профессию, клиентов было мало, за то свободного времени много. И все это время она посвящала мне и ребёнку. Читала статья о развитии плода в утробе у матери, все циклы развития по недельно.

Вообще, было странно… Беременной была я, а матерью чувствовала себя Лайма. Проснулся в ней раньше времени материнский инстинкт.

Я же не чувствовала ничего. Только в зеркале видела себя с животом, а на уровне сознание ничего не менялось.

Написав заявление на отпуск по беременности и родам, я больше не ходила на работу. Отпускные, как и договаривались, мне оплатили. А я следом написала заявление об увольнении по собственному желанию.

До срока родов оставалось две недели.

Мой врач еще не нашла подходящую пару для усыновления этого ребенка, но заверила меня, что с этим проблем не будет.

Оставалось родить ребенка, передать его семейной паре и все. Свобода! Надо будет по новой искать работу, но до этого у меня еще есть время.

Возвращаясь с прогулки домой увидела, что на встречу ко мне шел Кеша!

Кеша? Что он здесь делает? Неужели Марк объявился?

Черт! Он же не знает, что я беременна. Что делать? Может спрятаться.

А в моем положении уже и не побегаешь особо, и конечно же он меня заметил.

— А я как раз от вас, Лайма сказала что ты скоро приде… Что это? — указал он мне на мой живот.

— Э… живот, — ну а что он у меня спрашивает?

— Ты беременна?!!! — казалось, его бы меньше удивило цунами в Москве, нежели тот факт что я беременна.

— Ну, как видишь, — меня развеселило его лицо.

— Это Макса или Марка?

— Чтооо??? Ты совсем что ли! С Марком у меня ничего не было! — его слова так задели, что я и не поняла, как подтвердила, что беременна от Макса. Черт!

Он еще пребывал в шоке от известия.

— Слушай, Кеша. Я сразу хочу тебе кое-что сказать, я понимаю, Макс твой друг и все такое, — он как-то неоднозначно кивнул мне в ответ, — в общем, о моей беременности ему ты говорить не будешь. И вообще, никому.

— Это как это? Ты ему не сообщишь?

— Нет.

— Я понимаю, ты обижена, Ника. Он поступил с тобой не красиво. Но ребенок… Он не виноват. Он же спросит тебя об отце, и что ты ему ответишь?

— Он у меня ничего не спросит.

— Как это? Ты зря так думаешь, Ника. Любой ребенок хочет видеть своего отца.

— Может не будем тут это обсуждать? Как-то на улице не хотелось бы.

В итоге, мы сели в его машину. Никуда ехать я не захотела. А тут нам как раз не помешают.

— Что ты имела ввиду, что ребенок не будет искать отца?

— Я его отдаю на усыновление. — я решила не скрывать свое решение от Кеши.

— ЧТО????????????????

— Ты что так кричишь! Да, я так хочу и это не обсуждается. Поэтому даже не пытайся.

— Ника, я конечно понимаю, ты обижена на него, но все же.

— Кеша…

— Просто послушай..

— Нет, это ты послушай, вот ты его друг. Вот скажи, сколько раз он спросил у тебя обо мне? — а в душе что — то ёкнуло. Возможно, Макс искал меня, и просил об этом Кешу. Возможно ли такое, что бы Кеша приехал именно из-за этого.

Его ответ не оставил мне шансов.

— Нет. — твердо произнес он, опуская голову, как будто он в этом виноват. — Не спрашивал.

Что бы продолжить разговор, мне надо было прийти в себя после очередного разочарования. Я отвернулась к окну, еле сдерживая слезы.

Минут через пять, я уже взяла себя в руки. И решила продолжить.

— Вот ты и ответил на главный вопрос. Я ему не нужна. А мне не нужен этот ребенок. Поэтому, все по честному.

— И ты не будешь искать ребенка, скажем лет через пять-десять.