Внеплановая беременность (СИ) - Кострова Валентина - Страница 8

— Что ты возишься, как черепаха, толку от тебя ноль. — Зинаида Петровна раздраженно отнимает у меня кастрюлю, а я рада от нее избавиться. Присаживаюсь сразу на первый ближайший стул. Живот тянет уже несколько дней, сегодня утром обнаружила красные пятна на трусах. От страха, что с малышом что-то может случиться, выпила две таблетки но-шпы и одну магний В6. Деньги, те что у меня были в запасе, таяли на глазах. Часть я отправила матери, кое-что оставила себе. У меня внезапно проснулся зверский аппетит, я постоянно хотела есть, чувство голода не покидало, даже если я только что позавтракала. На носу маячилась осень, из теплых вещей у меня только свитер, а там зима… В общем паника меня накрыла сегодня утром конкретно. Проблемы всем весом легли мне на плечи и придавили своей тяжестью. Полине Сергеевне ничего не рассказывала, спасибо ей за то, что не требует оплату за жилье. Никита куда-то уехал, неделю его не вижу, наверное, нарисовалась очередная командировка.

— Ань, иди вымой пол возле раковин. — отдают мне очередное задание. Устало вздыхаю, плетусь за шваброй и ведром. Работа выматывает физически, каждый день у меня было только одно желание: прийти домой, завалиться спать и не просыпаться по будильнику.

С работы выхожу почти одна из последних. Вяло иду к остановке, сил идти пешком нет. Внезапно возле меня останавливается черная незнакомая машина. Я вздрагиваю, настороженно смотрю на нее и потихонечку начинаю обходить ее стороной. Страх стискивает меня, оглядываюсь по сторонам. Уже стемнело, похожих мало, но если закричать, возможно, кто-то поможет, но я уже уяснила одно: людям все равно на постороннего человека. В Москве даже не улыбаются просто так. С нарастающей паникой наблюдаю, как открывается дверка со стороны водителя и появляется… Никита.

— Вы меня напугали! — тихо возмущаюсь, запахиваясь сильнее в тоненькую кофту. Утром и вечером уже прохладно, днем еще сохраняется летнее тепло.

— Извини, не хотел. Садись, подвезу до дома. — кивает мне в сторону пассажирской стороны. Некоторое время топчусь на месте, но усталость берет свое, и я иду в указанную сторону. В салоне машины пахнет искусственной кожей, хвоей, тепло. Еще я никогда не была с Никитой в столь тесном замкнутом пространстве.

— У вас машина? — лишь бы не молчать, потому что пока мы едем, меня может разморить, и я усну.

— Да.

— Я раньше не видела ее возле дома.

— Она стояла возле дома, где у меня квартира.

— Вы переехали, поэтому я вас не видела неделю? — Никита мельком бросается на меня ничего не выражающий взгляд, крепче сжимает руль. — Вас Полина Сергеевна попросила меня встретить?

— Да. — один ответ на два моих вопроса без пояснений.

Все же Полина Сергеевна добилась своего, сын переехал. Мне становится неловко, я отвожу глаза в сторону. Не скажу, что присутствие Никиты как-то напрягало, но спорить с пожилой женщиной я не собиралась.

— Выглядишь усталой. Тяжелая работа?

— Нормальная работа, главное, чтобы платили, все остальное можно пережить. — скромно улыбаюсь, украдкой рассматривая профиль мужчины. У него вновь отросла борода, не такая, как в нашу первую встречу, но и щетиной сложно назвать. На нем сейчас рубашка с расстегнутым воротом, темные брюки; значит приехал с работы. От него веет спокойствием и уверенностью. В нем сосредоточено все то, чего бы я хотела для себя, для своего будущего.

— Вы больше не будете уезжать в командировки?

— Пока ничего интересного не предлагают, как только поступит что-то стоящее, сразу же уеду.

— Вам нравится путешествовать?

— Мне нравится моя работа. Я не люблю проводить время в душных офисах и видеть природу только из окна кабинета или машины.

— У вас отец был геологом? Полина Сергеевна не похожа на человека, которому интересны походы и природа. — мое замечание вызывает у Никиты теплую улыбку.

— Да, мама далека от этого, ее раздражает писк комара в квартире, какие походы. И отец далек от походов, он режиссер, руководитель одного театра в провинции.

— Тогда, как в такой театральное семье родился ребенок с тягой к походам, если не секрет?

— Секрета нет. Когда мне было года полтора, мои родители разошлись, мама в поисках лучшей жизни уехала на Север. Там познакомилась с отчимом, который был как раз и геологом. Пока мама покоряла театральные подмостки, мы с ним покоряли тундру, горы. Благодаря ему я стал тем, кем являюсь.

— Но потом отец вас забрал?

— Нет. Отец до сих пор где-то в своей провинции, я с ним встреч не искал, он тоже. Отчим по состоянию здоровья вынужден был осесть в городе, потом его пригласили в Москву для преподавания в одном университете, куда я впоследствии и поступил после школы.

— Хороший человек был у вас отчим.

— Да. Мне его порой не хватает. — с грустью признается Никита, поняв, что проговорился о личном, поджимает губы. Я понимающе улыбаюсь, отворачиваюсь к окну и задумываюсь. Может и мне повезет с малышом встретить хорошего человека, который станет моему ребенку настоящим отцом. Ведь отец не тот, кто зачал, а тот, кто воспитал. Я понимаю, что Дима уже забыл о нашем существовании, строит свою жизнь с той красоткой, с которой я его увидела, но в глубине душе безнадежно верю в чудо. Мне хочется верить, что иногда он все же вспоминает обо мне.

У меня неприлично громко на весь салон урчит желудок. Я сегодня не успела ни пообедать, ни поужинать, наспех съеденный пирожок едой не считается. Никита поворачивает голову в мою сторону, смотрит сначала на живот, потом на мое лицо.

— Заедем в магазин. — коротко бросает, не спросив меня ни о чем. Опускаю голову, пряча свое красное лицо в волосах. Куплю только молока и булочку, мне нужно быть экономной.

Машина останавливается возле магазина. Я отстегиваю ремень безопасности, беру с собой только кошелек. Никита выходит первым.

— Зайдем сначала в кафе, тут кормят вкусно. — он неожиданно берет меня под локоть, я испуганно вскидываю на него глаза. Тепло его пальцев растекается по всей моей руке и распространяется по всему телу. Неожиданно понимаю, мне нравится его прикосновение.

— Зачем?

— Ты хочешь есть. — лаконично отвечает и спорить не с чем, но я все же делаю попытку отказаться от похода с ним в кафе, у меня все строго по бюджету.

— Спасибо, но думаю дома будет дешевле поесть. Давайте только в магазин заглянем и поедем, не надо никакого кафе.

— Я тоже голоден, Аня. Я угощаю. — обезоружено улыбается, сердце непривычно екает от внимания. Мне ничего не остается, как согласиться, хотя до сих пор не уверена, что стоит. В кафе Никита выбирает столик возле большого аквариума, я завороженно рассматриваю рыбок, пока официант не подошел с меню. Смотрю на цены, а желудок от прочитанных названий урчит все громче, сжимается в голодном спазме.

— Заказывай, что тебе хочется именно сейчас.

— Боюсь, что мои вкусы меняются со скоростью звука. — прикусываю кончик языка, смотрю на Никиту, но он, наверное, не услышал или не обратил внимания на мою реплику. Я не знаю, в курсе ли он о моем положении, уверена, что Полина Сергеевна не стала ему раскрывать мой секрет. Скрепя сердце, заказываю горячее, салат и стакан сока. Когда у нас принимают заказ, оставляют одних, нервно кусаю нижнюю губу, смотрю по сторонам, ощущая на себе пристальный взгляд Никиты.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Устаю, но это работа физическая, много энергии уходит.

— Какая зарплата?

— Мне хватит. — опускаю глаза на стол, рассматриваю скатерть. На большую зарплату я не рассчитываю, надеюсь, что сумею с нее успеть что-то отложить для малыша на первое время. Цены в интернете меня пугают, поэтому я уже не первый день просматриваю кроватки, коляски на «авито». Официант приносит наш заказ, какое-то время я занята едой. Когда ловлю на себе внимательный взгляд Никиты, шумно сглатываю.

— Я, правда, очень голодна.

— Ничего страшного. Обычно при мне с таким аппетитом девушки не едят, вечно ковыряются в тарелках.