Внеплановая беременность (СИ) - Кострова Валентина - Страница 22

— Я хочу тебя трогать без одежды, — и очаровательно заливается румянцем как школьница. Хотя по сути она не далеко от малышек ушла. Похоже у нее в жизни был только один парень и то проходимец, который за последствия приятного времяпровождения не собирается отвечать.

— Аня, — перехватываю ее руку, целую кончики прохладных пальцев, заглядывая ей в глаза. — Ты ведь понимаешь, что некоторые вещи не стоит делать, если не планируешь доводить все до конца? — согласно кивает.

— Я думала об этом. За все время, что я с тобой, ты ни разу не нарушил свои обещания. Ты хороший, думаю, что обижать меня тебе и в голову не придет, — щеки ее алые, это видно даже в тусклом свете от ночника.

Я протягиваю руку к ее волосам и стягиваю резинку, медленно расплетая косу. Аня не шевелится, с задержкой дыхания дышит. Пропускаю через пальцы пряди волос, ловлю невообразимое наслаждение от этого жеста. Вот до чего доходит у нас все. Раньше у меня не было потребности трогать волосы своих женщин, Аню порой хочется самому расчесать и не спеша перебирать ее волосы пальцами.

Берусь за край футболки, тяну ее вверх. Откидываю в сторону, ловлю на себе заинтересованный взгляд Ани. Она первая прикасается ко мне. Изучает меня руками, нежно скользя своими прохладными ладошками по горячей коже груди, плеч, обнимает за спину, прижимается. Я обнимаю ее, нахожу ее губы. Не знаю, что будет на утро, но сейчас мне хочется остановить время, наслаждаться нежностью между нами. Сейчас нет нас по отдельности, сейчас мы в единстве. И мы вновь знакомимся друг с другом.

— Никита, — ее шепот ласкает мой слух, ласково провожу рукой от шеи до бедер, возвращаю ладонь вновь вверх, щекочу Аню. Она смеется, прячет свое довольное лицо у меня на груди. Обхватываю ее подбородок, приподнимаю лицо. Ее глаза сияют, сердце екает в груди от мысли, что ей хорошо, что ей нравится то, что происходит между нами. Я боялся, что будет сравнивать меня с бывшим, окажусь в проигрыше. Эта коварная мысль зудела в голове, как муха. К моей радости, в голубых глазах Ани отражается только восторг.

— Это было неповторимо, — тянется к моим губам с поцелуем, проводит ладошкой по щеке. — Ты чудесный.

— Это ты чудо, моя девочка. И за что мне такой подарок, — улыбаюсь, чмокаю в кончик носа.

Обнимаю девушку, она удобнее устраивается у меня на груди. Смотрю в окно, прислушиваюсь к дыханию Ани, бездумно перебираю, как и мечтал, ее волосы. Как только она засыпает, я осторожно укладываю рядом с собой. Не отказываю себе в удовольствии еще раз пройтись ладонью по шикарным изгибам ее шикарного тела. Ладонь замирает на выпуклом животике. Вот и ложка дегтя. Ребенок растет, однажды появится на свет. Смогу ли я его полноценно принять, как своего? Не знаю. Над этим и думать особо не хочется, но стоит. Аня уже прочно обосновалась не только в моем доме, но и в сердце. И если я хочу, чтобы девушка всегда была рядом, значит надо привыкать к мысли о том, что ее ребенок — это и мой ребенок. Но сколько умом себя не убеждай в правильности мыслей, внутри все протестует от этого, отторгает. Вздыхаю, накрываю нас одеялом.

23 глава Аня

Аня

— Паш, ты пойдешь со мной гулять? — заглядываю в комнату мальчишки, приветливо улыбаюсь. Он не охотно снимает наушники, смотрит на меня глазами Никиты и задумывается.

У него сейчас каникулы. Мы проводим время вдвоем, каждый в своей комнате. Сегодня я решила вытащить мальчика на улицу, прогуляться, зайти в магазин, выбрать вместе что-то вкусное к чаю. Я стараюсь с ним подружиться. Никита в последнее время чересчур загружен на работе. Уходит рано, приходит поздно, время с нами проводит немного.

— Можно. Я бы хотел шоколадку, — смотрит на меня выжидающе, ждет реакции.

— Отлично. Можно купить еще пирожных. Я тогда сейчас переоденусь, а ты одевайся.

— Хорошо, — Паша согласна кивает головой, я радостно несусь в спальню. Поход в магазин — мелочь, но вот поход в магазин вдвоем с Пашей — это еще одна маленькая победа в мою копилочку. Глядишь, когда Никита уедет в командировку, не потребуется переезжать к Полине Сергеевне.

— Я готов, — Паша выходит из своей комнату. Одеваемся, выходим из квартиры. У меня нет никакого маршрута, но в магазин пойдем не в самый ближайший. Идем рядом друг с другом, молчим. О школе разговаривать как-то не очень на каникулах, о его маме тоже лучше не надо.

— Ты в Деда Мороза веришь? — смотрю на мокрый снег пол ногами. Зимы в этом году можно не ждать, снег если и выпадает, то почти сразу тает.

— Я похож на маленького? Деда Мороза не существует.

— Почему ты так решил?

— В прошлом году я просил у него щенка, а в итоге мне подарили планшет.

— Отличная вещь.

— Но я ведь просил щенка. Потом мама сказала, что дядя Артур не желает видеть в доме животных, поэтому Дед Мороз принес то, что я хотел ранее.

— Ты же хотел планшет, альтернатива.

— Тогда я понял, что Деда Мороза не существует. Откуда ему было известно о планшете, когда в письме я просил щенка? — устремляет на меня чистый детский взгляд. Язык не поворачивается ему соврать, но хочется убедить его, что чудеса в этой жизни бывают. Я бы могла ему рассказать свою историю, только вот она явно не для детских ушей.

— Чудеса, Дед Мороз всегда знает, что ты хочешь. Если вдруг твое желание ему не под силу, ему его помощница сообщает, что ты хотел еще, кроме щенка.

— Снегурочка что ли?

— Она самая. У нее есть одна удивительная способность: читать мысли детей, точнее знать их желания. Думаю, тебе стоит написать Деду Морозу письмо и попросить то, что очень хочешь больше всего.

— Он сможет мне вернуть здоровую маму? — вот тут я теряюсь и отвожу глаза в сторону. Не знаю, как проходит лечение у Марины, Никита на эту тему со мной не разговаривает.

— Я думаю, что тебе стоит попросить у него в этом году что-то материальное. Все же это должен быть подарок. А мама твоя обязательно выздоровеет, и ты к ней вернешься.

— Правда? — в карих глазах столько надежды, что мне становится неловко от немного искаженной правды. Никита не вернет Марине сына. Он как-то обмолвился, что теперь нужно думать, как быть дальше, когда бывшая жена вернется. Она ведь не всегда будет находится в критическом состоянии. На мое робкое замечание, что ребенок должен быть с матерью, Никита отреагировал всего лишь выразительным взглядом. Почувствовала я себя тогда дурочкой.

— До Нового года еще время есть, ты можешь уже сейчас написать письмо.

— Я подумаю.

— Зайдем в магазин, купим что-то вкусное к чаю? — указываю глазами на супермаркет, Паша улыбается, бежит вперед. Нужно поговорить с Никитой по поводу подарка сыну на Новый год.

— Что? Собака? — Никита, скомкав полотенце, кидает его на стул.

— Да, собака. Он просил ее на прошлый Новый год, а у Артура видимо аллергия.

— Я против собаки. И кошки тоже. Как ты себе это представляешь? А вдруг у ребенка будет аллергия, куда ты денешь животное?

— Я думаю, что все будет хорошо. Дети должны жить среди животных. У меня дома была кошка, я ее очень любила. Вот у тебя кто был в детстве?

— У меня никого не было. И мое последнее слово: нет.

— Но… — Никита грозно бросает на меня взгляд, проглатываю очередной аргумент. Спорить сейчас бесполезно, но я не оставляю надежду все же переубедить мужа.

— Паша спросил, сможет ли Дед Мороз вернуть ему здоровую маму. Он скучает по ней.

— Я тоже безумно скучаю по ней, но, Ань, расклад таков, что Марине нельзя доверить котенка, не то что ребенка, — смотрю на то, как Никита ложится на кровать, а мозг выделяет главное: он скучает по бывшей. Значит любит ее… Эта мысль неприятна, она режет наживую. Неглубоко, но очень больно.

— Ань, все в порядке? — поспешно выдавливаю из себя улыбку, забираюсь под одеяло.

— Все хорошо. Да, ты прав, пока Марина не в состоянии отвечать за свое поведение, ей нельзя быть с Пашей. Но все же я считаю, что ребенок должен быть с мамой.